В книге «На войне как на войне» собраны воспоминания о военной жизни семерых известных людей: Л. Ивановой, В. Васильевой, И. Антоновой, Э. Быстрицкой, Е. Матвеева, А. Шумилина и Ю. Никулина. Здесь читатель найдет размышления героев о войне, о мире, о жизни и смерти.
Неприятным сюрпризом для меня стала непропорциональность объемов текста книги среди авторов. Уточню.
В печатном издании на основной текст книги отведено 283 страницы, однако 150 страниц занимает фрагмент (!) из другой книги. Таким образом, читатель получает примерно 133 страницы текста, которая отведена воспоминаниям шестерых авторов, и остальное – книга в книге.
На мой взгляд, это халтура какая-то. К тому же, этот огромный фрагмент (из книги «Ванька-ротный» А. Шумилина) тоже обрывается на лоскуты.
Если редакторы не смогли набрать «живого материала» и решили взять кусочки мемуаров, я не против, но зачем такую огромную часть текста печатать-то? У нас что, в стране было мало знаменитостей, которые оставили воспоминания, в том числе о военных годах? Не понимаю. Взяли бы больше авторов и фрагментов из других мемуаров, но поделили бы хоть немного равнозначно между собой страницы текста.
Из-за такой непропорциональности видна разница слога авторов. Поясню. Все воспоминания читаются легко, и это плюс, однако, когда об этом пишет обычный гражданский человек, например, Л. Иванова, читатель проникается жизнью людей, которые и не знали, что начнется война. Эти люди жили обычной жизнью, и вдруг… Всё поменялось, и нужно привыкать существовать иначе. Читатель часто тоже обычный гражданский человек, поэтому понять такого автора легко, проникнуться чувствами героя проще. От некоторых, хоть и маленьких рассказов-воспоминаний, ком к горлу подкатывается. Мне кажется, что для этого такие сборники и нужны – маленькие рассказы, но трогающие душу.
И вот, прочитав небольшие воспоминания четырех авторов, читателя, как в омут с головой, бросают в войну, которая видна профессиональному военному. А это очень сильно выбивается из «настроения» книги. Нас погружают в военную терминологию, происходит длительное описание боевых действий, показывают перемещение войск и, в общем, погружение в жизнь кадрового офицера. Интересно это? Если читатель изначально ожидал этого — да, однако это происходит резко, без предупреждения, что называется. К тому же, как я писала выше, это бОльшая часть книги!
А после этого огромного и достаточно сложного куска «Ваньки-ротного» — воспоминания Ю. Никулина, которые снова возвращают читателя к тому слогу и, в общем-то, «гражданскому» настроению книги. Да, Никулин пытается шутить, рассказывать иногда забавные, а иногда грустные эпизоды, но они не выбиваются по стилю повествования с остальными воспоминаниями.
Есть детская игра «найди лишнее», так вот в этом сборнике «лишнее» — «Ванька-ротный». И лишний он не потому, что плохой текст, а потому что редактура этого сборника плохо поработала.
Если читатель хочет погрузиться в мемуары кадрового офицера, то «Ваньку-ротного» лучше читать целиком и отдельно, а не в сборнике и фрагментарно. Это разные весовые категории, всё же.
Таким образом, содержание отличное, а редактура подпортила впечатление.
Рекомендую книгу тем, кто хочет углубить свои впечатления о той войне, Победу в которой мы отмечаем до сих пор «со слезами на глазах»…