Цитаты из книг автора «Дмитрий Узланер»

«Начало постсекулярной эпохи совпадает с началом эпохи постмодерна, – пишет Александр Кырлежев, – поскольку постмодернизм дает свободу религии как религиозности»[472]. В качестве ключевых авторов здесь можно упомянуть таких теологов, как Джон Милбанк (его книга «По ту сторону секулярного разума: теология и социальная теория»[473]) и Джон Капуто (глава «Как секулярный мир стал постсекулярным» в книге «О религии»[474]). Сюда же относятся такие философы и представители критической теории, как Чарльз Тейлор, Славой Жижек, Талал Асад и другие.

был раскритикован за секуляристскую предубежденность

Сформулированные Хабермасом концепции «перевода» и «взаимодополняющего обучения» основаны на допущении, что религии – в ответ на вызовы религиозного плюрализма, современной науки, позитивного права и безрелигиозной морали – должны пройти через процесс внутренней модернизации.

Подобная двусторонняя работа по переводу должна в итоге привести к тому, что Хабермас называет «процессом взаимодополняющего обучения»

По мнению Хабермаса, решение этой проблемы подразумевает не только требование религиозным гражданам переводить свои тезисы на язык секулярного политического дискурса, но еще и необходимость со стороны нерелигиозных граждан умерить свои секуляристские устремления и позволить другой стороне быть услышанной.

Все граждане должны обладать равной свободой участия в обсуждении общественнозначимых вопросов, исходя из рамок своих «всеобъемлющих учений». Однако это возможно лишь в том случае, если они готовы к разумной дискуссии о политических нормах и если они признают необходимость достижения приемлемого для всех консенсуса (так называемый перекрывающий консенсус).

Согласно постсекулярному политическому либерализму, идеология секуляризма не является неотъемлемой частью либерализма. Более того, секуляризм как политическая идеология

Нормативная генеалогия постсекулярности связана с академической дисциплиной «политическая теория», а внутри нее – с политическим либерализмом.

То есть мы мало что поймем о современных культурных войнах, если продолжим цепляться за привычную дихотомию «религиозное / секулярное». Наоборот, отказавшись от этого привычного деления, мы увидим совершенно другие перспективы и совершенно иную расстановку сил, делающую это культурное противостояние столь насыщенным, интересным и драматичным.

нормализуется, религиозные составляющие разливаются по всем артериям современной социальности и обособление этих составляющих отныне возможно лишь в рамках в высшей степени искусственных аналитических операций. Нерв конфликта едва ли сегодня проходит по линии «религиозное против нерелигиозного», скорее речь идет о противостоянии разных гибридных форм, в каждой из которых есть свой, иногда ярко выраженный, иногда имплицитно подразумеваемый, элемент религиозности.