Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Евангелие от Пилата

Читайте в приложениях:
109 уже добавило
Оценка читателей
4.33
Написать рецензию
  • augustin_blade
    augustin_blade
    Оценка:
    18
    Даже солнце, выглядывающее из-за крепостных стен, кажется предателем. Здесь невозможно поверить, что одно и то же солнце сияет над Римом и ползет над Иерусалимом. Солнце Рима дарит свет. Солнце Иерусалима сгущает тени: оно создает темные уголки, в которых плетутся заговоры, коридоры, по которым разбегаются воры, возводит храмы, куда римлянин не имеет права ступить ногой. Солнце-светило против солнца — создателя тьмы, я променял первое на второе, когда согласился стать прокуратором Иудеи.

    Где-то на задворках сознания бегает память о том, как и когда эта книга попала ко мне в списки на прочтение, но это было давно и неправда, я по ходу дела сейчас вообще с температурой, так что застревать на этом моменте не буду. Помню только, что не потому что религия, не потому что всем известная история на новый лад. Скорее всего потому что аннотация, которая в достаточной степени приврала.

    Две части, два персонажа, два взгляда на до и после одной и той же истории. Обе половинки настолько пропитаны усталостью и пылью веков, что становится тяжело дышать, особенно во время пространных монологов за жизнь, где перемешалось все, начиная от мерзости и презрения и заканчивая фальшивой святостью и боголепием. Что хотел сказать автор? Что все могло быть иначе? Что религия сама сотворила себе кумира? Я еще в детстве поняла, что библейские персонажи лица хотя бы на треть, но исторические, что когда-то там было, была своя история и свои свидетели. Но так мешать карты и переигрывать все, делая акцент на нелицеприятном - слишком много всего, слишком много усталости и обреченности. Не стоило искать виноватых и пострадавших в такой старой как мир истории, ни к чему и расследование Пилата, и его озарения, и блуждания, равно как и откровения Христа, который шел вперед и нес свое слово и самому себе, и людям. Много лишнего, много тихого шума, который засорил и без того небольшое произведение. Красивый слог и хорошая задумка - но не более того.

    Читать полностью
  • DivaDii
    DivaDii
    Оценка:
    13
    "Есть ли начало у судьбы?"

    Впечатления - очень двоякие. Много плюсов, но есть и заметные минусы.
    Плюсы - в моральной направленности романа. Минусы - в выбранном автором стилистически-сюжетном "оформлении" известной истории.

    Аннотация обещала похожесть с Булгаковым. На самом деле - ничего подобного! Понтий Пилат больше похож на какого-то "условного" Мегрэ или Пуаро, но только без карикатурных черт. Пилат у Булгакова гораздо более глубок. Я уж молчу об булгаковском образцовом и непревзойденном Иешуа.

    Кроме того, претензия на "Евангелие", мягко говоря, чрезмерна. Роман Шмитта - это около-мистический и почти-детективный текст на библейские сюжеты, а никакая не Благая Весть.

    Неубедительный приём с письмом Пилата к Титу - что он так подробно описывает всё происходящее вокруг. Так подробно письма не пишут. Даже тогда не писали. Следовательно, приём неоправданный.

    Да и вообще. Прокуратор - читай: "губернатор" - самолично занимается расследованием. Абсолютно неубедительно. То есть понятно, зачем автор так придумал. Но именно такой приём "шит белыми нитками":

    "Суровым голосом, чтобы произвести на нее впечатление, я пересказал ей, как вник в план Ирода и как приказал ему покончить со всеми слухами и вернуть труп.
    Иродиада выслушала меня с интересом, в глазах ее плясало черное пламя, хотя на лице не дрогнула ни одна черточка".

    - этот момент убедительный: Пилат приходит к Ироду - царю Иудеи, общается с ним, приказывает, описывает свои приказы... Но когда Пилат бродит по домам и фермам... - неубедительно.

    "Меня впечатляли его чудеса, хотя сам он их ненавидел".

    - вот эта ненависть Иешуа к творимым им чудесам тоже кажется мне двоякой. С одной стороны - как бы убедительно. Нормальная реакция нормального хорошего человека, не любителя пиара. Рефлексия.
    С другой стороны - эта описываемая реакция полностью противоположна библейскому канону о Сыне Божием, который знает о своём предназначении, знает, зачем и почему Он творит чудеса.

    "Суть была в том, что я поверил: мне предстоит совершить что-то хорошее. Суть была в том, что я поверил в себя".

    - это говорит явно не Бог, а человек. Такому Человеку я верю. Такому Богу - нет.
    А Вы представляете себе Бога, который не верит в себя, в собственные силы и непогрешимость?
    Так вот меня в образе Иисуса очень привлекает именно его рефлексия. И в Библии его сомнения тоже описываются. Шмитт только шире и точнее отобразил их - то есть человеческие качества и черты Иешуа.

    "...Кратериос, который был нашим воспитателем в Риме, когда нас с тобой, дорогой братец, еще покрывала нежная и эластичная шкурка десятилетних мальчуганов" - (выделение моё - DivaDii)

    - такой странный оборот речи. Причем я не исключаю возможности того, что римлянин и мог что-то такое написать в реальном письме к брату. Но в этом тексте абсолютно неуместно.

    "Ничто не может сравниться с невинной радостью первых месяцев скитаний. Мы расчищаем путь. Мы изобретаем новый образ жизни. Мы уничтожаем недоверие. Мы можем только давать или принимать. Мы свободны. Мы отправляемся в плавание в открытое море".

    - реклама образа жизни хиппи? ;)

    "Пусть они донесут до тебя не только мои сомнения и рассказ о моем бродяжничестве..."

    Не верю в такое "бродяжничество"-паломничество Пилата. Поскольку считаю его ответственным правителем.

    "— А что есть в мире стоящего?
    Вот как переделал еврей мой вопрос об истине. Что есть достойного, за что стоит сражаться? Стоит умереть? Или остаться жить? Действительно, а что есть в мире стоящего?"

    Ответы на эти вопросы есть в философском трактате М.Веллера "Всё о жизни".

    Несмотря на кучу достоинств романа и его известность... Библия гораздо более художественна, чем "Евангелие от Пилата".

    "Сомневаться и верить — одно и то же, Пилат. Безбожно только равнодушие".

    Самое главное в романе. Он, конечно же, писался с целью подтолкнуть читателя к христианской вере. Но... получается так, что роман заставил задуматься над некоторыми неожиданными моментами. (Мне почему-то кажется, что автор Э.-Э.Шмитт не рассчитывал на такой эффект от прочтения его романа с явно выраженной про-христианской направленностью).

    "Надо верить в две вещи, в которые я еще никак не мог поверить: в пророческие тексты, которые написали бородатые безумцы в течение веков на неспокойных землях Палестины, и в воскресшего Иешуа, который выступал в качестве человека провидения, предсказанного этими ослиными сочинениями".

    Но если Пилат в результате своих изысканий и странствий по следам Иешуа таки движется по направлению к христианской вере, то у меня в результате прочтения романа "Евангелие от Пилата" возник главный и очень интересный вопрос.
    А именно:

    Почему евреи не стали христианами? Почему они не верят в Иисуса Христа? Это же именно их легенды, мифы, пророчества. История происходила
    ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...

    Читать полностью
  • Icegry
    Icegry
    Оценка:
    13

    Первым, что заставило меня слегка напрячься, стал объём этой книги. «Неужели автор успел раскрыть свой замысел?» - гадала я. Но, в конце концов, краткость – сестра таланта, возможно, именно этот писатель умеет выражаться лаконично и за небольшим количеством слов скрывается глубокий смысл? Всегда хочется надеяться на лучшее…
    Увы, на сей раз надежды не оправдались, и всё, что меня ждало – это разочарование. Даже отрадно, что роман такой короткий, не пришлось долго и мучительно жевать кактус.
    Главная моя претензия к этому роману – он абсолютно никакой. Не оставляет после себя никаких эмоций, неясно, что это было и зачем. Хотя, казалось бы, тема-то какая, чтобы развернуться – благодатнейшая же тема, хочешь, провокацию устраивай, хочешь, стилизацию пиши, хочешь, свою трактовку библейских событий излагай. Проблема в том, что автор, кажется, сам не определился, а чего же он хочет. Для философского романа книга вышла слишком плоской, ни одной оригинальной мысли, ни одного нетривиального образа. Для детектива же в романе откровенно недокручена интрига, не хватает деталей, которые бы удерживали читателя и заставляли напряжённо следить за развитием событий. Сухо, конспективно изображены действия Пилата, которые попросту нелогичны – если причина, по которой прокуратор лично занялся расследованием исчезновения тела какого-то там иудейского пророка, ещё ясна, то с какой стати все следственные действия он производит лично, гоняется за апостолами, например (которые показаны совсем уж каким-то сбродом)? И автору не веришь. И уже неинтересно, что в итоге выяснит Пилат. И всё крайне предсказуемо. Молчу о том, что текст полон взаимоисключающих деталей – буквально на одной странице говорится о том, что тридцать сребреников – это большая сумма и о том, что это – сущие гроши. В сцене суда Пилат отмечает, что Иешуа уродлив, а впоследствии утверждает, что у того не было никаких особых примет вообще. Правда, не факт, что это заслуга автора, а не переводчика.
    Образ Иешуа совершенно картонный, и дело не в том, что он крайне далёк от канонного Иисуса – а кто к нему близок-то? Попыталась вспомнить Иисусов из разных художественных произведений – булгаковского Иешуа, муровского Джоша, да хоть Иисуса из Jesus Christ Superstar, в конце концов. Они все далеки от канона и все разные, но их объединяет одно – перед нами яркая запоминающаяся личность. Шмитту же удалось сделать своего Иешуа совершенно никаким. Причём не сказать, что это и было целью автора. Напротив, он пытается заложить в своего персонажа довольно интересные черты характера. Хитрость, например. Пытается показать сомнения Иешуа в своей избранности, внутреннюю силу, любовь к людям. А на выходе получается совершенно пустой персонаж. Ну право слово, хоть бы гордыню ему ярче прописать, и то интереснее было бы. Возможно, этому Иешуа можно было бы придать немного загадочности, если прописать его линию от третьего лица, а не от первого. Да что греха таить, и Пилат в этом случае получился бы, пожалуй, любопытнее, чем в письмах своему брату Титу, которые на деле являются его письмами самому себе – а сказать себе Пилату-то толком и нечего.
    Зато какая красивая аннотация. Традиции Булгакова и Умберто Эко.
    Дурят нашего брата.

    Читать полностью
  • Vilhelmina
    Vilhelmina
    Оценка:
    12

    Жалкий лепет незрелого умом человека.
    Диалоги - примитивнее некуда.

    — Кто ты?

    — А как ты думаешь?

    — Ты посланец Бога?

    — Ты сказал.

    *facepalm*

    Разговоры как в детском саду, понимаете, ему польстили, а он радостно "это ты, ты сам сказал, я не напрашивался". Это так, для примера. Там полно таких диалогов. В общем лёгенькое такое чтиво для тех, у кого мозги уже настолько слиплись от того, что ими не пользуются, что ничего кроме такой вот жидкой кашицы им уже не осилить.

  • Evangella
    Evangella
    Оценка:
    9

    Интересная вещь. Только если воспринимать происходящее с точки зрения канонических текстов, то она будет восприниматься, как вторичный бред.
    Главный вопрос всех времен – был ли Христос на самом деле, и если был, то Сын он Божий или обычный человек со своими убеждениями ?
    Автор нам дает два взгляда на вопрос. Первый – от того, кто считался Христом.
    Жил человек, впитывал красоту мира, постепенно учился понимать его сопутствующее несовершенство. Пытался выбрать свой собственный путь без оглядки на общество с его представлениями, традициями и предрассудками. Вместо бездумного следования правилам искал ответы на вопросы. Для себя он эти ответы нашел. Дальше все логично – своей точкой зрения на жизнь, своей внутренней силой, своими убеждениями щедро делился с другими и не помышлял о божественном происхождении. Наоборот, пытался разубедить в этом заблуждении остальных. Его чудеса действовали только на тех, кто изначально желал верить в силу его слова.

    *Тридцать лет все, кроме меня, имели свое собственное мнение о моей судьбе. Погребенный под грузом советов, заблудившийся среди сотни дорог, очень набожный для одних и безбожник для других, признанный, отвергнутый, загнанный, арестованный, задержанный, обожаемый, оскорбленный, оболганный, почитаемый, выслушиваемый, презираемый, я перестал быть человеком, а превратился в пустую харчевню на перекрестке множества дорог, куда каждый являлся со своим характером, своим багажом и своими убеждениями. Я стал эхом чужих голосов.*

    Эхо оказало свое воздействие, своего Бога он нашел. Не в храмах, не на страницах книг, а внутри себя. А остальные увидели то, что сами желали увидеть. *– Кто ты?
    – А как ты думаешь? – Ты посланец Бога? – Ты сказал.*

    Как творил чудеса, как исцелял ? Точно и сам не знал. Кто верил, тот исцелялся. А он только делился своей любовью и поддержкой. Не первый и не последний целитель в Палестине. Молва людская довершила остальное. Была создана репутация. Только сути они не понимали, да и не желали понять. Люди, в большинстве своем, видят только то, что хотят увидеть.

    *Галилеяне слушали меня с разинутыми ртами, ибо они слушают ртами; в их уши ничего не влетает. Мои слова отскакивали от черепа к черепу, но не проникали внутрь. Они ценили только творимые мною чудеса. Мне пришлось принять строгие меры, я запретил ученикам подпускать ко мне хворых. Но ничто не могло остановить потока больных: их вталкивали через окна, протаскивали через крышу. На Тивериадском озере мне пришлось отойти от берега на лодке, чтобы говорить с селянами без того, чтобы они касались меня и обращались ко мне с мольбами. Тщетно. Все терпели мои наставления из снисходительности, словно поедали закуски, а на второе ждали чуда.
    Я превратился в чиновника от Бога. От меня ждали только деяний, выстаивая многочасовые очереди, им нужна была моя печать, мое клеймо, а именно исполнение какого-либо мелкого чуда. И тогда они, здоровые зрители или исцеленные больные, уходили, покачивая головами, удовлетворенные тем, что видели все собственными глазами.
    – Да, да, он действительно Сын Бога.
    Они ничего не улавливали из моих речей, не запоминали ни слова из сказанного. Они просто нашли удобного человека, который всегда рядом, чтобы облегчить им жизнь.*

    В конце концов он и сам поверил. Даже не в свою божественную избранность и исключительность. В то, что стать Мессией его долг. В то, что его жизнь и его смерть могут многое изменить. Кто, если не он ?
    Это не очередная история Христа. Это история веры.
    Второй взгляд мы получаем от прокуратора Понтия Пилата. Просвещенное вечное сомнение. Практически детективное расследование мнимого воскрешения. Или не мнимого ? На это точного ответа нет. Кто верил, тот увидел. Кто захотел, тоже нашел ответы на вопросы – что есть истина, что есть в мире стоящего ?

    *Что такое истина? Есть твоя истина, есть моя истина, есть истина всех остальных. Как добрый римлянин, воспитанный на греческом скептицизме, я все считал относительным. Любая истина есть истина для того, кто ее высказывает. И есть столько истин, сколько есть людей. Истина никогда не бывает одной; именно поэтому ее и не существует. Только сила навязывает истину, а в силе нет ничего разумного, она принуждает с помощью оружия, мечом, битвой, убийством, пыткой, шантажом, страхом, расчетом интересов, она заставляет дух временно договариваться с доктриной. Истина в единственном числе – это победа, это – поражение, в лучшем случае – перемирие. Но это не истина, не мир.*

    Каждый может найти дорогу в свой храм, в свое царствие, в своей душе. Они не в каменных зданиях, не в текстах, они внутри каждого человека. Как точно подметил Артур Конан Дойл - *Кирпичи и известка - из них не построить лестницу в небо.*

    Читать полностью
  • Оценка:
    Гениальное произведение

Другие книги серии «Азбука-бестселлер»