Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Гретель и тьма

Гретель и тьма
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
59 уже добавили
Оценка читателей
4.22

Таинственный, завораживающий, почти колдовской роман двойного плетения, сказка, до ужаса похожая на действительность, наваждение понарошку и взаправду – вот что ожидает вас под этой обложкой.

Вена, 1899 год. У знаменитого психоаналитика Йозефа Бройера – едва ли не самая странная пациентка за всю его практику. Девушку нашли возле дома помешанных, бритую наголо, нагую, безымянную, без чувств. Не девушка, а сломанный цветок. Йозеф назвал ее Лили – незнакомка напомнила ему любимый цветок. С этого дня Лили нашла убежище в доме доктора. Она уверяла, что у нее нет имени, что она ничего не чувствует, что она ничего не помнит и вообще, она, может, и не человек вовсе. Доктор Бройер не просто заинтригован – он зачарован.

Германия, много лет спустя. У маленькой Кристы очень занятой папа: он работает в лазарете со «зверолюдьми», и Кристе приходится играть одной или слушать сказки няни – сказки странные, темные, страшные. И когда все вокруг постепенно делается столь же жутким, как ее любимые истории, и уж ни сморгнуть, ни проснуться, ни сбросить чары, – Криста учится повелевать этой кошмарной сказкой наяву.

«Гретель и тьма» – удивительный роман о том, что порой мир причудливей самой изощренной сказки, но если в сказке зло всегда можно победить, то в реальной жизни все гораздо сложнее.

Элайза Грэнвилл – увлеченный исследователь сказки, сказочного символизма и влияния немецкого романтизма и германской мифологии на историю Третьего Рейха.

Лучшие рецензии
augustin_blade
augustin_blade
Оценка:
161
- Сказки, - говорит Грет, - шустрые ходоки, пришли - и уж нет их. - Она выплескивает ведро мутной воды на камни, и я отпрыгиваю: мыльные пузыри с ультрамариновым отливом - из-за Waschblau - устремляются к сливу. - Да-да, сказки меняются с ветром, с приливами, с луной. Да и вообще они через раз - туман плетеный, и потому исчезают, когда на них падает свет дня.
- Когда я буду выдумывать сказки, я их запишу, и они никуда не исчезнут и не изменятся.
Грет жмет плечами.
- Они же тогда будут ненастоящие сказки, а?

Как и в любой паутине, в этом романе тонешь постепенно, не осознавая факта последнего. Как и любая паутина, этот роман окутывает слой за слоем, шаг за шагом отнимая дыхание. Будет время обернуться, будет время попытаться понять и свести ниточки воедино, будет время усмехнуться, что где-то ты такое уже видел. Видел отдельными секторами, а вот паутина в целом почему-то при всем исходном душит и не дает нормально дышать и ощущать мир еще несколько часов после того, как перевернута последняя страница.

А с другой стороны, не паутина, а темные воды. Тонешь в пространстве страниц, читая очередную за предыдущей, не оторваться, словно в омут заглянул, а тьма настолько привлекательна, что страшно, да не уйти.
Кстати о страхе. Категория множественных акцентов и интерпретаций, самое плодородное поле для вариаций и предпосылок. Вечное соревнование, какой страх сильнее: тот, что можно прогнать, спрятавшись под одеяло или проснувшись, или тот, что имеет реальное воплощение в нашем мире тогда и/или сейчас. Оба могут уйти, а могут остаться, оба могут убить и вернуться. Страх. Вечный лабиринт без конца и края, в котором так легко запутаться в прогулке рука об руку с ужасом. Есть страх придуманных историй. Есть страх и ужас от историй, рассказанных теми, кто был и видел. Есть ужас воспоминаний и памяти, которые не уходят и будут жить вечно. Потому что во имя ушедших и во имя мира для грядущих это всё нельзя забывать. Хотелось бы убить, да нельзя. Потому что таких ошибок повторять нельзя.

Жил да был ученый, который однажды получил в свое распоряжение потерянную деву, у которой была цель: найти и уничтожить.
Жила-была девочка, маленькая и очень непослушная, папа которой играл с красной краской и был врачом.
Эхо эпохи красно-черных знамен, которая только наступит.
Отражение эпохи красно-черных знамен, которая наступила.

"Гретель и тьма" - не только паутина и омут в одном, это еще и зеркало, поставленное автором под правильным углом, чтобы отражать, да не ловить. За первые строки глав после таинственного и мрачного пролога читателю успеется оглядеться, задуматься, к чему ведет вся эта история про найденную девушку, куда клонит автор, поностальгировать по давнему посещению Вены... А затем при переходе из временной точки А в точку Б дать порцию скепсиса, потому что привет тебе, Мальчик в полосатой пижаме и тот самый стиль "о серьезном и страшном через призму ребенка". Но скепсис жил-был, да перестал, потому что в этом романе есть та самая склейка, тот самый раствор, который скрепляет все эти части воедино и дает ту самую более чем страшную картинку. И именно тут в дело вступает сказочная составляющая, которая по всему пространству романа гуляет эхом и лепестками, но в нашей истории с зеркалом играет не последнюю роль. И вот ты уже соединяешь ниточки тут и там, потому что отголосками и следами на снегу две, казалось бы, совсем отдельные истории соединяются в одну.

Раз - и пошло эхо.
Два - и вздрагиваешь.
Кровь на земле - кровавые капельки в лесу.
Волчья пасть - волчье прозвище.
Заманили в лес - заманили в комнату, где не выбраться.
Отрубили пальцы - отрубили жизнь.
Полосатое. Цифры. Фраза. Имя. Идеология. Смерть.

За счет того, что сказки-сказания-байки-страшилки, рассказанные тут и там, плотно вплетаются в повествование, к итоговому восприятию прибавляются автоматически +10 очков. Причем это восприятия на каком-то внутреннем уровне. И вот тут возникает тот самый парадокс ощущений. Разум успевает фиксировать, что, собственно говоря, ничего особенного нового автор не рассказал, разве что использовал хороший ход с соединением первого и второго плана повествования. Да, матчасть изучена, да, реальное и невидимое переплелись настолько жестко, что не отлепить, но всё это уже было где-то и когда-то. А тем временем, пока разум все это себе вносит в протокол, сознание сидит и ужасается. Именно за счет того, что в дело идет стиль повествования, который чем ближе к финалу путем взросления, тем более напевным становится, тем больше мы утопаем в диком месиве из сказок и реальности, где надрыва столько, что можно руки в кровь исцарапать. То, что начиналось как история капризной девочки, которую через раз хотелось поставить в угол, превращается в жестокую историю из ужасов реальных и ужасов выдуманных. Начинается игра в прятки от реальности, чтобы спасти себя и не только, чтобы хоть как-то отгородиться от того, что видит и фиксирует сознание. А читатель, даже не искушенный в вопросах Третьего Рейха и иже с ним, легко поймет, о чем идет речь. А в вопросах не на слуху помогут сноски и примечания.

Роман, обреченный на множественные и противоречивые впечатления, чтение под настроение и последующие рассуждения с самим собой в тишине. Да, это книга о фашизме, лагерях, смерти и страданиях. Да, местами не в лоб и с элементами сказочного. Кто-то скажет, что автор переборщил и не стоило все это пускать настолько витиеватым способом, дабы провоцировать читателя. Кто-то скажет, что и такое разбитое зеркало должно быть. Кто-то просто промолчит и вздрогнет. А я просто скажу, что при всем моем интересе к вопросу, особенно в поле художественной литературы, после прочтения "Гретель и тьмы" меня несколько часов воротило от одной только мысли прочтения чего-то еще на тему фашизма, настолько пробрало на участке от середины романа и практически до последних строк финала.

Жила-была девочка, которой пришлось жестко повзрослеть и открыть глаза. И выжить.
Жил да был мир, который решили утопить в крови.
Жили-были воспоминания и память поколений, и будут они жить вечно. Потому что такое нельзя забывать. И нельзя допустить.
Никогда.
Больше.

Читать полностью
LiLiana
LiLiana
Оценка:
69

Эта книга должна была мне понравится по многим параметрам.
Во-первых, сюжетом. Два временных пласта 1899 г. и 1940 г. в Германии. В конце 19 века некий Йозеф Бройер лечит странную пациентку Лили, которая уверяет что она машина, что она ничего не чувствует, и все время твердит о каком-то чудовище, что должна убить. В 40-ые же годы речь пойдет о девочке Кристе. Она капризный, избалованный ребенок. Ну, просто ужас до чего. Еще ей приходится слушать страшные сказки от няни, полные жестокости. Сказки сыграют в ее жизни огромную роль, ее богатое воображение сослужит ее добрую службу, чтобы спастись от ужаса реальности. Папа Кристы работает в лазарете со «зверолюдьми», они не люди, а так скот. Зоопарк короче. Германия, 40 годы. Думаю понятно, что там за место. Положение дел меняется, когда происходит несчастный случай и судьба закидывает Кристу в тот самый зоопарк. Вот так и будет сюжет развиваться в двух плоскостях. Люблю такое. Ясное дело, что здесь есть связь, надо лишь догадаться какая.

Второе козырь для меня это необычность. Сама конструкция. На первое место выходит сказка, а они всегда помогают укрыться от правды. Пусть они жуткие, страшные, но реальность то страшнее. Где быль, а где выдумка? Тесное переплетение подогревает любопытство.

Ну и третье, это тема. Трагедия людей, человеческая жестокость. Само создание таких вот зоопарков, таких лагерей смерти. Это жутко, страшно даже спустя столько лет. А каково тем, кто был там? Каково детям?

И все же оценка моя невысока. Понравилось да, но не зацепило, увы. Как-то мимо прошло в основном. Безусловно, серьезность вопроса понимаю, про происходящее было порой жутко и мерзко читать, где-то больно. Но вот есть у меня претензии к целостности книги. Мне показалось, что история получилась рваная, недоработанная. И текст местами уже чересчур кишит "узорчатостью", особенно в истории Лили, которая не добавляет привлекательности роману, но зато мешает.
Так что такие вот пироги. Но не жалею что ознакомилась, просто по мне, не дотянула книга до более высшего балла.

А вот про Равенсбрюк, почитала еще в интернете, для полноты картины, так сказать. Да, здесь без комментариев, конечно.

Читать полностью
Lanafly
Lanafly
Оценка:
30
— А потом они… хм… когда все зло содеяли…
— Какое зло?
— Такое, что я тебе и сказать не могу. Такое, что я тебе и сказать не могу. Такое…

Поскольку я привыкла писать отзывы искренне и нечего не утаивая, начну с признания.
Какой самый страшный читательский грех, помимо того, чтобы бросить роман на середине?
Да-да, залезть в окончание и собственноручно словить спойлер.
Вот так я и поступила, дав волю своему внезапному порыву, которому не потворствовала с давних времён детства.
Но, знаете, не жалею. Совсем. Притягательности книга для меня не потеряла, зато зная тайну Лили, могла полностью увидеть все расставленные автором "звоночки", параллели и отражения по ходу чтения. С первого раза, не дожидаясь перечитывания.

В общем, ни на что не намекаю, ни к чему не призываю, просто сообщаю крамольный факт. Не поступайте как я, не делайте глупостей. Прикидывайте возможные варианты отгадок и наберитесь терпения. Всё сложится в единую картинку, закольцуется и встанет на свои места.

Перед нами два действительности: Вена 1899 года и Германия больше сорока лет спустя.

В первой реальности славный парень Бенджамин, садовник известного психиатра, профессора Йозефа Бройера, находит на улице странную девушку. Она нага, истощена, побрита наголо, на её руке написаны непонятные цифры и в довершении всего незнакомка утверждает, что вовсе не человек, а машина, которая прислана для священной миссии - убить чудовище, таким образом предотвратив грядущее зло. Пока не поздно, пока мальчик по имени Ади не вырос.

Конечно же, профессор заинтересован в излечении Лили, так он назвал красивую девушку, упрямо не желающую рассказывать о том, что случилось с ней на самом деле.
И если профессор и садовник всецело на стороне Лили, то пожилая домоуправительница Гудрун явно не верит девушке, ставя под сомнение её честность, искренность и ясность рассудка.

Германия 40-х годов. Страшное время Третьего рейха. Маленькая девочка Криста приезжает вместе с отцом врачом на новое место его работы - зоопарк, где за высокой проволокой содержатся "зверолюди" и кролики.
Мы не знаем почему, но её мать покончила с собой, и девочка была тому свидетельницей. Именно поэтому она уходит в мир сказок, живёт ими, мыслит их категориями, благо что нянюшка Грет буквально помешана на страшных рассказах и народном фольклоре. И пичкает ими ребёнка так, что мало не покажется.

Криста очень избалована, своенравна и непослушна. Она одинока и единственный способ сладить с ней - это занять её внимание Пряничным домиком, историей про Гретель и Ганса, Дудочника и проч.
А немецкие сказки, надо заметить, ещё те ужастики. Сварить детей в котле, разрубить на части принцессу и зверская гульба разбойников - обычное дело.
Для них. Для сказок.

Кто же знал, что сказки в один несчастный день превратятся для Кристы в реальность... И высокие ворота, увитые розами с шипами, которые штурмует прекрасный принц, окажутся воротами с колючей проволокой.

Глазами девочки мы видим окружающий мир, и мысленно "переводим" нарисованную ею картинку в сцену, от которой содрогнётся взрослый. Страшную и жестокую:
- папа моет руки красной жидкостью.
- он застыл, ожидая поцелуя принцессы, чтобы вновь проснуться.
- ведьма бреет голову и охотится за воспоминаниями друга Кристы - Даниэля
- Тень Даниила, которая потому и Тень, что долго не живёт
- разбойники в Башне,"сначала заставившие девушку пить с ними вино: стакан красного, стакан белого и стакан черного. А потом сорвали с нее красивые одежды и сложили их в кучу, чтобы потом продать на базаре. А потом они…"

Сказки туго вплетаются в реальность, история Лили перемешивается с жизнью Кристы, монстры оживают и тьма накрывает человечество, порабощая добро, калеча детей... И здесь я просто помолчу, можно?

Да, этот роман не шедевр. И я прекрасно вижу все его недостатки. Что-то перегнуто, что-то недогнуто... Но сама задумка, сама идея показать ужасы войны вот таким образом, через взгляд ребёнка, через призму сказок - замечательна! Автор говорит почти намёками, очень тонко, всего лишь штрихами создаёт свою историю, но её тема режет, цепляет и делает больно.
Необычно. Оригинально. Мрачно и многослойно.
И тут меньше пятёрки просто невозможно поставить.

Это не сказка. Не ждите здесь волшебства и магии. Это реальная жизнь. Она всегда страшнее.

Дальше...

Равенсбрюк. Это самые щадящие фото.

Читать полностью