Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • По популярности
  • По новизне
  • Ибо «зло» – не пустое слово, не отвлеченное понятие, не логическая возможность и не «результат субъективной оценки». Зло есть прежде всего душевная склонность человека, присущая каждому из нас, как бы некоторое, живущее в нас страстное тяготение к разнузданию зверя, тяготение, всегда стремящееся к расширению своей власти и к полноте захвата.
    1
  • Таков духовный закон: несопротивляющийся злу поглощается им и становится одержимым.
    1
  • А не приявший зло – подлинно познал его, но не стал им;
  • И поэтому всякое выхождение за пределы своего существа признается не обоснованным пользою, не вызванным необходимостью, вторгающимся в Божие дело, святотатственно замещающим волю Божию, как якобы недостаточную, и обнаруживающим в душе «насильника» прямое отрицание Бога.[32] Надо предоставить других – самим себе[33] и совсем прекратить внешнюю борьбу со злом, как неестественную и неплодотворную.[34]
  • победивший силою «всегда и неизменно неправ», ибо «истина» и «Бог» всегда в «побежденном».[26]
    Справедливость требует признать, что все эти осуждения не относятся ими к внутреннему самозаставлению, которое упрощенно характеризуется как «насилие духа над плотью»[27] и допускается в порядке нравственного делания. Однако пределами «своего тела»[28] допустимость заставления и ограничивается: «чужая плоть» имеет «своего хозяина» и поэтому «насилие», направленное на другого, «не нужно»;[29] ведь невозможно доказать, что «другой» неспособен к верному самоуправлению изнутри,[30] а отрицать «свободу» и «человека» недопустимо.[31]
  • Л. Н. Толстой и его школа не видят сложности в самом предмете. Они не только называют всякое заставление – насилием, но и отвергают всякое внешнее побуждение и пресечение, как насилие. Вообще говоря, термины «насилия» и «зла» употребляются ими как равнозначные настолько, что самая проблема непротивления «злу насилием» формулируется иногда как проблема непротивления «злу злом»[20] или воздаяния «злом за зло»;[21] именно поэтому насилие иногда приравнивается «сатане»,[22] а пользование им описывается как путь «диавола».[23] Понятно, что обращение к этому «сатанинскому злу» воспрещается раз навсегда и без исключений,[24] так что лучше умереть или быть убитым, чем пустить в ход насилие;[25] мало того, один из этих моралистов пытается даже установить, что
  • разве дело творческого преображения души возможно только при внешней нестесненности злодея?
    Или же «принуждение» – есть само по себе зло? И любовь исключает «принуждение» принципиально?
  • Добро и зло в их существенном содержании определяются через наличность или отсутствие именно этих двух сочетающихся признаков: любви и одухотворения.
  • Только наивные люди могут думать, что улыбка всегда добра, что поклон всегда учтив, что уступчивость всегда доброжелательна, что толчок всегда оскорбителен, что удар всегда выражает вражду, а причинение страданий – ненависть.
  • огрубению, а другого – к очищающей любви и духовной прозорливости; и понятно, что, став для первого возбудителем зла, а для второго – побудителем добра, оно само по себе не было и не стало ни злом, ни добром. Именно на этой двуликости телесных лишений и страданий настаивали мудрые стоики,[12] научая людей обезвреживать их яд и извлекать из них духовное целение.
  • Зло начинается там, где начинается человек, и притом именно не человеческое тело во всех его состояниях и проявлениях как таковых, а человеческий душевно-духовный мир – это истинное местонахождение добра и зла.
  • Поэтому несопротивляющийся злу рано или поздно приходит к необходимости уверить себя, что зло – не совсем плохо и не так уж безусловно есть зло, что в нем есть некоторые положительные черты
  • Если бы при таких условиях восстание зла произошло, а несопротивление продолжалось, то это означало бы подчинение ему, самопредание ему, участие в нем и, наконец, превращение себя в его орудие, в его орган, в его рассадник – наслаждение им и поглощение им.
  • В самом деле, что означало бы «непротивление» в смысле отсутствия всякого сопротивления? Это означало бы приятие зла: допущение его в себя и предоставление ему свободы, объема и власти.
  • Добро есть любящая сила духа, зло – слепая сила ненависти.