Книга или автор
Записки из подполья (сборник)

Записки из подполья (сборник)

Бесплатно
Записки из подполья (сборник)
4,5
67 читателей оценили
444 печ. страниц
2017 год
12+
Оцените книгу

О книге

Произведения малой прозы великого Достоевского, очень разные по стилю и манере – забавные и трагические, сатирические и лиричные.

«Записки из подполья» – одна из гениальнейших повестей Достоевского, в которой он вновь обращается к проблеме «маленького человека», раздавленного каменными громадами Петербурга, но изображает это уже не в лирической форме, а с беспощадной сатирой.

Удивительный по глубине и психологизму рассказ «Кроткая» и печальный, пронзительный «Мальчик у Христа на елке».

Остроумный, язвительный «Крокодил» и ироничный «Вечный муж».

Достоевский не щадил современной ему действительности, – он выносил ей безжалостный приговор, используя для этого все многочисленные грани своего литературного таланта.

Читайте онлайн полную версию книги «Записки из подполья (сборник)» автора Федора Достоевского на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Записки из подполья (сборник)» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Год издания: 2017

ISBN (EAN): 9785170786633

Дата поступления: 29 июня 2017

Объем: 800.6 тыс. знаков

  1. TibetanFox
    TibetanFox
    Оценил книгу

    Не знаю, как может мыслящий человек прочитать "Записки из подполья" и остаться тем же самым человеком. Это не литературное произведение, а химическое вещество, которое вступает в реакцию с содержимым... Нет, не головы. Нет, не души. С содержимым твоего "я", скорее всего.

    Бывает такая ситуация, когда какой-то человек делает что-то нелепое или глупое, а стыдно почему-то вам. Хотя вы-то тут и ни при чём. Тут такая же петрушка: исповедуется главный герой, и умом понимаешь, что у тебя с ним общего только отдельные маленькие гаденькие чёрточки, но всё равно стыдно до горящих алым пламенем ушей. Это не просто исповедь, а сверхисповедь, когда человек, рассказав, что думает, тут же на месте анализирует, почему он думает и к чему... И результат оказывается не слишком приятен. Мне кажется, мало кто может быть настолько честен даже перед самим собой, как главный герой в этом монологе. Мы всегда оправдываем себя чем-то, ищем объяснения, но совсем иного рода, нежели "подпольщик". Он-то знает, что в основе многих его поступков лежат не благородные мотивы, а гнильца. И эту гнильцу он миллиметр за миллиметром вытягивает из скрытой ото всех области подсознания, только чтобы мы с ужасом узнали в каких-то её проявлениях и себя. Не знаю, есть ли святоши, которые ни на один малейший миг не провели с собой аналогию. Я всё равно им не поверю.

    Достоевщина процветает во всей красе. Главный герой бичует себя с мазохистским удовольствием, явно ликуя от красочного описания "собственной убогости". Позже мы увидим его отражение во многих романах и героях: и тень Раскольникова, и сразу нескольких Карамазовых, и... Да что там, это концентрированный достоевский типчик, настоящая квинтэссенция его атмосферы и характеров. Обязательно надо прочитать "Записки из подполья", прежде чем читать романы Достоевского. Как много может дать это прочтение!

    "Записки из подполья" разделены на 2 части. Первая — как раз и есть эта безумная исповедь, плотность которой поражает. Неудивительно, что из неё взято столько цитат, что сложи их все обратно в произведение — текста выйдет, наверное, даже больше, чем было поначалу. Вторая – в лучших научных традициях, о практическом воплощении душевного болотца главного героя. Эти страдания и метания по поводу полнейшей чуши не повторить в кратком описании, нужно обязательно прочесть, оно того стоит.

    Ох и любит же Достоевский поковыряться скальпелем в хорошо подгнившей душонке, выволакивая на свет потайные жилы. После "Записок..." хочется немедленно выйти на сведий воздух, отдышаться и... Постараться стать хоть немного светлее, добрее и честнее. Хотя уши будут полыхать краснотой ещё долго.

  2. jonny_c
    jonny_c
    Оценил книгу

    Все мы любим страдать, верно? И жалеть себя тоже любим. Сидим тихо в своем подполье, как мыши, и грызем себя изнутри, едим себя поедом, изводим бесконечным самоанализом и самоуничижением, а потом предаемся жалости к самим себе и ненависти к окружающим. Если бы мы не любили страдать, то не стали бы наверно с такой маниакальной одержимостью терпеть физическую боль, а сразу бы бежали к докторам, не стали бы бесконечно выяснять отношения со своими близкими людьми, изматывая себя и их и получая от этого садомазохистское наслаждение, не стали бы читать «Белый Бим Черное ухо», смотреть «Титаник», передачу «Жди меня» и канал НТВ.

    Конечно, не все люди такие и я нарочно говорю «мы», имея в виду нас – интеллектуалов, людей много читающих и много знающих. Себя я, безусловно, тоже считаю интеллектуалом. А как иначе, ведь я тоже читал Кафку и Ницше, да и профессия обязывает. Тем не менее, есть люди, которым абсолютно до фонаря все эти переживания и страдания интеллектуалов. Они плюют на жалость, как к себе, так и к другим, и с упорством баранов достигают своих целей, не гнушаясь двинуть кому-нибудь кулаком в физиономию или наступить на мельтешащую под ногами мышь. Мы же тем временем люто ненавидим их за это, называем самодурами, тщеславными эгоистами, а сами садимся читать книгу «Как перестать беспокоиться и начать жить». Но мы ведь такие же эгоисты, как и они. И страдаем-то мы, и жалеем себя, и анализируем свои поступки, и копаемся в себе, как в навозной куче, только из-за того, что шибко любим себя. И одиночество выбираем, уходя в подполье, только для того, чтоб никто нам не мешал предаваться себялюбию. Получается, что все мы, - и властолюбцы, и интеллектуалы, и мелкие людишки, и бунтари, и обыкновенные искатели приключений, - абсолютно все эгоисты до мозга костей.

    Такой вывод, конечно же, сделал я сам и сделал его давно. Но вот какая штука, этот вывод снова замигал в моем сознании красной лампой тревоги после того, как я прочитал «Записки из подполья». Федор Михалыч безусловно изображает в «Записках» «лишнего человека». Этот его «лишний человек» в силу своего большого ума выбирает сознательную инерцию и уход в мрачный и серый мир «подполья», откуда он спокойно и безвредно для окружающих может перелопачивать свою жизнь и купаться в жалости и ненависти к самому себе. Но этот «лишний человек», несмотря на убогий свой облик, лишним себя, разумеется, не считает. Наоборот, он относит себя к контингенту уникальных, образованных, глубоко чувствующих, но не понятых и не принятых обществом людей. И такой вывод он делает лишь в силу своего большого эгоизма, себялюбия и своекорыстия.

    Достоевский в «Записках» показывает «лишнего человека» девятнадцатого столетия, но если хорошенько к нему присмотреться, а затем оглянуться вокруг, то можно и сейчас, в двадцать первом веке, увидеть огромное количество таких же людей. Тем более сейчас, когда у нас есть компьютер и интернет, когда мы можем придумать себе ник, выбрать аватарку, спрятаться за ними и спокойненько из этого укрытия изливать потоки желчи, заниматься только брюзжанием и пустой болтовней, считая при этом себя умными и высоко образованными людьми и окружая себя аурой уникальности и непохожести на остальных, а на деле являясь лишь мелкими, пустыми, лишними и неинтересными людишками.

    И вот, что самое хреновое, ведь я такой же болтун, а значит и, - о боги, - такой же «лишний человек». Но

    пусть, пусть я болтун, безвредный, досадный болтун, как и все мы. Но что же делать, если прямое и единственное назначение всякого умного человека есть болтовня, то есть умышленное пересыпанье из пустого в порожнее.
  3. alinakebhut
    alinakebhut
    Оценил книгу

    С экзистенциализмом я знакома ещё очень давно. Начинала его с Камю, Сартром и русским Н. Бердяевым. Книжка «Самопознание» Бердяева перевернуло мое сознание, я переосмыслила жизнь, стала смотреть на вещи совершенно по другому. Что касается Сартра с его книгой «Тошнота», то это вообще другое дело, я прочувствовала эту книгу от начала до конца. Как же я понимала, что может тошнить от жизни, от всего, но суть не в этом. Теория смысла жизни – основа экзистенциализма. Вернее поиск этого смысла, отчаяние от того, что смысла нет. Конечно, его можно придумывать сколько угодно, но уж извините, смысла нет. Почему? Наверное, потому что, смерть всё равно будет, а я не представляю свою жизнь после смерти в раю или аду, что касается перевоплощения, то уж извини Кришна, но я в тебя не верю.
    Достоевский тоже переживает, что и мы. В этой книге он задумывается о смысле, конечно не прямо, а через переживания о герое. Ему мучительна это бессмысленность. Бессмысленность мучает его на каждой странице.
    Конечно, я, вообще не читая рецензий об этой книге, ожидала мемуары какие-нибудь о войне, но о какой войне? Если тогда и войны не было, я имею в виду в то время. Наполеоновская война давно прошла, первая, и вторая ещё не наступили. И как же я была удивлена, когда прочитав эту книгу до конца, поняла, что смысл названия совершенно иной.
    Что касается главного героя книги, то он вызывал скорее жалость, чем ненависть и презрение. У Достоевского, знаете ли, очень явно выражена бедность у людей. Бедность вся наизнанку, такая, какая она есть. Мне всегда было трудно читать про бедность, про то, как люди сводят концы с концами. А ведь и сейчас есть такие бедные люди, которые живут на зарплате, которым вечно чего-то не хватает. Экзистенциализм бедности? О, да, конечно. Мы ведь придумываем себе, что угодно, лишь бы не поверить в том, что пустота бесконечна.
    Достоевский показывает в этой книге, что даже женщина легкого поведения заслуживает жалости. Нет, вы не можете жалеть такую женщину, а я вот могу. Мне жалко Лизу. Лиза хорошая девушка, она ведь от отчаяния начала такую жизнь. А главный герой жалкий человек. Не стыда, ни совести.
    Смысл существования? Может и так. Но любовь, вот чего не хватает в этой книге. Конечно это не те слащавые книги розового характера, где всё оканчивается счастьем. Эта книга о тяжелой судьбе человека, о его переживаниях, страданиях, его не понятие, бедности, жизненной неустойчивости.
    Почитайте эту книгу, чтобы понять, как тяжело жилось, в то время как простому человеку, трудно было создать семью, обеспечить свою любимую, из-за простой нехватки денег. А ведь, если бы не бедность, всё могло сложиться иначе.

  1. Свойства нашего романтика – это все понимать, все видеть и видеть часто несравненно яснее, чем видят самые положительнейшие наши умы; ни с кем и ни с чем не примиряться, но в то же время ничем и не брезгать; все обойти, всему уступить, со всеми поступить политично;
    20 апреля 2020
  2. я убежден, что нашего брата подпольного нужно в узде держать. Он хоть и способен молча в подполье сорок лет просидеть, но уж коль выйдет на свет да прорвется, так уж говорит, говорит, говорит…
    20 апреля 2020
  3. Они таких необходимых вещей не понимали, такими внушающими, поражающими предметами не интересовались, что поневоле я стал считать их ниже себя.
    9 февраля 2020

Интересные факты

«Подполье» — аллегорический образ. Герой не имеет никакого отношения к революционной деятельности, поскольку считает деятельную волю «глупой», а разум безвольным. После некоторых колебаний «подпольный человек» склоняется, скорее, к интеллигентному, рефлектирующему безволию, хотя и завидует людям нерассуждающим, но просто и нагло действующим. «Подполье» — иное название для атомарности. Ключевая фраза: «Я-то один, а они все». Мысль о личном превосходстве над остальными, как бы ничтожна не была жизнь, как бы не пресмыкался интеллигент, — квинтэссенция этой исповеди русского интеллигента. Герой, вернее, антигерой, как он сам себя называет в конце, несчастен и жалок, но, оставаясь человеком, получает удовольствие от того, что мучает себя и других. Эту склонность человека вслед за Достоевским, Кьеркегором и Ницше открывает современная психология.

«Хрустальный дворец» — олицетворение грядущего гармонично устроенного общества, всечеловеческого счастья, основанного на законах разума. Однако герой уверен, что найдутся люди, которые по совершенно иррациональным причинам отвергнут эту всебщую гармонию, основанную на рассудке, отвергнут ради беспричинного волевого самоутверждения. «Эх, господа, какая уж тут своя воля будет, когда дело доходит до арифметики, когда будет одно только дважды два четыре в ходу? Дважды два и без моей воли четыре будет. Такая ли своя воля бывает!»

Автор