Глава 2_ Мирон

Просыпаюсь от того, что кто-то пытается выбраться из-под меня. Приоткрываю глаза. Вика. Точно.

Наблюдаю из-под опущенных ресниц, как она осторожно поднимается, собирает свои вещи с пола и на цыпочках выходит из комнаты.

Что, даже не поцелует на прощание? Усмехаюсь.

– А, нет, она всего лишь пошла в душ, – бормочу разочарованно, когда слышу звуки льющиеся воды.

Перекатываюсь на спину, потираю щетину рукой и тянусь за телефоном.

Сколько?

Дважды моргнув, всматриваюсь в экран телефона. Пять утра. Не понял. Поворачиваю голову к двери – звук воды в душе стихает. Прислушиваюсь, что будет делать дальше. Тихо открывается дверь ванной, отдаляющиеся шаги – видимо, пошла в прихожую.

Задумываюсь.

Девушки никогда от меня не сбегали, да я и рад был бы, если бы все, как она, молча уходили. Но вчерашняя девственница, переспавшая с незнакомцем, уходит не попрощавшись, в пять часов утра. Какая-то странная. Проблем потом не оберешься. Вот угораздило меня на девственницу нарваться.

Встаю с кровати, вытаскиваю из шкафа спортивные штаны и натягиваю их на голое тело. Выхожу из комнаты, иду в прихожую.

– Сбегаешь? – спрашиваю её, уперев руки в бока.

Она вздрагивает от неожиданности и оборачивается ко мне. Пробегается взглядом по моему лицу, спускается ниже по торсу и останавливает его у моего паха. Поджав губы, отводит глаза в сторону.

– Мне нужно в общежитие вернуться, – говорит она, ища свои сапоги в прихожей.

– В пять часов утра? – усмехаюсь.

– Угу, – отвечает, натягивая один сапог на ногу.

– Вика, – зову её, чтобы посмотрела на меня, но она словно не слышит, – Вика, – повторяю.

– Что? – поднимает на меня свой взгляд.

– Общежитие открывается в шесть.

– Всё верно. Как раз доберусь, – достаёт пуховик из шкафа.

– Где находится твоё общежитие?

Она будто не слышит меня, опустив голову, пытается застегнуть пуховик.

Вот надо мне всё это, а? Первый раз стою и заваливаю вопросами девушку, которая сама согласилась со мной переспать и молча уйти.

– Вика, – зову уже более твёрдо.

– На Октябрьской.

– Ты учишься в Престиже?

– Да.

– Так он рядом, так что давай я тебя хотя бы завтраком накормлю, – подхожу и стягиваю с неё пуховик, который она так и не смогла застегнуть, и вешаю обратно в шкаф. – Потом я тебя отвезу.

– Не надо, – крутит головой, – я сама доберусь, здесь рядом, сам же сказал.

– Хорошо. Не надо так волноваться, – прищуриваюсь. Ну точно проблемная.

Войдя на кухню, включаю кофемашину и достаю из холодильника сыр, масло и нарезку из сырокопчёной колбасы.

– Овсянку будешь? – спрашиваю, ставя на стол тарелку с хлебом.

– Нет, – морщит свой носик.

– Чем завтракаешь каждое утро? – спрашиваю, подходя к кофемашине и ставя вторую чашку.

– Я обожаю бутерброд с авокадо и сёмгой, – отвечает она, и я поворачиваюсь к ней, бросая вопросительный взгляд. Она добавляет: – Ещё сырники со сметаной или омлет с помидорами и бужениной.

– Это ты мне свои сны рассказываешь? –складываю руки на груди.

– Нет, – отвечает она уверенно, доставая из кармана свой новенький телефон стоимостью сто кусков.

Приподнимаю бровь от удивления. Ладно, понаблюдаю ещё.

Беру две кружки кофе и одну ставлю возле неё.

– А можно мне зелёный чай?

Перевожу на неё удивлённый взгляд, а она спокойно продолжает искать что-то в телефоне.

– Может, ты хотела сказать, что хочешь растворимый кофе?

– Я кофе не пью, он плохо влияет на кожу. Мой косметолог… – она замолкает и прикрывает глаза.

Сажусь напротив неё, складываю руки в замок и интересуюсь:

– Где сейчас подрабатывают студенты, живущие в общежитии, которые могут позволить себе сёмгу, буженину, зелёный чай и такой телефон? – киваю на него.

Её щёки вспыхивают, а глаза начинают метаться по моему лицу. Интересно… Склоняю голову на бок и жду ответа. Будь она девственницей, подумал бы что спит за деньги. Смотрю на её губы и морщусь… да нет, не может быть.

– Телефон мне продала однокурсница, она новый купила, – смотрит на меня глазами Бэмби. Отпиваю кофе и внимательно слушаю дальше. – А сёмгу и буженину я ела, когда была у неё в гостях. Вот подумала, может, у тебя есть, – опускает свои руки под стол и поджимает губы.

Моя чуйка вопит, что она врёт, но по какой-то причине я решаю ей поверить.

– Я не ждал гостей, поэтому сёмгой и бужениной не запасся, – отвечаю с усмешкой.

– Ничего страшного, – берёт кусочек хлеба, намазывает на него масло и кладёт сыр. Откусив, тщательно прожёвывает и делает глоток чёрного кофе, морщится, но продолжает пить.

Смотрю на неё и всё больше сомневаюсь, что ей двадцать два: на вид совсем девчонка. Увидев, что я её внимательно рассматриваю, она начинает нервничать, заправляет волосы за ухо и поспешно делает ещё один глоток кофе. Интересно, долго ещё будет давиться им?

Доев свой бутерброд, она отодвигает кружку.

– Спасибо, – говорит, вытерев рот салфеткой.

– Пойду оденусь и отвезу тебя до общежития, – говорю, вставая.

– Хорошо, – её взгляд задерживается на моём торсе.

Подхожу ближе, и её глаза опускаются на мой пах. А я стою и смотрю на её губы, представляя, как они смыкаются на моей головке. Член в штанах дергается, её щеки вспыхивают, и она поднимает свой взгляд на меня.

– Жди здесь, – немного склонившись, говорю ей.

– Хорошо, – отвечает она, сглотнув.

Какая-то мутная. Надо избавляться от неё.

Глава 3 _ Мирон

Подъехав к общежитию, поворачиваюсь к Вике.

– Это мой телефон, – протягиваю ей визитку, зажатую двумя пальцами. Она тянется за ней, а я приподнимаю её чуть выше. – Звонить только в крайних случаях.

– В каких это? – усмехается.

– Мы не предохранялись, – пристально смотрю на неё, – если будут проблемы, позвонишь.

– И сколько у тебя было таких возможных проблем?

– Не поверишь, ты первая.

– Я настолько в твоём вкусе, что ты сделал исключение? – спрашивает, поворачиваясь ко мне и ловя мой взгляд.

Улыбаюсь ей и замечаю в её глазах искорку… надежды. О, нет. Она ведь запомнит мой номер так, что будет от зубов отскакивать.

– Скорее, ты исключение из предпочтений, – произношу, окидывая её взглядом и задерживаясь на груди.

– Козёл, – выхватывает визитку и вылетает из машины.

Усмехаюсь. Ну что за девушки пошли: сначала соглашаются переспать, а в итоге я – козёл.

Наблюдаю, как она неспешно идёт, поглядывая через плечо в мою сторону. Останавливается на нижней ступеньке у входа в общежитие, достаёт телефон из кармана и начинает переминаться с ноги на ногу, смотря в него.

От наблюдения меня отрывает телефонный звонок. Кто так рано? Смотрю на экран телефона и хмурюсь.

– Да, – отвечаю, возвращая взгляд к Вике, которая уже говорит по телефону, подняв голову к окнам общежития.

– Мирон, у нас опять проблема, – раздаётся голос моего зама. – Сафронова снова сбежала от своего телохранителя.

Прикрываю глаза. Не девка, а какая-то катастрофа для моего бизнеса.

– Когда? – спрашиваю, едва сдерживаясь.

– Вчера вечером.

– Костя, объясни мне, как девятнадцатилетняя пигалица сбегает от профессионального телохранителя уже третий раз? Может, дело не в ней? – повышаю голос, не в силах уже сдержаться.

– Мирон, ребята отличные. Девчонка уж больно шустрая и хитроумная.

Твою мать.

Трогаюсь с места и бросаю взгляд на Вику, которая до сих пор не зашла в общежитие. Вот чего стоит на морозе? Ещё одна ненормальная.

– Нашли её? – спрашиваю, выезжая на дорогу.

– Нет, и домой не возвращалась, – нервно отвечает Костя.

– Скоро буду в офисе. Собирай всех, – рявкаю.

Вернувшись домой, принимаю душ и направляюсь в спальню. Бросив взгляд на скомканное одеяло, аккуратно расправляю его, и мой взгляд привлекает что-то блестящее под подушкой. Присев на кровать, протягиваю руку и беру тонкую цепочку из белого золота, на которой висит маленький кулон в виде буквы. Почему она носит подвеску с чужой буквой? В голову закрадывается дурная мысль. Окидываю взглядом спальню, усмехаюсь. Здесь нечего брать. Поднимаюсь, иду в коридор, проверяю карманы куртки, в которой был вчера, и достаю наличку, которую снял. Пересчитываю – всё на месте.

– Первый и последний раз, когда тащу левую бабу в свою квартиру, – проговариваю, возвращаясь в спальню.

Кинув взгляд на часы, понимаю, что все уже меня заждались. Быстро надеваю костюм и иду в прихожую. Вынимаю пальто из шкафа, распахиваю входную дверь и, переступив порог, останавливаюсь. Возвращаюсь к комоду в прихожей, открываю первый ящик и нахожу запасную связку ключей.

– Пф, – усмехаюсь, захлопывая ящик.

– Глебу решили не звонить, – произносит Костя, как только я вхожу в кабинет.

– И правильно, это не его зона ответственности.

Прохожу к своему рабочему столу, кидаю телефон на стол и снимаю пиджак со словами:

– Ну, кто на этот раз её упустил? – окидываю взглядом тройку лучших наших телохранителей, опускаясь на стул.

– Я, – признаётся Саня.

– И как это произошло? Мне, блядь, чертовски интересно, – давлю на него взглядом. – Сколько у тебя лет службы в закрытых учреждениях? Двадцать? А ей всего девятнадцать, твою мать. Как так вышло? – рычу на него. Я не понимаю, как эта пигалица умудряется перехитрить ребят с таким профессиональным стажем.

– Мирон, я утром отвёз её в университет, и с тех пор она оттуда не выходила.

– Всю ночь? Видимо, решила там заночевать, – хватаю ручку и начинаю её крутить в руках. Нервы на пределе. – А нет, она просто растворилась в воздухе, – хлопаю по столу ладонью.

– Мирон, – вступается Костя, – мы просмотрели все камеры: она весь день была в университете, затем пошла в женскую раздевалку и больше оттуда не выходила. Варианта два: либо через окно ушла, либо она переоделась, и мы её не узнали.

– Настоящий мастер перевоплощений, – усмехаюсь.

На весь кабинет раздаётся телефонный звонок. Смотрю на имя звонящего и на миг прикрываю глаза, сделав глубокий вдох. Спокойно беру трубку и отвечаю:

– Павел Викторович.

– Отзывай своих, Соня вернулась, – говорит он с явным облегчением.

– Где была?

– Не говорит. Вот что мне с ней делать, Мирон? Нет мне покоя с ней.

– Павел Викторович, может, ей и охрана не нужна, – смеюсь я, – вон она как профессионально ускользать умеет.

– Это точно, – отвечает он и смеётся вместе со мной.

– Вот только если с ней что-либо случится, я этого себе никогда не прощу. Она у меня единственная и самая дорогая, – его голос звучит сурово, и всё желание смеяться исчезает в одно мгновение. – Так что найди-ка ребят получше, иначе мне придётся сменить агентство.

– Хорошо, – прощаемся, и я перевожу взгляд на Костю. – Найди молодого парнишку, пусть притворяется, что он ещё новичок в этом деле. Тогда она не будет так осторожна и при побегах будет допускать ошибки. А он пусть издалека просто за ней наблюдает.

– Ну давай попробуем, – с улыбкой произносит он, потирая затылок.

– Костя, потеряете её снова – уволю всех. Ясно? – говорю, вставая из-за стола и поворачиваюсь к окну.

– Мирон, почему вы не отслеживаете её телефон?

– Он у неё закодирован, – тру лоб, – Павел Викторович опасается, что и другие смогут её отследить.

Хотя… нужно это обсудить с Глебом.