В толпе мелькнуло белое платье с черной накидкой. Я нервно улыбнулась, чувствуя напряжение. Слишком много внимания к незначительным деталям… Так легко упустить что-то действительно важное.

Наконец, в дверях показался хозяин. В глубокой задумчивости он шел один. Пребывая в подобие транса, некоторые вампиры неосторожно задевали его плечами, но хозяин не обращал на это внимания.

Я сделала шаг, но… меня опередили.

Белый всполох, пронесшийся сбоку. Едкий запах серы, острые когти вместо наманикюренных девичьих пальцев.

И пойманный врасплох Адриан, с трудом ушедший от первого удара, но открывшийся для следующего.

Я рванула вперед и, забыв обо всем, позволила человеческому облику уступить место истинному. Платье затрещало под напором твердых пластин.

Нельзя терять Адриана. Да знает Мать, пока он нужен мне живым!

Глухой рык вырвался из груди, руки обхватили вампира, и в последний миг я откинула его с линии удара. Длинные острые когти пронеслись так близко, что потоком воздуха с меня сорвало парчу, открывая острые завитки рогов.

Мгновение на вдох, и я уставилась на напавшего.

Под белым платьем той самой куклы Ричи, с которой я столкнулась у входа в зал Совета, буграми проступали мышцы, острые шипы пронзали тонкую нежную ткань. Плотные, непробиваемые пластины шли до самого подбородка, а выше…

Ужас затопил все мое существо. Я знала, знала эту тварь, пусть даже красные узкие глаза и скрывала парча…

– Хелла, сестра… – Из удлиненной ощерившейся пасти вырвалось рычание, лишь отдаленно напоминающее голос. Оно раздалось в полной тишине, в гробовом ошеломленном молчании, что повисло в зале. – Ты тоже умрешь…

Громкий визг ударил по перепонкам, перепуганные куклы рванулись на выход. Их хозяева, как последние олухи, в ужасе таращились на меня и демоницу, не в силах поверить собственным глазам. Мертвым идиотам хочется стать мертвыми уже окончательно и бесповоротно?..

Ступор Адриана был не лучше, и я бесцеремонно сгребла его ближе к себе, игнорируя собственную дрожь. Собственную, а никак не переданную ненароком от вампира к фамильяру, ведь Адриан даже близко еще не понял, в какое дерьмо мы влипли.

– Не бойся, сестра, – издевательски продолжила демоница. Из ее пасти капала кислотная слюна, оставляя на платье новые прорехи. – Прими свою участь…

От нахлынувшего возбуждения она сладостно потянулась, глубоко вдыхая. Слюна потоком хлынула вниз, и ткань густо задымилась. Жажда сожрать, присвоить чужую силу через плоть путем поглощения – вот что руководило проклятой сестрой Орайей, вобравшей в себя все самые низменные склонности демонов.

Я крепче сжала в своих объятьях Адриана, стремительно развернулась и одним прыжком оказалась у окна. Секундой позже мы летели вниз по холодному воздуху в облаке осколков.

Быстрее! Нужно уносить отсюда ноги, пока есть что уносить.

Я коснулась земли, с силой оттолкнулась и сделала несколько крупных взмахов кожистыми крыльями, чтобы вновь пружинисто приземлиться.

Пронзительный злобный крик полетел в спину, и я ускорилась настолько, насколько это представлялось возможным. Ветер упруго бил в лицо.

– Хелла… Хелла, ослабь чертову хватку, – раздалось шипение Адриана, и я моргнула.

Совсем забыла, что до сих пор сжимаю хозяина.

Для меня ни один человек не представляет неподъемной тяжести. Но было дело в гордости Адриана или в том, что несколько когтей впились в его ребра и запах крови уже щекотал ноздри, однако вампира абсолютно не устраивало его положение.

– Молчи, – только и смогла процедить я, решительно стирая четко очерченные границы хозяина и добровольного раба. – Если она доберется до нас, мы умрем… И да храни нас Лилит, благом будет, если умрем быстро.

Сзади скрипели ломающиеся стволы деревьев – Орайа неуклонно следовала за нами. Она была не в силах подняться в воздух, но быстрота сестры не уступала моей, а выносливость и сила – многократно превосходили.

Лес, как назло, кончился, и мы приземлились на край освещенного луной поля, простирающегося далеко вперед. Я выругалась – теперь не потерять нас из виду станет проще простого.

Воспользовавшись заминкой, Адриан вырвался и с яростью уставился на меня.

– Чего встала?! Жить надоело?!.. Или забыла, что у нас на хвосте?!..

Мы синхронно рванули через поле, превращаясь для любого человеческого глаза в два едва различимых пятна, но помочь нам это не могло. Орайа не жаловалась на демоническое зрение, а ее жажда насилия превышала аппетиты доброй половины моих братьев и сестер.

– Мы погибли, – простонала я.

Какой бездарный конец!

Впрочем, смерть от когтей Орайи будет милосерднее смерти от рук нечестивой Матери, с ее извращенным воображением. Я так надеялась на Большой Совет, но успела найти всего одну Древнюю, с которой даже словом не перекинулась. Из-за нападения Орайи мы не попали на финальный пир, где вампиры на брудершафт делят опоенных вином жертв, и где эти неуловимые Древние были бы на виду… полный провал, ничего не скажешь. Но откуда мне было знать, чем кончится вечеринка?

И что здесь забыла одна из сестер? Зачем ей смерть моего хозяина?

– Я знаю эту местность! – раздался в голове голос Адриана. – Видишь тонкую линию?.. Передвигай ногами, за тем перелеском мы сможем спастись от этой твари!..

Его волосы рвал ветер, глаза зияли бездонными провалами тьмы. Чертовы мертвые аристократы, даже при позорном бегстве они умудряются выглядеть как гордые истинные демоны ночи, несущиеся забирать чужие жизни.

Я перемещалась прыжками, проклиная отсутствие способности полноценно летать. Какой прок в крыльях, если они не могут спасти тебя от чокнутой сестры?

Обернулась. Орайа не отставала, скоро эти несколько сотен метров, разделяющие нас, начнут сокращаться. И даже на таком расстоянии я ощущала идущие от демоницы волны жгучей ненависти. Она возненавидела нас лишь за то, что мы не пожелали быть покорно сожранными ею.

Видимо, у ее внутриутробных братьев и сестер не было ни единого шанса.

Приближался долгожданный перелесок, за ним явственно вырисовывались очертания какого-то строения. Я понятия не имела, что это может быть, но Адриан, не потерявший надежду спастись, из последних сил ускорился, и я вслед за ним.

Мы нырнули в неровную тень. Там, за высокими деревьями, замаячила стена, навевая воспоминания о старых добрых крепостях.

Замок? Орайю не остановит обычный камень. Она, не раздумывая, по кирпичику разнесет любое культурное наследие, если там скрывается намеченная жертва.

Таких психов, как она, давно не выпускают во внешний мир! Как ей удалось вырваться наружу?..

Кирпичная стена уже была на расстоянии пяти метров, когда я громко взвыла и рухнула на колени.

Кожу драло так, словно меня ошпарили кислотой. Адриан резко обернулся, подскочил и, подхватив под руку, потащил куда-то вбок.

– Спасение?.. – с гортанным смехом пробулькала я. – Ты, вероятно, имел в виду спасение своей черной черствой души?.. Какого хрена ты позволил мне так близко подойти к старинному монастырю, истинному месту светлой силы?.. Сколько здесь захоронено мучеников за веру, ты мне скажи?.. Если я войду туда, то расплавлюсь!

– Потерпи, – прошептал вампир. На его лбу проступила кровавая испарина. – Потерпи еще немного… Мне самому здесь не по себе…

– Не по себе… – прохрипела я, чувствуя, что начинаю слепнуть. – Вампиры не создания нечестивых Отца и Матери, а лишь результат игры старых отживших божков! Свет оставил вас, но силы вы черпаете не из ада! Никакая святыня не причинит тебе вреда, но с легкостью уничтожит меня!

– Замолчи. – Короткий тихий приказ.

Вопль поблизости оповестил о том, что Орайа добралась до стен монастыря. От ее первобытного, леденящего поджилки крика хотелось вывернуться наизнанку и зарыться под землю. Теперь я не только не могла рассмотреть, куда именно меня так целенаправленно тащит безумный вампир, но и не слышала ничего, кроме бесконечной боли, воплощенной в звуке.

– Ты жива? – Голос хозяина в голове был едва различим.

– Когда умру, поймешь… – Непослушные связки с трудом складывали отдельные звуки в слова.

Сложно пропустить, когда кто-то разваливается на тлеющие угольки.

Меня спешно опустили на землю, и я поприветствовала спиной острые камни. Кожа оплавилась вместе с платьем и оголенная плоть отдала болью вдвойне. Перед глазами плясали пятна, я не видела и не слышала, чем занимается Адриан.

Бросил меня и отправился спасать собственную задницу в монастырь? Будь он демоном, а я вампиром, то поступила бы точно так же. В конце концов, если тебе столько лет, значит, судьба не раз подкидывала неоднозначные решения, и сам факт твоего существования говорит только о том, что ты в нужный час делал правильный выбор.

Оплакивать злой рок мне дали недолго. Бесцеремонно подняли и заставили шагнуть вперед.

– Хелла, ну же! – мысленно гаркнул Адриан. – Эта демоница разнесла в щепки с десяток деревьев и скоро на ее пути окажемся мы!

Чувствуя себя безвольной куклой, я позволила протащить свое тело вперед, и ноги цапнули плоский камень. Ступени?..

Да, ступени, и я насчитала их с пару десятков, по количеству ударов по коленям, пока меня волокли вниз.

Ледяной камень я приняла благосклонно, он на мгновение охладил раскаленную кожу.

Вопль Орайи стал тише, и я отчетливо услышала скрежет ржавых петель и хлопок люка.

– Мы в безопасности, – прошептал Адриан.

– Говори за себя… – пробормотала я.

Лучше мне не стало, напротив. В стенах монастыря под землей, прямо на нашем уровне, покоились останки людей, отдавших жизнь ради святой веры. Не потративших ее, пытаясь убить живого неживого, неинтересного небесам, нет, тех, кто между отречением и смертью выбрал последнее, обеспечив себе вакантное место в раю.

Ни один человек, которого мы со Стивом устранили, не был даже близок к той степени духовности, которая разрушает тьму.

И теперь эта духовность давно умерших людей пыталась меня убить.

Адриан вновь взвалил меня на плечи и, шатаясь, побрел вперед. Пахло затхлостью и землей.

– Откуда ты знаешь об этом ходе?

Честно говоря, сейчас мне было плевать на чужие задушевные истории, но я должна была отвлечься от мучительной боли плавящегося заживо.

– Это мужской монастырь святого Августина, полтора века назад я нашел в нем… временный приют, – ответил Адриан. – Ходы уже тогда считались старыми, говорят, этот монастырь возвели над ними, а не их вырыли под нужды монастыря. Туннели под самим строением часто обваливались, и тогда у стен сделали еще один проход вниз…

– Дурацкое решение. Туннели должны использоваться как способ уйти от врага, если не удается переждать осаду, а не как парадный вход для осаждающих…

– Время феодальных войн давно прошло.

– Что ж, значит, я должна благодарить монахов за свое спасение? Это уже каламбур.

– Благодари меня. Лучше монахам не знать, кого сегодня спасли их драгоценные подземные пути.

Жжение начало отступать, а зрение – возвращаться, а это значило, что за границами монастыря никого из святых людей не хоронили.

Полная темнота обычно не была для меня проблемой, и я уже различала свод и старую обветшалую кладку.

– Значит, ты ранее здесь путешествовал? Насколько далеко уходят туннели?

– Не имею ни малейшего понятия, – признался Адриан. – Я знал, где можно спуститься, но никогда не делал этого. Зачем? Моих сил вполне хватит, чтобы перемахнуть через стену, если это будет нужно.

– И как же тебя угораздило попроситься в монастырь? Монахов не смутил твой ночной образ жизни?

– Это долгая история. А непереносимость света всегда можно списать на болезнь… До первых обескровленных трупов. Знаешь, после давнего голода ты не можешь заставить себя остановиться и высасываешь все до последней капли…

– Ты знаешь, чем развлечь девушку в приватной беседе, – ухмыльнулась я.

– Развлеки и ты меня, например, рассказами о родне. Что это за тварь пыталась нас прикончить? Какой шанс, что она спустится за нами?

– Это Орайа, одна из сотни тысяч моих сестер, которую я знаю лишь из-за ее крайне дурного, даже для демона, нрава, – отозвалась я. Голос уже не напоминал скрежет разладившегося механизма и приближался к более привычному звучанию. – Возле монастыря она дезориентирована, а чтобы найти люк, как минимум, нужны зрячие глаза. Так что да, мы действительно в безопасности… во всяком случае, Орайа временно не наша проблема.

– Временно?..

– Если она решила кого-то убить, она сделает это, Адриан. Эта злопамятная сука поставит себе в оскорбление, что мы не отдали свои тела ей в пищу. Мы там все по человеческим меркам не сильно здоровы, но Орайа, поверь, совсем поехавшая.

Адриан вдруг застыл.

– Стив… – тихо сказал он. – Если на меня напали, он может быть в опасности…

– После случившегося они не смогли бы избежать суматохи, даже возьмись за дело все ваши Древние. – Я старалась говорить как можно убедительнее. – Ты сам когда-то давал нам указания, что если случится что-то неординарное, мы должны прийти на одну из квартир, купленных на подставные имена… Думаю, Ричи не успел до добраться до Стива, и тот успешно унес ноги.

Мне бы хотелось в это верить. Стив, надо признать, отличный напарник, к тому же он заслужил повидать свою дочурку после долгой разлуки. Человеческие жизни и так необыкновенно коротки…

– Ричи?.. – Адриан резко повернулся ко мне, и я качнулась, неуверенно опираясь на ноги. – Ты что-то знаешь?..

– Орайа с начала банкета притворялась куклой Ричи, – ответила я. – Я думала, ты ее видел до преображения в истинный облик…

– Ричи… Мерзавец, – прошипел хозяин. – Я догадывался, но до последнего не верил, что он все же решит со мной поквитаться…

– Не обижайся, но среди вашей братии попытки сводить давние счеты весьма регулярны.

– Да. – Адриан кинул на меня прищуренный взгляд. – Ты права, мы часто сводим счеты, возможно, это единственный сдерживающий фактор нашей численности. Но Ричи – мой брат во крови. Это Деви обратила нас. А в отличие от демонов, для нас родственные узы что-то да значат.

– Деви?.. – прошептала я.

Две демоницы, действующие в интересах двух вампиров, родительницей которым приходится одна и та же Древняя. Две точки сошлись в одну.

Я почувствовала себя обманутой. Значит, ставка сделана не только на меня. Сколько еще подводных камней скрывает моя миссия? О чем умолчала Мать и что особенного в этой Древней, Деви? Неужели она как-то связана с моей конечной целью…

Потом. Я подумаю об этом после восстановления покалеченного тела и горячей ванны, в противном случае мысли станут несдержанно громкими.

– Не понимаю, – вслух сказала я, осознав, что мое замешательство не укрылось от хозяина. – Откуда у Ричи Орайа? Я уж решила, что первая среди демонов додумалась до сделки с вампиром. И почему твой брат напал прямо на Совете? Разве разумно убивать тебя на глазах у высшего вампирского суда?

– У меня есть несколько догадок, но они не сулят нам ничего хорошего, – медленно ответил вампир. – И прежде чем их озвучить, я должен кое в чем убедиться.

От его тона нутро пронзил холод.

Туннель упрямой стрелой шел все дальше, не желая кончаться. На полу изредка попадался кажущийся здесь лишним сор: то пара посеревших истоптанных листьев, то сухая маленькая ветка. Кто-то не так давно тоже пользовался ходом.

Вскоре я ощутила способность передвигаться без помощи хозяина и убрала руку с его шеи.

Светлые волосы дернулись в сторону и обнажили багровый ожог. Я совсем забыла, чем чревато прикосновение к телу демона, когда оно плавится силой света.

Я ожидала, что пятно на белой коже Адриана начнет блекнуть, но этого не произошло. Вампир, поймав мой взгляд, мотнул головой, закрывая ожог волосами.

– Пожалуйста, – с легкой издевкой сказал он. – Всегда рад помочь ценой своей шкуры.

– Твоя рана не исцеляется, – заметила я.

– Регенерация тоже имеет свои пределы. Если бы не восстановление, ты бы прожгла мою плоть до самой кости.

Свежая кровь быстро вернет безупречность кожных покровов моего хозяина, но раз его тело прекратило самолечение, значит, он уже использовал весь резерв сил. Ночь близилась к завершению, а с первыми лучами солнца Адриан упадет на землю бездыханным трупом до самого заката. Пока хозяин будет спать сном мертвеца, фамильяры Ричи успеют узнать и про подземный ход, и где именно нас нужно встречать. Даже если Орайа и не успеет до конца восстановиться, ее сил хватит, чтобы прикончить и меня, и моего голодного вампира…

Мы остановились. Прежде ход уверенно вел нас прямо, но теперь веером разделялся на три туннеля.

– Как думаешь, Хелла, вперед, направо или налево?.. – задумчиво спросил Адриан, потирая подбородок обожженными пальцами.

– Сейчас я знаю наверняка лишь одно направление – вниз, к самой Бездне.

– А если подумать?..

– Я уже ослепла, когда мы спускались. Ты же говорил, что знаешь эту местность?..

– Да. Поэтому и хочу подумать. Если я верно оцениваю пройденное расстояние, то где-то неподалеку начинается территория очередных отверженных…

– Вампиров, которые выглядят как монстры? Но я думала, они стараются держаться как можно дальше от монастырей и храмов…

– Места бога их страшат, но одновременно с этим из-за искривленного мышления и непреодолимо влекут. Так что если в радиусе километров пяти от очередного храма есть заброшенное кладбище – ищи отверженных там.

– У нас нет времени на отверженных. Скоро рассвет.

– Поэтому повторю. Хелла, вперед, направо или налево?..

– Налево. Куда еще может посоветовать пойти демон?..

Мы свернули по указанному мною пути и поковыляли дальше. Ход сузился до метра в ширину, и я вернула себе человеческий облик, чтобы ненароком не задеть потрепанными крыльями стены.

Под обликом смертной скрылись и последствия влияния силы света. Теперь я смотрелась обычной молодой женщиной, с трудом стоящей на ногах от усталости.

Справа и слева показались многочисленные ниши. Мы подошли ближе и увидели в ближайшей огарки свечей и неумело сооруженный из веток и палок перевернутый крест. Потемневшие пятна засохшей крови красноречиво свидетельствовали о том, что одними молитвами здесь дело не обошлось.

– Как мило… – мгновенно растрогалась я. – Маленькое укромное святилище моему родителю…

В одной из ниш раздался шорох. Из-за отяжелевшего тела я лишь успела обернуться на звук.

Костлявое, но жесткое и сильное нечто повалило меня на землю, лишь каким-то чудом не снеся по дороге оторопевшего Адриана.

На меня тяжело дышал обтянутый потрескавшейся кожей череп. Покрасневшие глаза без намека на веки горели всепоглощающей жаждой. Желтые резцы длинными лезвиями вытянулись вперед, пасть распахнулась, чуть не сломав иссохшие суставы челюсти.

Сухой громкий хруст, влажное чавканье – и отверженный с визгом дернулся, открыв мне обнаженную грудную клетку. В области сердца вампира зияли лохмотья черной плоти, откуда тугой струной выглядывали узкие белые пальцы.

Я выдохнула и тут же отдернула голову, когда Адриан, уперев колено в спину чудовища, вытащил из него свою руку. Мертвец рухнул и страстным любовником прижал меня к земле, упершись бездыханной пастью в шею. Я наслаждалась зловонием из его глотки всего пару секунд, показавшихся вечностью, а затем меня с ног до головы окатила волна серого пепла.

– Путь налево ведет к отверженным, Хелла. Плохой выбор, – проговорил Адриан и с отвращением вытер пальцы о штанину.

Тихо матерясь, я встала. Не об этом я мечтала, когда, надев прекрасное дорогое платье, садилась в черный «Роллс-Ройс» хозяина.

– Я рада, что вы с ним больше смахиваете на разные виды, – сказала я, кивая на кучу пепла. – Среди людей быстро привыкаешь к чему-то эстетически более прекрасному, чем это.

– Опять пожалуйста, Хелла. У вас в аду в принципе запрещены слова благодарности?

– Он бы сдох, едва испил моей крови, а от его клыков я бы не погибла, – махнула я рукой, не забывая отряхиваться. Не хватало потом найти в белье пепел отверженного. – Но все же спасибо. Кровопотеря не прибавила бы сил. А так – очень приятно видеть, что твоему работодателю есть до тебя дело.