Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
247 печ. страниц
2019 год
16+

Джо Мария де Джойя
Больше, чем страсть
Роман

JoMarie DeGioia

More Than Passion

© JoMarie DeGioia, 2012

© Jon Paul, обложка, 2019

© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2019

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2019

Перед вами художественное произведение. Имена персонажей, места и события являются плодом воображения автора либо использованы в вымышленном контексте. Совпадения с реальными людьми, живущими либо жившими когда-то, событиями или местами, в которых разворачиваются эти события, совершенно случайны.

Моему удивительному агенту Мишель Грачковски за ее неиссякаемый оптимизм. Моему потрясающему редактору Джоанне Д’Анджело, оказавшей бесценную помощь в работе над этой историей. Моим верным читателям, так настойчиво требовавшим историю о Джеффри и Бекке. Наконец, моему мужу Джею и нашей семье за поддержку и оптимизм, сопутствующие мне много лет, с тех пор как я стала писательницей. Люблю вас, ребята!

Глава 1

Англия, 1822 год

Джеффри Майкл Кейн, седьмой граф Кейнвуд, устал, запыхался и с ног до головы был покрыт пылью. В свои двадцать восемь лет он все еще не привык к обязанностям, свалившимся на него после смерти отца, случившейся двумя годами ранее. Джеффри приходилось часто ездить в Лондон на встречи со своими поверенными, и теперь он возвращался с одной из них. Вдруг его карета попала колесом в яму и резко остановилась.

– Где мы? – спросил Джеффри у кучера.

– В Ратлендшире [1], милорд. Неподалеку от Окема [2].

– Тогда снимай колесо и бери его с собой, Филдс, – приказал Джеффри, выбравшись из накренившейся кареты. – Сегодня мы отправимся в Окем.

Так они и сделали, прикрепив дорожную сумку Джеффри к одному из седел. Был конец июня, стояла удушливая жара. Дорога была очень неровной, и Джеффри тихо чертыхался на каждом ухабе. В конце пути граф и вовсе спешился и вошел в городок, ведя коня под уздцы. Джеффри, как всегда, был без шляпы, и солнце нещадно пекло ему голову. Он прищурился и огляделся.

Городок был таким маленьким, что его правильнее было бы назвать деревней. Впрочем, ему нельзя было отказать в живописности. Острый глаз Джеффри сразу заметил мануфактурную лавку, рынок и паб, а на двухэтажном кирпичном доме даже красовалась вывеска, сообщавшая о том, что здесь живет и работает врач. Однако здание, интересовавшее Джеффри, находилось на окраине. Колесник делил мастерскую с кузнецом, и у обоих, похоже, дела шли неплохо. «Еще бы, при таких-то дорогах!» – хмыкнул граф.

Он отряхнулся. Впрочем, от этого было мало толку. Его бежевые бриджи были покрыты пятнами колесной смазки, а белая рубашка измялась и испачкалась. Взяв коричневый фрак, висевший за седлом [3], Джеффри увидел, что он тоже выглядит довольно жалко.

– Не очень-то я похож на графа Кейнвуда, не правда ли, Филдс?

Кучер покраснел; впрочем, он тут же понял, что отвечать не нужно. Джеффри подвел коня к мастерской колесника; Филдс катил за ним сломавшееся колесо.

В дверном проеме стоял здоровенный детина.

– Вы хозяин мастерской?

– Ага. Я Уильям Беннетт, колесник. Чего изволите?

– Мне нужно починить колесо, – ответил Джеффри, указав на предмет, который лежал у его ног и явно нуждался в ремонте. – Вот это, – добавил он с сарказмом.

Беннетт потрогал расколотые спицы.

– Ага. Сломалось.

– Вы сможете его отремонтировать? – небрежно спросил Джеффри, сдерживая досаду.

– Ага. Дело плевое. В два счета починю.

– Хорошо, – выдохнул Джеффри.

– Но это займет несколько дней.

– Несколько дней? Почему?

Беннетт поднял правую руку. Она была забинтована.

– Чуток придавил ее, когда чинил двуколку дока. Он велел мне не пользоваться рукой, пока он не разрешит.

Джеффри недоверчиво уставился на колесника.

– И в этом городке больше никто не сможет отремонтировать колесо?

– Не-а, – ответил здоровяк. – Только не в Океме.

Раздражение Джеффри начало перерастать в гнев, однако стоило ему взглянуть на простодушную физиономию колесника, как гнев улегся сам собой.

– Что ж. Кто-нибудь сможет убрать мою карету с дороги? Она примерно в двадцати минутах езды отсюда.

– Ага. Мы с моим мальчуганом съездим за ней. Вам привезти ее сюды?

– Да, спасибо. А где я могу оставить лошадей?

– У кузнеца есть пара стойл. Но я бы не советовал ставить туда этих красавцев… Вы останетесь в Океме, покамест я не починю колесо?

Джеффри на мгновение задумался. Быть может, несколько дней вдали от Лондона, да и от Кейнвуда, дадут ему возможность обдумать тревожные новости, которые сообщили поверенные.

– Поблизости есть какой-нибудь трактир? – спросил граф.

– Ага. «Ворона», прямо на выезде из города. С конюшней и хорошим залом. – Колесник почесал круглый подбородок. – Ничего не скажу насчет номеров, но эль у них отменный.

– Благодарю. – Джеффри махнул рукой кучеру. – Едем в эту «Ворону». Похоже, нам придется задержаться.

Они вскочили на лошадей и поскакали к трактиру.

* * *

Трактир «Ворона» был на удивление элегантным заведением. Его кирпичные стены были отделаны зелеными панелями, а длинные окна сверкали в лучах солнца, начинавшего опускаться к горизонту. Ребекка Кингсли приводила в порядок красиво убранный зал трактира. Ее отец, Томас, настаивал на том, чтобы все помещения выглядели хорошо. Он был баронетом, однако от их семейного состояния остался лишь этот трактир. В молодости Томас Кингсли вращался в высшем свете и утверждал, что знает все о кулинарных предпочтениях знатных господ и простого народа. В трактире останавливалось множество путешественников, и они ожидали, что условия и обслуживание в нем окажутся не хуже, чем в Лондоне. Во всяком случае, так говорил отец Ребекки.

Двадцатилетняя Ребекка работала в трактире почти всю свою жизнь. Ее мать умерла, когда девочке было всего два года, и Ребекка ее почти не помнила. Томас наотрез отказывался говорить о жене, и дочь уже давно перестала его расспрашивать. Он лишь повторял, что внешне она вылитая мать. В эти моменты в его хриплом голосе звучала невероятная нежность. Ребекка не переставала этому удивляться. Она полагала, что унаследовала от матери светлую кожу и густые волосы цвета воронова крыла. А вот сходства с отцом девушка в себе найти не могла.

Он никогда особо не обращал на нее внимания. Ребекка работала не менее усердно, чем слуги, поддерживала порядок не только в своей комнате, но и в помещениях на втором этаже. За остальными комнатами следила горничная Мэри, заботившаяся также о нуждах гостей. Еще одной обязанностью Ребекки было подавать еду утром и вечером. Ей помогала Эмми. Эмми была веселой, да к тому же еще и флиртовала с гостями – и довольно бесстыдно. Она часто рассказывала о своих похождениях Ребекке; та неизменно заливалась краской, однако слушала эти рассказы очень внимательно.

Закончив убирать наверху, Ребекка обычно могла быть свободна. Но сегодня она полировала подсвечники и вытирала пыль в главном зале. Ее длинные волосы, как всегда, были заплетены в косу и уложены на затылке. Простому кисейному платью было уже больше года, и оно отлично подходило для работы. На мгновение девушка остановилась, с тоской взглянув в окно, выходившее на задний двор, где были расположены конюшни; за ними виднелись пологие холмы, где она так любила кататься верхом. Если бы не уборка зала, Ребекка уже давно мчалась бы на своей вороной кобылке.

Девушка заметила, как из широких дверей конюшни показались две мужские фигуры. Один мужчина был худощавым и шагал немного позади. На том, кто шел впереди, были коричневый фрак и бежевые бриджи. Его походка была легкой и размашистой. В его волосах играло солнце; Ребекке показалось, что они медового цвета. Она не могла оторвать глаз от решительного профиля незнакомца. Какого же цвета у него глаза?

«Дура!» – выругала себя Ребекка. Она вернулась к работе, сердито тряхнув тряпкой, которой вытирала пыль.

* * *

Джеффри вышел из конюшни. Он нашел трактирщика в кабинете, располагавшемся рядом с передней. Томас Кингсли был крупным, полноватым мужчиной. Он был хорошо одет. Вьющиеся седые волосы спадали ему на лоб, почти скрывая карие глаза.

Он с улыбкой поприветствовал Джеффри и жестом предложил ему сесть.

– Томас Кингсли, владелец трактира «Ворона».

– Джеффри Кейн, – ответил гость, опустив свой титул.

В этот момент он не чувствовал себя пэром.

– Что я могу сделать для вас, Кейн?

– Ну, сэр, мне на несколько дней нужна комната и конюшня для моих лошадей. Я оставил их там с вашим конюхом. Надеюсь, это не было слишком бесцеремонно с моей стороны?

Томас покачал головой:

– Ни в коей мере. Полагаю, наши конюшни вас устраивают?

– Да, вполне. Они не хуже любых других.

Томас выпятил грудь от этой похвалы.

– Надеюсь, вы не сочтете меня нескромным, но в нашем заведении удобства для клиентов о двух ногах ничуть не хуже.

Джеффри кивнул.

– В таком случае я сниму у вас комнату. Моему кучеру тоже нужно будет где-то расположиться.

Покончив с формальностями, Джеффри взял седельную сумку и, поднявшись по узкой лестнице, направился в свою комнату. Коридор второго этажа был нешироким, по обе стороны были расположены комнаты. Джеффри повернул налево и зашагал вперед. Убранство его номера оказалось элегантным. Половину комнаты занимала большая кровать, а другая половина представляла собой нечто вроде маленькой гостиной, с мягким креслом и скамеечкой для ног, обитой тканью. Напротив кровати стояли туалетный столик с зеркалом и ширма. Довершал интерьер маленький платяной шкаф. Он был открыт, словно готовился принять одежду постояльца.

Джеффри повесил туда несколько фраков и рубашек, а внизу поставил пару сменных сапог.

– Скромный гардероб, Кейн. Хорошо, что твой камердинер остался в Кейнвуде.

Желудок заурчал, напоминая Джеффри о том, что он пропустил обед. Взглянув на стоявшие на тумбочке часы, мужчина с удивлением обнаружил, что уже почти шесть. Томас сообщил ему, что ужин начинают подавать именно в это время. Джеффри умылся и небрежно провел гребнем по волосам. Посмотрев в зеркало, он увидел, что у него на щеках уже начала появляться щетина, а глаза выглядели усталыми.

– Ты брился сегодня утром, хлыщ ты эдакий, – сказал Джеффри своему отражению. – Я голоден.

Граф переоделся в чистую рубашку и опять натянул фрак. Он по-прежнему выглядел немного помятым, но ничего, сойдет. Кто знает, как надолго он здесь застрял? Сочтя свой внешний вид более-менее удовлетворительным, Джеффри спустился в обеденный зал.

Войдя туда, он обнаружил, что зал убран с такой же простой элегантностью, как и комната. Полированные доски пола сияли. Круглые столы были покрыты белыми скатертями из хорошей ткани. Зал был битком набит: почти за каждым столом сидело по двое-трое посетителей, и, по словам Томаса Кингсли, лишь половина из них была постояльцами. Похоже, здешний повар – настоящая местная знаменитость и многие неженатые мужчины приходят в трактир поужинать. Джеффри нашел свободный столик и сел.

Еда была простой, но запах был поистине великолепным. Этим вечером подавали ростбиф с картофелем. Джеффри казалось, что он уже чувствует вкус густой подливы, которой поливали каждую порцию.

Пышногрудая служанка, неся полное блюдо, скользнула мимо его стола. Ее рыжие кудри раскачивались при каждом шаге. Остановившись перед Джеффри, она одарила его улыбкой, и у нее на щеках появились ямочки.

– Я Эмми.

Джеффри позволил себе скользнуть взглядом по ее роскошному бюсту.

– Эмми…

Поставив блюдо на стол, она уперла руку в бок и окинула графа оценивающим взглядом.

– Чего еще изволите?

Вновь взглянув ей в лицо, Джеффри моргнул – таким призывным было выражение ее карих глаз. Он с улыбкой покачал головой. Эмми отвернулась, шагнула к соседнему столику и склонилась над ним. Джеффри уставился на ее зад. Наверху была хорошая кровать… Быть может, он опробует ее с этой девицей? Впрочем, вскоре Джеффри понял, что дружелюбие Эмми распространялось абсолютно на всех гостей мужского пола. Усмехнувшись про себя, он взял вилку и хотел уже приступить к ужину, однако едва не уронил ее при виде вышедшей из кухни темноволосой девушки.

Брюнетка шла по обеденному залу с природной грацией, и блики свечей играли в ее блестящих черных кудрях, обрамлявших безупречный овал лица и спускавшихся вдоль шеи. Простое платье выгодно подчеркивало роскошную фигуру. Юбка покачивалась при каждом движении бедер. Девушка переходила от стола к столу, держа в руках кувшин с элем. Джеффри не мог оторвать от нее глаз.

– Прелесть, правда? – отвлек его от созерцания мужской голос.

– Что?… – Джеффри только сейчас заметил, что к нему за столик подсел седой сухопарый мужчина. – Да.

– Меня зовут Питер Дженкинс. Как дела?

Джеффри пожал ему руку.

– Кейн. Джеффри Кейн, – произнес он. – Очень хорошо, спасибо.

Старик кивнул в сторону девушки:

– Это дочь Кингсли.

Джеффри приподнял бровь. Это прелестное создание приходится родней краснолицему трактирщику? Невероятно.

В это мгновение девушка подошла к ним. Она улыбнулась старику, а затем переключила внимание на Джеффри. Какое-то время она глядела ему в глаза. Затем ее розовые губы приоткрылись и она произнесла:

– Синие.

Джеффри моргнул:

– Что?

Девушка покачала головой:

– Н-ничего.

Джеффри ошеломленно глядел на нее. Ее изумрудные глаза восхитительно искрились. Его взгляд переместился на губы девушки и видневшийся между ними язычок. Джеффри охватило сильное желание. Он даже вспомнить не мог, когда испытывал что-либо подобное. В его грезы вновь вторгся голос старика:

– Ребекка, это Джеффри Кейн. Джеффри, познакомься с Ребеккой Кингсли.

Поколебавшись, девушка присела в реверансе. Джеффри с удивлением заметил, что это вышло у нее довольно неуклюже. В следующую секунду он встал и коротко кивнул:

– Мисс Кингсли.

– Рада нашему знакомству, – сказала Ребекка.

Ее голос гармонировал с ее внешностью. Он был мягким и слегка хрипловатым. И чертовски чувственным.

– Взаимно.

– Вы у нас надолго?

Если бы

– По правде говоря, всего на несколько дней, – улыбнулся Джеффри.

– Что ж, приятного отдыха, – сказала Ребекка, еле слышно вздохнув и застенчиво улыбнувшись.

Какое-то время она смотрела на него, а затем наполнила его кружку элем и, кивнув темноволосой головой, направилась к другому столику. Джеффри откинулся на спинку стула, не в силах оторвать глаз от ее силуэта.

– Ребекка… – выдохнул он. – Бекка.

Питер хмыкнул. Похоже, старика развеселило изумление его нового знакомого. Не обращая на него внимания, Джеффри вернулся к еде. Впрочем, он бросал взгляды на очаровательную девушку так часто, что и ростбиф, и картофель успели остыть, прежде чем он закончил ужин.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
256 000 книг 
и 50 000 аудиокниг