Раныд. Поединок сильных. Битва первая

Мар-ди бросал зар машинально. Казалось, вместе с надеждой из него уходят силы: капля за каплей. Сразу вкралось сомнение: по себе ли дело выбрал? Сможет ли довести его до конца? Чтобы успокоиться, перебрал в памяти тексты Шесас. Помогало слабо, ведь поединок не приостановился. Проследил за маневрами черных рыцарей. Они окружали белых воинов, стараясь изолировать их, лишить возможности перемещаться. Почти удалось. Почти. Белые все-таки перемещались. Медленно, словно тяжело больные, но шли вперед. Мар-ди забыл, что воины двигаются, как велит им хозяин. Забыл о невидимом присутствии Ланселота. Глядя на топчущихся на месте рыцарей, он невольно прикладывал усилия, чтобы помочь им сойти с места.

И вдруг отчетливо услышал внутри себя смешок. А следом уже громкий злорадный хохот врага. Диригенс всмотрелся во тьму по ту сторону поля. Словно отвечая его желанию, луч света от зара выхватил из мрака гигантскую черную фигуру. Мар-ди тут же захотелось куда-то спрятаться. Он, конечно, знал, что Ланселот – рыцарь, но почему-то никак не предполагал, что настолько большой. Даже ареопагит всегда выглядел человеком. Этот же управитель скорее напоминал мифического исполина. Может, это морок, который он хочет навести на диригенса, чтобы сломить остатки его мужества? Мысль мигом отрезвила его. Как бы ни был могущественен Ланселот, он один, а за Мар-ди стоит храм Света, со всеми послушниками и главное – с ареопагитом. Они не могут присутствовать на Раныде, но само понимание, что они есть где-то, верят в него, надеются на его победу, придает ему уверенность.

Он вскинул подбородок, прищурился. Ланселот в этой позе должен прочесть послание: «Я – диригенс храма Света, посвященный высшего ранга, облеченный доверием ареопагита. Тебе не справиться со мной, как тьма никогда не сможет победить Свет. Достаточно зажечь одну свечу, чтобы тьма исчезла!»

После этого напомнил себе условия успеха. «Есть три правила, чтобы одержать победу. Первое и главное – верить в успех. Второе, самую малость уступающее по значимости – сохранять спокойствие. Третье – направлять силы на зар, а не на воинов».

Мар-ди набрал полные легкие воздуха, насыщая кровь кислородом, – это помогает успокоиться. Что ж, специально Управитель показал себя или не специально, но он невольно помог Мар-ди взять себя в руки.

«Повторим еще раз: вера, спокойствие, зар».

Глядя на раскручивающиеся бриллианты, диригенс испытал странное ощущение: он может управлять ими. Не просто раскручивать, а заставлять их давать такой зар, который ему нужен. Более того, он может помешать бриллиантам дать хороший зар Ланселоту. Черные рыцари почти завершили круг? Не страшно. Если выпадет Ко-Ша или Ду-бещ, у него есть шанс выиграть. Зар продолжал крутиться, а он буквально сверлил бриллианты взглядом. В последний момент подался вперед всем телом, будто толкнул кубы, чтобы они встали правильно. Да! Ему удалось. Ко-Ша – и два белых рыцаря вихрем пролетели всё поле. А у Ланселота? Он сжал кулаки, опять гипнотизируя зар. На этот раз ему казалось, что он удерживает вращение кубиков. Бриллианты замерли. Ек-эк. Замечательно!

Следующие несколько ходов ему сопутствовала удача. Он почувствовал растерянность Ланселота. Темный силуэт рыцаря исчез, но его эмоции витали в воздухе. Как раньше он слышал смех, так теперь ощущал, что удивление сменяется раздражением. Немудрено разозлиться. Управитель думал, что победа у него в кармане. И тут такие перемены! Зар его не слушается. Госпожа удача повернулась спиной.

И вот решающий момент – диригенс последний раз кинул зар и победно посмотрел на рубиновые точки. Ко-Ша! Последние рыцари закончили путь по полю и выстроились в шеренгу для следующей битвы. Хотелось торжествующе воскликнуть от радости. Черные рыцари понуро брели на свои места. Они не завершили круг. Первая битва выиграна светлыми.

Дрожь восторга охватила Мар-ди. Но тут же он почувствовал глухое недовольство противника. Ланселот будто надавил на него, сжал его в кулак. Дыхание на мгновение остановилось, Мар-ди изумленно всматривался в темноту. Тут же его оставили в покое. Управитель отступил. Боли не причинил, но неудобства доставил. А также дал почувствовать свою силу. Но что если и Мар-ди попробует так же? Он ведь тоже кое-что может.

Диригенс сделал усилие, выпрямился в полный рост. Повел руками вокруг себя – расчистил пространство. Уловил недоумение.

– Я могу противостоять тебе, – произнес он вслух, не боясь быть услышанным. – И ареопагит обязательно найдет тебя.

А там, за гранью Раныда, минарс Арис, любимый ученик Мар-ди, вошел во Флелан, чтобы найти первых послушников Света – минервалсов.

16 июня, 7.43 по мобильнику Сергея, поляна у Дверь-камня

Арис шагнул из двери на траву Флелана.

Сердце бьется неровно. Не потому, что тут особое солнце или воздух. А потому, что это новое назначение, его шанс из минарса превратиться в диригенса. Увидеть ареопагита… Пока он лишь присутствовал на богослужении, вошел в зал Аз, но увиденного там хватило, чтобы полностью посвятить себя подчинению Флелана.

Учитель Мар-ди тщательно готовил его к заданию. Арису повезло больше, чем остальным минарсам, пытавшимся войти в мир Ланселота. Во-первых, повезло с диригенсом, который сделал всё, для того, чтобы сохранить жизнь ученику. Во-вторых, буквально за месяц до Раныда, в Храме появились новые обитатели – ясновидцы. Взор этих существ пронзал пространство и материю. Их переселили из мира Лхуссу, и поддержку Храму они оказывали неоценимую. До сегодняшнего дня несколько минарсов уже погибло во Флелане. Кажется, даже ареопагит не знал, как это произошло. Они шагали в портал, как в топкое болото темной ночью, и не возвращались. Но перед его переходом ареопагит всех ясновидцев подключил к Флелану, и теперь он знал много об этом мире. Арис пришел во Флелан с уже готовым планом действий. Главное, что он усвоил: у него мало времени, для того чтобы осуществить этот план. Он знал, с кем ему надо встретиться прежде всего. Кто играет самую важную роль в этом мире, кто может ему помешать и на чью помощь он может рассчитывать. Особых проблем возникнуть не должно. Флелан оставил в пользование немного магии – не всё отобрал при смене миров. Но самая большая поддержка – от Мар-ди. Он вызвал Ланселота на поединок Раныд.

Арис еще раз оглянулся на портал, сделанный в камне. Теперь он открыт для минарса в обе стороны. Он может беспрепятственно посещать Храм, когда будет свободнее… Если следующий поединок Раныда также пройдет успешно, через него придет его друг Василий, но пока надо справляться одному. Есть еще надежда на амулет, который ему дали перед переходом. Может, какой-нибудь диригенс свяжется с ним, передаст новости от ясновидцев. Но Ариса честно предупредили: никто не знает, как часто зеркальный камень – круглый, сантиметров пять в диаметре, издалека напоминающий зеркало – будет работать. Чтобы ритуал видения прошел благополучно, нужно еще поймать особую волну энергии Храма. Но Флелан всё еще закрыт, поэтому волны эти кто-то старательно гасит. Они не знают, делает это Хозяин или маги внутри мира.

Арис осмотрелся. Перед ним обычный лес, такой же как в первосозданном мире. Слышна обычная жизнь дубравы: пение птиц, их суета в гнездах, шорох мелких грызунов, стрекот белки. Над ним синее безоблачное небо… Кто бы мог подумать, что здесь столько зла? Хотя… Арис посмотрел на Саеру – солнце Флелана: вот где отразилась больная фантазия Управителя мира. Почему не сделать всё как положено? Нет, солнце крутится по небу, как свихнувшаяся собака на привязи. Солнечные часы в принципе невозможны. Определить время можно по высоте светила над горизонтом, но этому быстро не обучишься. Спасибо еще, что Ланселот не сделал Саеру зеленой или фиолетовой. Тогда бы адаптироваться для минарса стало еще сложнее.

Он покрепче сжал посох. Не спеша огладил темно-серый балахон – дорожную одежду. После этого поправил плащ такого же цвета. Этот покров лишний – холод здесь редкий гость, но служители Храма Света не должны показываться непосвященным. А если и делать это, то не раскрывая своего истинного статуса. Местные жители не должны знать Ариса в лицо, поэтому придется потерпеть зной и стекающий по спине пот. Он специально коротко постригся. Теперь светлые, почти белые волосы долго не будут создавать дополнительных неудобств. Арису недавно исполнилось двадцать семь. Он уродился, что называется, натуральным блондином. Если женщина могла раскрасить себя косметикой, то мужчина лишен такой возможности. Вот почему на его лице трудно рассмотреть белые ресницы и брови. Разве что когда на солнце сильно загорит – тогда белое на красном выделяется хорошо. Глаза тоже словно выцветшие – белесо-серые. Так что устав ордена, предписывавший всюду носить плащ с капюшоном, ему нравился. Лишний раз не придется демонстрировать себя.

Но какая тут всё же жара! Может, сегодня сделать себе маленький подарок? Еле уловимым движением пальцев он создал вокруг прохладу. С удовольствием потянулся в освежающих потоках, так что косточки хрустнули. Сейчас. Еще одну минуту. В ближайший месяц придется недоедать и недосыпать, долгими часами находиться в пути. Но сегодня, в день, когда он впервые увидел Флелан и его сумасшедшее солнце, он позволит себе минуту отдыха.

Всё удалось, как и предсказывал диригенс Мар-ди. Ланселот не позволял зайти в его мир, а он зашел. Потому что Раныд. Потому что Мар-ди выиграл первую битву, и за это получил возможность ввести в мир Управителя одного посвященного. Когда-нибудь минарсов будет много, но он – первый.

Он стряхнул с себя оцепенение, потряс руками с растопыренными пальцами. Всё.

Прохлада мгновенно ушла. На плечи обрушилась иссушающая жара. Теперь только дело. Для начала надо узнать, кто есть поблизости. Куда идти, чтобы ни с кем не столкнуться. Ясновидцы предупредили, что его попытаются схватить сразу, как он попадет во Флелан.

Арис накинул капюшон на голову, сел вблизи дерева и сотворил вязь заклинания. Через минуту он рассматривал тех, кто собирался его задержать. «Не вышло? Не вам тягаться с храмом Света! Не вам…»

16 июня, 7.55 по мобильнику Сергея, Храм.

Сергей судорожно сглотнул. Эхо подвело его – звук получился неожиданно громкий. Басовитый хоббит поморщился, словно вор совершил святотатство. Мент толкнул Серого в бок.

– А чё сразу я? – начал тут же парень, но затих – звуки забарабанили по ушам градом. Виновато посмотрел на хоббита, прошептал. – Извините, – тут же его озарило, он живо задал вопрос. – А ты чё тоже как вольфы разговариваешь?

Карлик неодобрительно поджал губы.

– Не могли бы вы говорить тише? Громкая речь подобает на рынке, а также в случаях смертельной опасности, когда надо предупредить друзей. В храме же следует вести себя чинно и благопристойно, дабы не оскорбить Хозяина и поклоняющихся ему, – медленно и внятно разъяснил хоббит и после этого ответил на вопрос. – Я полиглот, ибо кто хочет познать мир, должен начать с его имен. Языки же – это живые имена, которые… Впрочем, это не имеет отношения к делу. Суть же состоит в том, что если бы я не знал ни одного языка, мы поняли бы друг друга в этом храме. Ибо Хозяин больше всего на свете жаждал понимания. Его несбывшейся мечтой было, чтобы все существа Флелана понимали друг друга. Теперь это доброе дело взял на себя сэр Орман, да будет благословен он вовеки. Итак, грубые эльфы…

– Кто? – изумленно перебил его Влад.

– Отстой! – возмутился Серый и повернулся к нему. – Не знаешь кто такие эльфы? Ты что мультик про хоббита не смотрел?

– Ты, умник, заткнись, – одернул парня Влад, дальше обратился к хоббиту. – Я не понял, почему мы – эльфы?

– А кто вы, пришельцы?

– Люди!

Карлик забормотал себе под нос.

– Есть множество рас во Флелане: хоббиты, рикмасы, гномы, урукхаи, орки, оуги, мьяутти… – перевел взгляд на Влада. – Как называется ваша народность на известном мне наречии?

«Чии… чии… чии», – разнесло эхо по храму.

– Так люди же! – вступил Серый.

– Он не знает, что такое люди, – потерянно объяснил мент, до которого наконец дошла истина.

– Во дела! – восхитился вор. – А ты хоббит, да?

– Мой народ называется хоббиты, – нахмурился полиглот. – И то, что вы не знаете, как называется ваша народность на известном мне наречии, либо не хотите называть ее, говорит мне о том, что именно вы нам нужны.

– Серьезно? – Серый сиял все больше и больше, а вот Владу этот разговор не нравился. Он напряженно вслушивался, пытаясь уловить через эхо посторонние звуки. Они находятся в мире, где живут хоббиты, эльфы, орки и еще неизвестно кто… В мире, где ни разу не встречали людей. И как можно быть уверенными, что в этом мире никого не трогают в храмах? Особенно если это пришельцы.

«Ох, что-то тут не то. Подвох какой-то».

Он будто невзначай обернулся, стараясь увидеть, что творится за спиной. Но столб света, падающий на статую, ослеплял, и стены храма терялись во тьме. Влад не мог разглядеть, есть ли еще входы, кроме того, в который они залетели. «А ведь должны быть входы, елки-палки! Хотя бы в комнаты для священников».

– Пока я буду называть вас грубые эльфы, – произнес хоббит. – Расскажите, откуда вы и зачем пришли в лес у деревни хоббитов? – величественно вопрошал он.

– Да мы не то чтобы очень хотели, – забавлялся Сергей. – Меня так насильно к вам закинули. В дверь толкнули и опаньки – я тута, – хихикнул он. – А Влад – тот споткнулся на мусоре, догоняешь? Мусор на мусоре, чем не каламбур? – Серый хихикнул, но тут же покосился на мента и состроил серьезную мину. – В общем, поскользнулся и опять же влетел в дверь. А из вашей двери – той, что на камне – вывалился… А зачем мы вам нужны?

Басовитый малыш замешкался на секунду. Этой паузы не хватило, чтобы в храме воцарилась тишина.

– Я правильно понял, что вы попали в наш мир через дверь-камень? – Влад и Сергей дружно закивали. – В таком случае, маг Орман просил воспрепятствовать именно вашему проникновению во Флелан. Но мы опоздали. Теперь он решит вашу участь.

Люди изумленно приоткрыли рот. Сергей сориентировался первым.

– Да откуда же он знал, что мы придем, если мы еще вчера сюда не собирались?! – возмутился парень. – Вообще не знали, что этот ваш Фэлан существует!