Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Ожидающий на Перекрестках

Ожидающий на Перекрестках
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
62 уже добавили
Оценка читателей
4.45

Один за другим уходят боги, вливаясь в душу Сарта-Мифотворца. Только так можно подхватить и удержать крышу Дома-на-Перекрестке, готовую в любой момент рухнуть на наши головы. Жесток и опасен мир, в котором правит бал таинственная Зверь-Книга. Все попавшие под ее влияние – угодившие в Переплет, – становятся словами и знаками, призраками и марионетками, утрачивая самостоятельность.

Бездна Голодных Глаз по-прежнему хочет вырваться в наш мир.

Видео о цикле «Бездна Голодных глаз»

Лучшие рецензии
Anais-Anais
Anais-Anais
Оценка:
145
«Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю»
А.С. Пушкин

«Занавес – это когда еще ничего нет. Еще до начала. Темно, тихо и гулкое эхо в зале. А потом... потом "занавес!" – и вспыхивает свет, появляются люди, звучит слово...» Г.Л. Олди

Поднимается занавес, открывается книга, и ты надолго выпадаешь из своей привычной реальности, оказываясь совершенно в ином мире. Или это мир Книги, уже давно (не)существующий, самовольно прорывается сквозь занавес и захватывает так сильно, что только и можешь кружиться в вихре, безжалостно швыряющем по лабиринту миров и историй до тех пор, пока, наконец, не очнешься совершенно без сил, глядя на обложку «Бездны…» расфокусированным взглядом.

Проходит время, а ты всё сидишь и сидишь за столом, и книга уже не лежит спокойно в руках, а сидит напротив тебя и внимательно вглядывается в твои глаза… Стоп! Что за наваждение такое? Ты говоришь: «Книга не должна сидеть за столом…». Но оказывается, что это говоришь не ты, слова - всего лишь отражение, отсвет, воспоминание о прочитанном. Или пережитом? Теперь так просто и не ответишь. Сложно, безумно сложно написать что-то однозначное о книге.

Лишь одно могу сказать точно - этот цикл романов и повестей (хоть и относится к жанру фэнтези) не из тех книг, которые стоит брать почитать для отдыха и расслабления, ни одна из частей не «навеет человечеству сон золотой». «Бездна…» восхищает, утомляет, будоражит, притягивает, обманывает, тревожит, пугает, раздражает, бесит, но все равно не отпускает.
Это книга о бесконечно сложном, опасном и выматывающем существовании на грани. На грани между чувством и долгом, дружбой и враждой, природой и цивилизацией, безумием и мудростью, жизнью и смертью. Каждый из героев, какова бы ни была его сущность: человеческая, сверхчеловеческая или нечеловеческая – проходит по этой тонкой грани, которая острее самого острого лезвия бритвы. Проходит по-разному и приходит к разному, но никого не минует встреча с Бездной.

Бездна. Она везде: вокруг нас, внутри нас и особенно – внутри тебя.
Каким бы ни был и по каким бы законам ни существовал «родной» для персонажа мир, голодные хищные жадные глаза не прекращают своей слежки. И стоит появиться малейшей трещинке, тёмная «сущность, не получившая существования», будет отчаянно стремиться такое существование получить. И начнется неспокойное время.

Герои появляются в неспокойное время

Герои у Олди – это не безупречные «рыцари без страха и упрёка» Они могут быть слабыми и неуверенными, нарушающими законы и презираемыми, разочарованными и ошибающимися. В общем, такими же, как и негерои. Пожалуй, лишь одно качество для Героя обязательно – стремление понять, принять и осуществить свою Судьбу и сделать такой Выбор, чтобы не дать шанса осуществиться Бездне. При этом в историях Олди нет привычного фатализма, Судьба никогда не свершается вопреки воле Героя. Читая «Бездну…», я не раз вспоминала роман Павла Крусанова «Бом-бом»:

«…судьба даёт человеку право выбора, включая право на отказ от права быть ею выбранным, но не позволяет ему в этом театре самому стать режиссёром. Одновременно самой себе она может позволить всё – она агрессивна, безответственна, беспринципна и разнузданна. Имей она как сущность человеческое воплощение, так что с ней можно было бы говорить на языке медицины и юриспруденции, её наверняка упекли бы в психушку.»

Удел «выбранных судьбой» и принявших выбор героев Олди – необходимость следовать Пути, не понимая до конца, к чему он приведет, и не зная, истинный ли это путь. Порой следование Пути так мучительно, что похоже на ад:

«Душа терзается исключительно неопределенностью. Когда причина не влечет за собой положенного следствия, когда результаты поступка непредсказуемы, когда время врет, пространство издевается, когда рай становится адом и наоборот…»

Проходя адски тяжелый Путь, невозможно оставаться ни в чем невиновным и столь же чистым, как в начале своего пути. И это тоже цена, которую придется заплатить. Снова по какому-то закону переплетения сюжетов и идей для описания героев Олди приходят в голову слова Крусанова:

«Найдя достойного «партнёра», судьба благодарит его своей наивысшей благодарностью: вместо биографии она дарует человеку предание, которое зачастую включает в свою структуру, помимо подвига и величия, далеко не самую комфортную/безмятежную жизнь и не самую лёгкую/быструю смерть.»

В мирах Олди не только нет черного и белого, но часто то, что кажется чем-то одним в каком-то из миров-пространств-времен, оборачивается совсем другим в другом мире. Не раз и не два придется менять угля зрения и отказываться от сложившихся представлений.

«Впервые я подумал не о героях мифов – несокрушимых и отважных – а о сотнях несчастных врагов, попадающихся им под руку. И о том, что любой герой – безумен.»

Читать цикл было непросто, в какие-то моменты казалось, что надо постоянно останавливаться, чтобы нарисовать какую-то «карту миров», пространственно-временную схему развития событий, «привязать» героев и их истории к каким-то осям координат, но бурная река повествования уносила дальше, не давая задерживаться. И сейчас я об этом нисколько не жалею.
Цикл «Бездна…» - не одномерный паззл, где у каждого элемента есть свой цвет и только одно строго отведенное ему место на плоскости, а некий волшебный многогранный кристалл, грани которого меняют цвет в зависимости от освещения и пересекаются друг с другом десятками плоскостей.

Прочитанная «залпом» «Бездна…» оставила цельное и мощное впечатление, которое совершенно не хочется портить придирчивым анализом. Возможно, все дело в языке авторов и в стиле написания книги – динамизм, размеренность, простота и усложненность в разных частях сменяют друг друга, остается неизменным только общее впечатление напряженности натянутой струны и поэтического пафоса. И это тот редкий случай, когда можно говорить о пафосе в положительном значении этого слова.

Но лучше прочитать самим, чем верить мне на слово. Потому что:

«Возможно, все было именно так. Или иначе. Или не было вообще.»

Читать полностью
takatalvi
takatalvi
Оценка:
66
У Бездны есть сущность - много сущностей, слитых воедино - но нет и не может быть существования. И поэтому она пронизана страстным всеобщим стремлением - осуществиться. Быть.

Сначала я, как обычно, когда жизнь вынуждает меня давиться фантастикой, чувствовала раздражение от того, что ничего не понимаю. Битвы на смерть, цирк, бесы, Иллюзии, жрецы, Пустотники и в целом что ни персонаж, то в состоянии крайней упоротости, ибо в описываемом мире смерть – завидная привилегия, выросшая из комплекса неполноценности из-за нежданно-негаданно появившихся бессмертных. Симпатии к авторам у меня от этого не прибавилось, ибо чтобы проникнуться доверием к такой ситуации, надо сделать вывод, что в этом мире все люди до единого – изначально готовые клиенты для дурдома, во что не особо-то верится.

Но да ладно. Дальше все стало даже еще лучше, потому что повествование стало прыгать от одного к другому, и у читателя, у меня то есть, возник когнитивный диссонанс, ибо когда одна вселенная со всякими там пафосными боями, Харонами, Даймонами и иже с ними начинает соседствовать с Андрюшами и Стасами, мое чело неудержимо влечет к твердой поверхности стола. Фраза книги – Марцелл, ты Анжей! Батюшки-светы. За цитированием этих отрывков, в том числе объясняющих замес с Некросферой и Отростком, рыдал весь наш рабочий отдел. Особо порадовали мелкие сценки из разряда «тот неловкий момент, когда ты глянцевый дельфин». В общем, раздражение плавно перешло в истерику, и дело пошло повеселее.

Потом настало знакомство с Изменчивыми, и ко всему этому добру присоединились оборотни во главе с очаровашкой Солли – единственный, к слову, персонаж, полюбившийся мне. Но только я начала привыкать к повествованию и вникать в нелегкое мироустройство, с шумом и треском втискивающееся в мозг (не всегда успешно), как все повернуло куда-то в малопонятные дебри, и все началось сначала – ничего не понятно, где я, что я, кто все эти люди – привыкание – и снова здорово. Такое впечатление, что писалось много разных историй, а потом, когда понадобилось слить их воедино, рукописи разрезали, смешали и начали вытягивать по кусочку и ставить в таком вот случайном порядке. А когда что-то не состыковывалось, был использован прием под кодовым названием «Бездна». Все привязывай к Бездне! Плевать, что не в тему и некуда пихать сие, надо – значит, запихнем! И с Книгой та же история, но тут хотя бы какая-никакая логическая цепочка прослеживается, пусть и с сильнейшем засильем в самом конце.

Ах да, и еще в подложке всего этого великолепия стелется мысль об том, как же все-таки люди прогнулись под техникой и обнищали духовно, что периодически грозится превратить историю в какую-нибудь второсортную притчу. Грозится – но тут же спохватывается и своевременно исчезает, уступая место всяким, так сказать, «расам», плодам, с позволения, авторского воображения, решительно мне непонятно и чуждого. Что это, зачем столько, не надоело? Еще и вперемешку с отечественным бытием. Так и рехнуться можно.

В общем, в плане сюжета – полный бардак, истерика и мракобесие. К великому сожалению, персонажи то ли в силу неглубоко повествования, то ли из-за ломаного-переломанного сюжета не раскрываются от слова совсем, большинство из них безлики и практически одинаковы, выцедить отличительные черты характеров сложно, хотя повествование большей частью идет от первого лица, пусть и разных персонажей. С этой стороны книги тоже не привязали. А добили эпиграфы в виде пафоснейших цитат и стихотворные вставки, оставляющие желать либо лучшего написания, либо лучшего применения.

Из плюсов: периодически авторы разражаются действительно красивыми строками и образами. В этом отношении мне особенно понравилась повесть «Живущий в последний раз». Несомненный лидер в красивых моментах – сама Бездна.

...За дверью была Бездна, и Бездна была - живая!
Мириады глаз - распахнутых, жаждущих, зовущих; беззвучный крик плавился, распадался в подмигивающей бесконечности, и пена ресниц дрожала на горящем, накатывающемся валу тянущихся зрачков. "Ты - наш!" - смеялась бесконечность, - "Ты - мой! Мой..." - взывал каждый взгляд.

Да и все, наверное. Впрочем, важное замечание: я подобные жанры просто не понимаю. Может, это как раз то, что понравится любителям фантастики, но если вам, как и мне, не по нраву этот жанр, то не стоит пытаться примириться с ним посредством Олди - заведомо гиблое дело.

Читать полностью
Meredith
Meredith
Оценка:
34

Нет-нет-нет, Безднушка, родненькая, не покидай меня! Не закрывайте Двери! Сарт, забери меня с собой!
Это так странно расставаться с циклом, в котором жил неделю, в котором уже и все персонажи родные, из-за которого за окном так и ожидаешь увидеть степь, а еще храм, а вот еще дом-на-перекресте и занавес, а окна, кстати, и нет. Знаете, я тут пару раз прерывалась на другие книги, так и там искала Бездну, чертовщина какая-то.

Цикл "Бездна голодных глаз" содержит в себе 5 романов и 4 повести. Не стоит пугаться, романы в нем тоже не особо большие, с каждым из них можно спокойно расправиться за вечер. Однако 9 частей цикла соединены не особо последовательно. Истории происходят в разных параллельных и не очень мирах, в одном мире, но в разное время, с одними персонажами, но в разных ипостасях, вообще с левыми на первый взгляд людьми и на нашей Земле. Конец одной части вовсе не требует срочно читать продолжения, да только проблема в том, что если вам понравится первая книга, вряд ли вы сможете отложить цикл на долго.

Лично я влюбилась в "Дорогу" с первых же страниц. Мне было абсолютно ни хера не понятно, но я не могла оторваться. Было решено особо не запариваться над происходящим, ибо интуиция подсказывала, что к концу этой (а может следующей) книги я все пойму. Просто окунулась с головой. Я удивлялась жестоким боям, я пританцовывала под музыку Чарли, я выживала в метро (черт, да я и так в нем выживаю постоянно, прочувствовать было не сложно), я обнимала тигра Рыки, я считала Тех, кто не Я, я захлебывалась слезами... Да что за книга такая, которая одновременно вынесет мозги, развеселит и вдарит под дых? Легонечко вроде бы, а ты три дня отходишь, а там даааавит что-то, скулит, издевается.
К концу "Сумерек мира" я еще больше поняла, что интуиция была права. Не стоит в этих романах искать суть сюжета в самом начале. Вам потом потихоньку выдадут, только вот все равно не разжуют до конца, придется голову слегка поломать, возможно поспорить с кем-то, может быть бежать и вопрошать, кто как понял, хотя всегда можно наплевать.
Дальше истории воспринимались волной - что-то шло со скрипом и не особо впечатляло ("Витражи..." особенно мимо проскочили, если кому вдруг интересно), а от чего я просто повизгивала и мчалась рассказывать нечитавшим друзьям, которые само собой ничего не понимали, просто кивали, радовались за меня и явно надеялись, что этот кирпич я никому не подкину в годовом флэшмобе (ХА-ХА-ХА). Если уж на то пошло, то больше всего меня зацепил роман "Ожидающий на Перекрёстках", главным героем которого является Дом. Дом, который питается сверхъестественным, Дом с ПМСом, Дом, постоянно меняющий свой внешний вид и давящий на обитателей, Дом хитрец, Дом, по которому я буду скучать больше всего. Здесь достаточно глубоко раскрыта суть людской веры, культов, мифов. А еще здесь много Сарта. Я вообще не понимаю, как этого засранца можно не любить?
К последнему роману я шла уже с закрытыми глазами, было страшно представить, что же там еще можно было накрутить. Приятно удивило возвращение Анжея и Тальки. Но финал... У меня что-то внутри лопнуло. Вроде все в стиле, но что-то не так.

На самом деле, я не представляю, что можно сказать о сюжете. И стоит ли о нем вообще говорить, когда здесь все не так, как кажется на первый вгляд. Могу только поделиться с вами мыслями о том, что это ни разу не развлекательный цикл, с которым можно расслабить мозг на пляже. Хоть это и фэнтези, но достаточно глубокое, здесь хватает философии. Очевидное на поверхности, копнешь глубже - задумаешься, еще дальше лезть уже и боязно. Очень любопытными казались Витражи - слова, чья власть огромна, слова, управляющие миром. И, кажется, в этом цикле есть все. Параллельные миры и Бездна между ними? Их есть у нас. Крепкие семьи и маленькие трагедии в них? Получите, распишитесь. Любовь с проблемой выбора, преградами, неравная, но взаимная? Оооо, ну без этого вообще никуда. Безмозглые мудрецы и умные дураки? Да на здоровье! Музыка, театр или стихи? И то, и другое, и можно без хлеба. Фанатики, храмы, Боги? Да в первую очередь же! Дружба между враждующими народами? Конечно! А еще зверушки всякие разные: от змеи до тигра, от ястреба до волка; маньяки, режиссеры, полковники, бабульки стремные, кочевники, шейхи, восточный колорит, перстни, книги... Да, книга здесь тоже в центре сюжета. Перечислять можно еще очень долго, а есть ли смысл?

О персонажах, кажется, говорить еще сложнее, чем о сюжете. Тут есть бессмертные, сокращенно "бесы", которые борятся на арене, потому что у них нет прав до поры до времени. Тут есть оборотни, среди них есть вожаки волчьей стаи. Есть и вампиры, классические, только название у них иное. Есть скользящие в сумраке, пустотники. Есть девятикратные - потомки бесов, они живут 9 жизней. Как же легко некоторые из них теряют первые 3-4. Характеры прописаны не всегда, ибо далеко не все персонажи важны, но те кто есть, надолго остаются в памяти. Сарт, Талька, Анжей и Марцелл, добрый друг мой Даймон - я буду безумно скучать по ним. Только с женщинами как-то не удалось, они больше фоновые что-то, да и запомнилась ярко лишь Анабель-Ли, но с ней просто связана настолько трогательная история, что никакая любовь в "Живущем" меня уже пронять не смогла. Характеры даже у Города и Дома ярче и подробней. Даже у техники, которая оживает и ведет свою личную жизнь. Театр Абсурда какой-то, честное слово. Еще хочется выделить Атмосферного Черепа, который безумно схож с Чеширским Котом. И Рыки, тигра, который гуманней людей. Смешно звучит, пока не вдумаешься. Вообще я удивляюсь, как в такую глубокую, серьезную, местами печальную до дрожи вещь можно было впихнуть юмор. Его не много, но он как бальзам на душу, греет, умиляет, тушит пламя грусти, превращая лишь в дымок тоски.

И на этой ноте хочу закруглиться, потому что никому не нужны пододеяльники вместо рецензий. Скажу только спасибо тому, кто предложил этот цикл в качестве бонуса. Меня действительно зацепило до спазма в горле. Я куплю его, я буду перечитывать некоторые части вечно, а некоторые раз в пару лет, но я не смогу покинуть миры, между которыми расположилась Бездна Голодных Глаз!

— Закрой дверь, придурок, — сказала мне Бездна. — Дует же!..

Читать полностью
Лучшая цитата
Я молчал. Я слушал. Иногда раньше я задавал себе вопрос – что происходит с Предстоятелями, когда угасает вера в их бога? Куда ушли Стоявшие перед остывшими алтарями?.. И почему их алтари остыли? А золы становилось все больше…
– Ты поедешь в Фольнарк, в местный храм Сиаллы. Мне больно отдавать тебя, Сарт, даже на время, но больше некому подготовить для Варны нового Мифотворца. Причем не одного, а сразу двоих… впрочем, подробности тебе сообщат на месте. Мы пока продержимся, только прошу тебя, гордый и дерзкий чужак, – поторопись!..
В мои цитаты Удалить из цитат