Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • parastas
    parastas
    Оценка:
    5

    Тайны знаний, в том числе и о поэзии, принадлежат только посвященным. В век открытости и гласности авторы, к сожалению, не спешат делиться секретами с обывателями, которым остается только по крупицам методом проб и ошибок в одиночку черпать сведения из предлагаемых образцов творчества.

    Удивительно, что и на Камчатке, где живет уже замеченный столичными критиками поэт Кирилл Алейников, на местном материале можно составить книгу, достойную пристального взгляда при разнообразии мнений и нахождении новых тенденций в российской поэзии.

    Издание состоит из пяти частей, объединенных авторским замыслом донести во весь голос читателям правду личного опыта, неизбывную жажду жить на просторах культурно богатой страны вместе с несгибаемым трудностями народом и выдающимся наследием деятелей искусства славного прошлого и настоящего.

    На суд читающих представлен вполне традиционный поэтический контент в сочетании с вкраплениями экспериментальных находок и привнесением новых идей в поэтике и строфике.

    «Дар речи» схож со сборниками поэзии прославленных футуристов. Но не по форме и содержанию, а по стройности и оригинальности авторской концепции. Иллюстрации, необычное расположение стихов на странице, сами предоставляемые ритмические смыслы составляют единое целое и для восприятия, и для загрузки в долговременную память.

    Открывает книгу классический этюд, сложный в описании непостижимости первозданной камчатской природы, но близкий по духу всем героям-первопроходцам:

    Пар
    стынет в горле.
    Крик теряет смысл.
    Он, как слепец, блуждает между сопок,
    Ведомый эхом.
    Напялив мешковину облаков,
    Зияет небо наготой в прорехах.
    Значенья кроются в следах зверей и птиц.
    Их клинопись подвергнув расшифровке,

    И далее по нарастающей линии эмоционального накала:

    Затих овраг,
    Застывшей лавы полон.
    Пороша кроет росомаший след.
    Камчатка – место истины.
    Престол.
    Познание себя. На что ты годен.
    Простор безмолвен. Север распростёрт.
    Здесь ближе Бог.
    И грех здесь
    первороден.

    Догадки и озарения глубоко афористичны, сулят речевые открытия в пучине постигаемого стиха:

    Языка
    безраздельна окраина.
    Русской речи
    тиха глухомань.
    У безмолвия
    Слово
    украдено,
    Но на выдохе
    вмёрзло в гортань.

    Мысль поэта тверда в обрамлении создаваемой формы, но беспощадны законы природы в разрушении даже самых нетленных категорий:

    Жизнь проста,
    Как жестяная кружка:
    Дно проточив,
    Ржа разъедает душу…

    Вполне вероятна возможность прийти в творческих поисках и к угадываемым знамениям случившейся народной трагедии на Украине:

    На берегу – нехитрые дары:
    Обломок дерева, канат, бутыль, канистра…
    Кулик, предчувствуя финал своей игры,
    С тревожным криком поднимается под выстрел.
    Блуждает ветер, холоден и груб –
    Природы пристав в поисках заданья,
    И океан, как никелевый рубль,
    Болтается в кармане мирозданья.

    В предлагаемом цикле стихотворений о Родине обращаясь на «Ты» с большой буквы к России, автор образно отмечает и Пресвятую Богородицу, Заступницу Российского Народа:

    …Над горизонтом распластала
    И с дивной силой подняла
    С отливом воронёной стали
    От неба к небу два крыла.
    И в вихре поднятого ветра,
    Рассветным заревом горя,
    Твои глаза, как два бессмертья,
    Смотрели прямо на меня.

    Личная поэтическая лаборатория наполнена смелыми безудержными порывами и не терпит промедления и сентиментальности:

    Я сведу сегодня воедино
    Этих слов неимоверный гурт.
    Неизбежно, неисповедимо
    Я начну свой обречённый труд.
    И в чаду ударов и ругательств,
    Тушей ослабевшею скользя,
    По траве сучит ногой анапест,
    Крепкими рогами грязь меся.

    Достойно уважение добавление автором в книгу строгого по форме соло триолетов для метафорического ветра с оркестром. Как лирическая составляющая, приковывают внимание нежные посвящения прекрасным незнакомкам, чьи имена деликатно скрыты инициалами. Подытоживая посыл миру, Кирилл Алейников надеется на грядущие встречи и понимание читателей, плодотворное общение посредством книг, проникновение в смыслы ради духовного роста и самопознания:

    Какую славу напророчишь
    Стихам – блестящую во тьме?
    Или перо острей заточишь
    И резанёшь по горлу мне?
    И чьи запёкшиеся губы
    Их смогут тяжко прохрипеть,
    Когда ударит сердце глухо,
    Как в землю ударяет плеть?
    Их люди навсегда забудут?
    Нет, в кабаке полупустом
    Стихов засаленное блюдо
    С похмелья выставят на стол.
    И сквозь тяжёлый, кислый воздух,
    Что, как бутыль, стоит – почат,
    Вдруг, как раскаяние вора,
    Стихи, нахлынув, зазвучат.
    Да! Зазвучат стихи, нахлынут,
    И горлом выплеснется кровь,
    И мой язык на блюде стынет,
    Как отплясавший скоморох.
    Что скажешь ты, процентщик – время,
    Упрямой смерти ростовщик?
    Кому воздашь ты полной мерой
    За мой отрезанный язык?

    Дар, как понятие, в первую очередь, это свобода выражения и ответственность за данный свыше, как высокое предназначение, талант, за каждое изреченное слово, за воспитание читателя и подталкивание его к интеллектуальным усилиям. Чтобы знать главное о поэзии, нужно постараться понять ее, почувствовать и полюбить красоту и бездну смыслов и в дальнейшем остаться с ней навсегда в постоянном диалоге и созвучии.

    Читать полностью