Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

И с тех пор не расставались. Истории страшные, трогательные и страшно трогательные (сборник)

И с тех пор не расставались. Истории страшные, трогательные и страшно трогательные (сборник)
Книга доступна в стандартной подписке
77 уже добавило
Оценка читателей
3.25

Герои рассказов – молодые, старые, живые, мертвые, пианистки, полицейские, короли, земледельцы, мультипликаторы, собаки, кошки, мухи, крабы и вовсе неназываемые существа встречаются, расходятся, путешествуют, спят в чемоданах, курят, выгуливают в парке гипсовый бюст давно умершего поэта, прибираются в квартире, ссорятся, рождаются, не рождаются, жарят яичницу из пяти желтков, ездят в командировки, женятся на смерти, сводят счеты с жизнью, прибивают небо гвоздиками, опять встречаются и живут дальше, как река, как мы с вами, как автор этой книги в своей почти воображаемой Португалии.

Лучшие рецензии
ORyba
ORyba
Оценка:
5

Лея Любомирская живет в Португалии, Португалия живет в историях Любомирской и они обе живут в самом сердце русской литературы. Предположительно, этого достаточно, чтобы начинать читать.
«И с тех пор не расставались» — пятая сольная книга Любомирской. Очень маленькая книга с очень маленькими сказками. И очень непростыми, хотя, казалось бы, куда уж проще. Сказки сладкие, терпкие, горькие, легкие, нежные, абсурдные, странные, страшные, еще сто тысяч эпитетов, выбирай на вкус, все будет правдой. И наоборот.
А в каждой маленькой сказке — целый огромный мир, из которого не так-то легко выпутаться, если уж впутался. Женщина подбирает очень старых собак, только чтобы не стать той, кто умрет в этом доме этой ночью, Голодная Дева портит поднесенные ей крокеты и шоколадный пирог, а на третий день дождя приходят они — «серые, влажные, в одинаковых широких плащах», после чего ты переезжаешь в большую квартиру этажом выше, перестаешь выходить в подъезд, крошишь галеты на кровать и слипаешься в ком с остальными…
И все это безупречным русским языком. Мало кто сейчас рискует (умеет вообще) писать такие плотные, тягучие, почти без прописных букв, зато полные запятых тексты. Шаманские тексты, которыми автор заговаривает зубы — нашим страхам, горю, одиночеству, смерти, да и нам всем заодно.
Эту книжку нужно положить под подушку и доставать каждый вечер, чтобы прочитать одну историю. Только одну, иначе будет передоз. Или уж прочитать залпом, заговориться, приворожиться, измаяться, иссякнуть, впасть в кому, выйти из нее через полгода, а потом — повторить все заново.

Читать полностью
Оценка:
Читать легко и приятно, чувство юмора у автора -тонкое :)
Лучшая цитата
Проигравший ставит выпивку
Герой и героиня сталкиваются у лифта, герой здоровается подчеркнуто дружелюбно, героиня отвечает коротко, почти сухо. У них есть какая-то предыстория, даже не предыстория, а так, предисловие, совсем маленькое, буквально несколько строк от автора, ровно столько, чтобы герой заулыбался, скорее довольно, чем приветливо, а героиня – отвернулась и покраснела, не вся, только скулы и почему-то шея пятнами, некрасиво, но нам-то что, играем, играем, возбужденно шепчешь ты, толкая меня локтем, ну хорошо, играем, мне герой, тебе героиня, проигравший ставит выпивку, почему тебе всегда герой, обижаешься ты, ладно, пусть тебе герой, а героиня – мне, один-ноль, я веду, я смошенничала с героиней, не отвлекайся, шипишь ты, играем!
В лифте они говорят о погоде, вы заметили, как сегодня холодно, выговаривает героиня сопротивляющимися губами, зима, веско отвечает герой, декабрь, и снова улыбается, заставляя героиню опустить глаза и уставиться на носки своих ботинок, какие дурацкие ботинки, думаю я, разве же можно такое носить, молчи, яростно думаешь ты и снова толкаешь меня локтем. Лифт останавливается на восьмом этаже. Мне выходить, говорит героиня, не поднимая глаз, – какие дурацкие, невыносимо дурацкие ботинки, тоскует она, зачем я их купила, кому я их купила, такая гадость, и совершенно мне не идут, мне тоже, говорит герой и поясняет, поймав оторопелый взгляд героини, мне тоже здесь выходить, и действительно выходит, пропустив героиню на полшага вперед и коротко, но уверенно потрогав взглядом ее шею, спину и, не играй за меня, шипишь ты, не смей, не злись, говорю, один-один, хорошо? Они идут по коридору, по вытертой зеленой тканевой дорожке, героиня старается держать спину прямо и считает шаги, герой ничего не считает, он просто себе идет, у него красивые плечи, и лопатки под тонким свитером ходят красиво, многообещающе ходят лопатки, жалко, героиня на полшага впереди и не видит. Героиня останавливается рядом со своим номером, чувствуя героя всей своей сведенной от усилия спиной. Ну, говорит она чуть громче и пронзительнее, чем ей бы хотелось, морщится и замолкает, это ваш номер, удивляется герой, действительно удивляется, даже улыбаться перестал, а я вот… в соседнем…
Героиня захлопывает за собой дверь, решительно поворачивает засов, делает два громких шага внутрь комнаты и тут же возвращается на цыпочках и прикладывает ухо к двери. ей кажется, что она слышит, как герой ходит по комнате, она почти видит его, вот он стаскивает свитер, вот идет, голый по пояс, к окну, героиня представляет его себе подробно, в деталях, и лопатки ходят красиво, как наяву, героиня упирается лбом в холодную дверь и еле слышно поскуливает, два-один, торжествующе шипишь ты, получи!
В мои цитаты Удалить из цитат
Оглавление