ГЛАВА 3

На следующее утро дверь в ванную комнату немного приоткрылась и тут же резко захлопнулась. После чего за дверью раздался истошный крик хозяина квартиры:

- Б***ь, она ещё там! Сука! Твою мать!

Каждое ругательство сопровождалось глухим ударом о стену, вызываемым то ли рукой, то ли головой.

К вечеру Аркадий Вениаминович набрался сорокоградусной смелости и, так же, как накануне, пошатываясь, вошёл в ванную комнату.

Селёдка, уловив вибрации в помещении, подплыла к краю ванны и высунула голову.

- Ну, здравствуй, «чудо водоплавающее». Скучало по мне? – поприветствовал рыбину заплетающимся языком Аркадий Вениаминович, периодически икая.

- Рыбы скучать не умеют. Да и некогда мне было. Завещание тебе составляла, - с важным видом ответила селёдка, устало выдохнув. - В водопроводной воде такое количество ржавеющего планктона и всяческой бяки, что боялась, не доживу до твоего возвращения.

- А ты с юмором, – усмехнулся Аркадий Вениаминович и присел на стиральную машину. - И что мне теперь прикажешь с тобой делать? В цирке выступать?

- Приказывать должен ты. Это ведь ты меня спас, а не я тебя, - напомнила подвыпившему благодетелю селёдка о его добром поступке и об её долге перед ним.

- Ты хочешь сказать, что, кроме того, что ты умеешь говорить и читать, ты ещё умеешь и выполнять желания, как «золотая рыбка»? – с иронией поинтересовался Аркадий Вениаминович, прекрасно понимая, что этого уж точно быть не может.

- Ну-у, до «золотой рыбки» мне далеко, – честно призналась селёдка, с нескрываемой завистью к более могущественной «сестре». - Я ведь, если ты заметил, всего лишь «серебряная». А у серебряных волшебные чары не такие мощные, как у рыб с золотым «пером». А вот желания уровня «волшебной щуки» мне по силам.

- А-а-а, кажется, я понял! – радостно воскликнул Аркадий Вениаминович, хлопнув себя по коленям. - Ты являешься какой-нибудь дальней родственницей той «волшебной щуки» из сказки, и, по традиции вашего рода, ты тоже должна обязательно встретить в своей жизни одинокого Емелю и устроить его личную жизнь. В этом заключается миссия вашего рода. Вот ты и прицепилась ко мне, подумав, что я и есть тот самый Емеля, которого ты ищешь. Я угадал?

Рыба открыла рот, чтобы прокомментировать услышанное, но Аркадий Вениаминович не дал ей этого сделать, сурово погрозив перед её носом указательным пальцем.

- И не смей мне возражать. У меня есть доказательство. Помнишь, как ты меня назвала в первый раз?.. Правильно. ЕМЕЛЯ, – самодовольно подытожил дедуктивный ход своих мыслей Аркадий Вениаминович, вальяжно закинув ногу за ногу и скрестив на груди руки. - Ну как, хороший бы из меня вышел Шерлок Холмс?

- Из тебя бы вышел хороший фантазёр. А Шерлок Холмс из тебя - не очень. Любой школьник знает, что сельдь не сможет стать щуке родственницей. Даже если теоретически представить, что селёдку «трахнет» самец щуки, то у неё всё равно народятся маленькие сельдята, а не щурята. Единственное, что нас роднит с щукой, так это схожие магические способности. Ну, и, конечно, то, что она тоже РЫБА.

- О! Так мне с тобою круто повезло, – решил подыгрывать заносчивой рыбе убеждённый скептик, задумав вывести её на чистую воду и хорошо проучить. - И раз твой уровень магии идентичен с уровнем «волшебной щуки», то я, пожалуй, воспользуюсь твоим щедрым предложением и загадаю что-нибудь, - хитро прищурившись, таинственно произнёс Аркадий Вениаминович и, на секунду задумавшись, начал рассуждать вслух: - Идущая вода с проруби в вёдрах мне не нужна, она у меня и из крана неплохо бежит… Дровами я дом не топлю, и по городу я предпочитаю ездить на немецкой машине, а не на русской печи… Остаётся одно – жениться на царской дочери… Сможешь решить эту задачку? Я как раз не женат, и меня вполне устроит этот перспективный вариант.

- Запросто, – уверенно пообещала селёдка, не моргнув и глазом. – Иди, переодевайся в самые нарядные плавки, и поплывём свататься.

- В смысле поплывём? – недоумевая, спросил Аркадий Вениаминович, наморщив лоб.

- А как ты хотел добраться до подводного Царства? По воздуху? – усмехнулась рыба.

- А зачем нам в подводное Царство? – продолжал «тупить» Аркадий Вениаминович, совершенно не понимая, к чему клонит селёдка.

- Как ЗАЧЕМ? Жениться на царской дочери, – напомнила страдающему от склероза просителю о его же собственном желании ответственная рыба и раздражённо шлёпнула хвостом по воде.

- А-а-а, так ты меня на дочери морского Царя женить надумала? – догадался Аркадий Вениаминович, разочарованно скривив рот.

- А на дочери какого ещё царя тебя могла бы женить рыба? – теряя терпение, спросила тугодума селёдка, поражаясь непрозорливостью собеседника. – И отчего у тебя стала такая недовольная физиономия? Тебе что, не нравятся Русалки? – обратилась к капризному привереде голосом «обиженного сутенёра» ошарашенная рыба, не веря в то, что на свете может существовать мужчина, равнодушно относящийся к этим божественным созданиям.

- Ну, почему не нравятся? Внешне они, вроде, ничего, симпатичные, - скромно охарактеризовал Русалок взрослый мужчина, оценивая их привлекательность сугубо по картинкам из детских книжек. Ведь в живую-то он их никогда не видел.

- НИЧЕГО?... СИМПАТИЧНЫЕ?... – захрипела от возмущения селёдка, услышав «дежурные» комплименты в адрес самых прекрасных живых существ на Земле и под водой из всех, созданных когда-либо природой. – Да от их красоты люди теряют голову, рассудок и сходят с ума! Нет такого моряка или рыбака, который бы в тайне не мечтал поймать Русалку. И не для того, чтобы её зажарить, а для того, чтобы её «отжарить».

- Во что «отжарить»? В рот? – равнодушно намекнул селёдке Аркадий Вениаминович на известный физический недостаток Русалок, связанный с «нераздвигаемостью ног».

- Почему сразу «в рот»? – фыркнула рыба. - У них для этого, между прочим, ещё есть и привлекательный задний проход.

- Задний проход? Ты серьёзно? – простонал Аркадий Вениаминович, не в силах больше смеяться.

- А я что, похожа на шутника? – ответила вопросом на вопрос селёдка и слегка повернула голову вбок, чтобы собеседник мог её получше разглядеть и сравнить с теми, кто умеет и любит шутить. Затем рыба вернула голову в исходное положение и продолжила говорить. – Между прочим, у нас, в подводном мире, считают, что первая Русалка произошла от дельфина и человека. У нас об этом даже есть древняя легенда. В ней говорится о том, как однажды, в океане, во время шторма, потерпел крушение большой военный корабль, экипаж которого тут же пошёл ко дну, а капитан, не покинувший судно и до последнего державшийся за штурвал своего корабля, был спасён сердобольной дельфинихой, поражённой его героическим поступком. Она «отбуксировала» его к ближайшему берегу необитаемого острова и, таким образом, спасла ему жизнь. Между ними завязалась крепкая дружба, переросшая через пару месяцев в страстную любовь. А спустя какое-то время у них родилась и первая Русалочка.

- Надеюсь, ты попросила меня спасти тебя не для той же цели, что и в вашей легенде? – с испугом спросил селёдку Аркадий Вениаминович и, поморщившись, представил болтающуюся на своём члене и стонущую от удовольствия полуметровую рыбину.

- Извращенец! – воскликнула покрасневшая от стыда рыба и, взмахнув хвостом, плеснула в пьяного мужика водой из ванны, чтобы тот охладился и пришёл в чувство. – Ты разорвёшь меня пополам, если насадишь на свой «кол».

- А Русалку не разорву? – с усмешкой поинтересовался Аркадий Вениаминович и, вытирая с лица капельки солёной воды, вдруг почувствовал в паху непроизвольное возбуждение. – Этого ещё не хватало, – подумал про себя убеждённый женолюб и, чтобы не превратиться, не дай бог, в рыбофила, начал активно гнать от себя эти пошлые мысли.

- Русалку не разорвёшь, – со знанием дела сделала экспертное заключение селёдка, всё глубже и глубже вовлекая слабеющего женолюба в рыбофилию. - Она примерно такого же роста и веса, как и ты. В общем, идеально подходит под твой «размер».

Услышав слова «идеально», «подходит», «размер», Аркадий Вениаминович ещё больше возбудился и, стыдливо прикрыв рукой оттопырившиеся в паху штаны, честно признался себе в том, что теоретически он, наверное, и не отказался бы «поплавать» в прозрачном и тёплом бассейне с длинноволосой Русалкой с голубыми глазами.

Представив пушкинскую Русалку, прыгнувшую с ветвей дуба в его объятия, Аркадий Вениаминович мечтательно прикрыл глаза и расплылся в блаженной улыбке.

ГЛАВА 4

- Ну, так что, мы плывём или нет? – не дала вдоволь понежиться в сладких грёзах нерешительному «жениху» суетливая рыба, намекая ему на то, что пора бы уже определиться с выбором и перестать мысленно дрочить.

- Да подожди ты, не спеши!– рыкнул на серебристую «торопыгу» Аркадий Вениаминович и взвешенно произнёс: - Женитьба – дело серьёзное. Одно дело «поплавать» с ней разок, и другое дело – жить с ней потом всю жизнь. А вдруг она окажется неинтересным собеседником? Или ленивой белоручкой, не умеющей готовить? Да и будет ли у нас с ней в сексе полная совместимость? Какой у неё темперамент? Она в постели голодная и ненасытная «акула», или флегматичная сонная рыба «дормитатор»? В общем, мне нужно побольше узнать о невесте, прежде чем надевать на себя парадные плавки.

- И что тебя в ней больше интересует – размер груди или размер её приданого? – сразу решила выяснить истинную причину женитьбы селёдка, чтобы не тратить время на пустые разговоры.

- Здесь важен баланс, – с умным видом изрёк поддатый «философ», выставив перед собой указательный палец. – Его важно соблюсти, чтобы семейная «лодка» не накренилась и не пошла ко дну. А суть баланса проста: чем страшнее невеста, тем больше должно быть приданое. И наоборот: чем красивее невеста, тем меньше имеет значение приданое.

- Ты еврей? – спросила рыба, дослушав небольшую «лекцию» про баланс и «лодочное семейное равновесие».

- Нет. Я русский, - ответил Аркадий Вениаминович, вернувшись из образа «мудрого философа» в привычный образ «выпивохи». – А что?

- Да так, ничего, - с подозрением посматривая на собеседника, усомнилась в словах пьяного человека селёдка, продолжая оценивающе следить за его поведением и манерами. – Просто у тебя имя с отчеством заковыристое и рассуждаешь ты о браке, как о коммерческой сделке. А русские себя так не ведут. Когда русский мужик смотрит на бабу, он первым делом глядит на её сиськи и жопу, и начинает думать не головой, а головкой. А ты говоришь как расчётливый альфонс.

- Я прагматичный, – уточнил Аркадий Вениаминович и демонстративно оттопырил пучок волос на голове. – Я седеющий сорокадвухлетний россиянин, неплохо изучивший женщин. И мой опыт мне подсказывает, что прежде чем окунуться в этот омут с головой, я должен обо всём договориться «на берегу».

- Ну, что же. Это логично, - согласилась с доводами собеседника недоверчивая рыба и, удобно облокотившись на бортик ванной, приготовилась к долгому разговору. - С чего начнёшь «наводить справки»? С груди или с приданого?

- С приданым мне и так всё предельно ясно, - наполовину облегчил Аркадий Вениаминович задачу рыбы, освободив её от долгих перечислений ценного барахла, принадлежащего невесте. – Я подозреваю, что у Морского царя сокровищ на дне видимо-невидимо. Поэтому начнём с груди. Какая она у неё? Плоская как у камбалы, или здоровая как вымя у коровы?

- Ни то, ни другое, - усмехнулась селёдка, повеселев от приведённых «женихом» примеров. - Она у неё, где-то посредине, как раз между двух твоих крайностей. Упругая «четвёрочка». Годится?

- «Четвёрочка»? Это хорошо, – приятно удивился Аркадий Вениаминович, и его глаза похотливо заблестели.

- А волосы у неё не из наращенных водорослей? – с азартом продолжил интересоваться невестой «жених», спрыгнув со стиральной машины и подсев поближе к рыбе, чтобы той было легче говорить, не напрягая голосовые связки. - Тина у Русалок в подмышках не скапливается? Чешуя нежная или грубая? Царапать меня ею не будет во время секса? Рыбой от неё сильно воняет? Придётся мне её лимоном натирать, чтобы избавиться от этого запаха?

- Эй-ей-ей! Погоди! Не гони! Я не успеваю сообразить о том, что ты спрашиваешь, – нахохлила плавник на спине озадаченная селёдка.

- Прости, увлёкся немного, - виновато опустив голову, извинился перед рыбой Аркадий Вениаминович, остановив «выливающийся» из него поток откровенных вопросов.

- Увлёкся? Это уже неплохо, – иронично подметила селёдка и, недвусмысленно подмигнув «жениху», начала его передразнивать. - А говорил: НИКОГДА! НИ ЗА ЧТО!

Аркадий Вениаминович стыдливо покраснел.

- Ладно, не парься, – сжалилась селёдка над «сгорающим» со стыда новоявленным рыбофилом. - Отдайся своим чувствам на «полную катушку» и не думай о том, что о тебе подумают люди. Запомни! На самом деле людям некогда думать о тебе. Потому что они всегда думают только о себе. И ты подумай о себе и о СВОЁМ счастье, - дала мудрый совет «серебряная рыбка» и скрепила его удачной, по её мнению, цитатой: - Как говорил учитель-чёрт из известного детского произведения: «Люби себя, чихай на всех, и в жизни ждёт тебя успех!»

- А про учителя-чёрта тебе тоже прадед рассказал? – попытался немного осадить зазнавшуюся рыбу Аркадий Вениаминович, знающую жизнь не по собственному опыту, а по рассказам других.

- Нет. В мультфильме «Чертёнок № 13» видела, - спокойно ответила селёдка, не обратив внимания на обидную подковырку хозяина тесной ванны.

- В мультфильме видела? – воскликнул Аркадий Вениаминович и набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы опять захохотать на весь дом.

- Да. А что здесь такого? В детстве все смотрят мультики, - с тем же спокойствием произнесла селёдка, совершенно не понимая, чем вызвана столь бурная реакция человека на такую обычную житейскую ситуацию. При этом рыба вела себя настолько естественно и непринуждённо, что у Аркадия Вениаминовича резко пропало желание хохотать. Он почувствовал себя большим лохом, над которым издевается маленькая рыбка, а он ведётся на всё это и реагирует на её бред как идиот. Сменив тактику реагирования, а с ней вместе и выражение лица, Аркадий Вениаминович серьёзно покивал головой и с немалой долей сарказма поинтересовался: - Может, ты ещё и в школу ходила?

- У рыб нет школ. Нас всему учит жизнь и близкие родственники, – похвасталась селёдка оптимальной подводной системой образования, охватывающей лишь только те науки и навыки, которые точно пригодятся рыбам в жизни и, сделав небольшую паузу, добавила: - К примеру, читать меня научил прадед.

- А на кой чёрт рыбам, вообще, нужно уметь читать? – вспылил Аркадий Вениаминович, не в силах больше слушать весь этот бред. – Рыбы же не работают дикторами на телевидении и газет не читают.

- А вот здесь ты не прав, – прервала собеседника селёдка, по пояс высунувшись из воды. – Мой прадед обожал читать газеты и видел в этом большую пользу. Он говорил, что если меня когда-нибудь поймают люди и перед тем, как съесть, завернут в газету, то я смогу узнать перед смертью что-нибудь интересненькое. По его словам, это должно будет меня отвлечь от мучительной мысли о неминуемой гибели. Он утверждал, что раньше всех выловленных селёдок непременно заворачивали в газету "Правда"… Я порылась в архивах и теперь с уверенностью могу подтвердить, что это истинная правда. Клянусь Посейдоном.

- Ты, наверное, хотела сказать Нептуном? – блеснул своей эрудицией Аркадий Вениаминович, давая понять селёдке, что тоже кое-что знает о море.

- Невежда, - нравоучительно помотала головой начитанная рыба. - Нептун - это название планеты. А нашего Бога зовут Посейдон.

- У вас и Бог есть? – съехидничал обладатель вечернего среднего образования и, сморщив подбородок, уважительно им покивал.

- А чем ты так удивлён? – пожала невидимыми плечами рыба. - Если на небе есть Бог, то почему его не может быть под водой? Мы, между прочим, точная копия неба, только мокрая. Так сказать, ЗЕРКАЛЬНОЕ ОТРАЖЕНИЕ. Смотри сам, - набожно промолвила селёдка, закатив к небу глаза. – Небо и море одного цвета. По небу «плавают» облака, и по морю «бегают» белые гребешки волн. Бог неба вооружён трезубцем, извергающим молнии, и Бог моря имеет такой же, только он у него водяной. У Бога на небе есть Богини, и у подводного Бога Посейдона есть. Только в подводном царстве их называют Русалками.

- А-а-а, так ты под Богом на небе подразумеваешь Зевса? – догадался Аркадий Вениаминович, с облегчением выдохнув.

- А что, на небе есть ещё какой-то Бог, кроме Зевса? – изобразив притворное удивление, спросила селёдка, наигранно выпучив глаза.

- И не один, – ответственно заявил Аркадий Вениаминович и, загибая пальцы на руке, начал перечислять: Иисус, Будда, Аллах…

- У тебя мозг в голове больше, чем мой, в сто раз, а понять такую простую вещь не можешь, - грубо перебила смиренного христианина взбешённая рыба. - Как на небе может быть сразу несколько Богов? Небо - это не место для собраний. Бог там может быть только один. И имя ему – ЗЕВС. Под водой тоже один только Бог – ПОСЕЙДОН. И в Царстве Мёртвых один-единственный владыка - АИД. У людей что, реально вместо мозгов в голове – каша? Теперь понятно, откуда вы её берёте, когда рыбачите.