Глава 1

Рассвет, как всегда стремительный в этих местах, застал Флозерина сидящим на краю скалы, беззаботно щурящимся на ослепительно-жизнерадостное солнце. Рядом стояла ополовиненная бутыль кватти–олы. В ста с лишним футах, внизу, виднелись густые кроны каштанов. Зеленое море, волнуемое легким ветерком, лениво шевелилось, зажатое с двух сторон высокими скалами. Это место называлось Керенцатель – Рана Бога. Глубокое ущелье напоминало собой разрез от меча на теле, но его размеры могли принадлежать только сверхсуществу. Сзади раздались чьи–то тяжелые шаги.

– Привет, – рассерженным шмелем прогудел подошедший. Ростом он был едва ли не на голову выше сидящего эльфа, и в нем без труда можно было опознать гнома: непомерно широкие плечи, кулаки размером с приличную сковороду. Широкую грудь закрывала огненно–рыжая борода. Короткие усы топорщились, придавая гному воинственный вид. В лучах восходящего солнца голова прибывшего сияла, как начищенный котелок. Последнее веяние моды подгорного племени – бриться наголо.

– Давно пришел?

– Нед–давн–но, – заплетающимся языком, с трудом произнес эльф.

Гном скривился, будто укусил лимон:

– Нахлебался–таки своего эльфийского пойла, дурачок.

– Им–мею п–право.

– Имеешь, имеешь, – буркнул гном, подходя поближе, пока не схватил эльфа за пояс и не оттащил от края. Поставив эльфа на ноги, он тут же нанес ему удар в живот. Несчастный сложился вдвое и рухнул на колени. Его вырвало. Затем еще и еще. Даже когда казалось, что он сейчас выплюнет свои кишки, он не мог остановиться.

Наконец фонтан иссяк, и эльф замер, стоя на четвереньках над лужей собственной блевотины. Руки его подломились, но гном был на чеку и, схватив Флозерина за пояс, закинул его себе на плечо. И в таком виде понес эльфа к себе домой.

– От–пус–сти мен–ня, Герхард, – простонал он.

– Уже пришли, – гном скинул ношу на груду листвы. – Сиди здесь.

Как и всякий уважающий себя гном, Герхард жил в каменном доме в теле скалы, укрытом от случайного взгляда ковром из плюща и небольшой дубовой рощей. Дверь из мореного дуба толщиной могла поспорить с крепостной. Вернулся он, держа в руке кружку, и, сунув ее в дрожащие руки Флозерина, бросил короткое:

– Пей!

С трудом поднеся кружку к губам, непослушными руками эльф опрокинул ее содержимое в рот. В тоже мгновение лицо его приобрело бордовый оттенок, казалось, кончики острых ушей сейчас загорятся. Он смешно выпучил глаза, пытаясь сделать вдох, словно рыба, выброшенная на берег. Слезы потекли из покрасневших глаз. Флозерин был похож на утопающего: он размахивал руками, хватаясь то за горло, то за землю, на которой оказался.

В конце концов, ему удалось сделать вдох, и он тут же побледнел, как первый снег. Переведя дыхание и перестав менять цвет кожи, как хамелеон из южных дождевых лесов, Флозерин с укоризной посмотрел на гнома:

– Ты подсунул мне свое пойло, Герхард…

– «Предсмертный вздох» – не пойло, – гном поднял упавшую кружку. – К тому же это единственное средство, нейтрализующее действие вашей эльфийской дряни. Ума не приложу, откуда ты ее достаешь?! Эльфов на всем острове – раз и обчелся.

– Кватти–ола не дрянь! И еще ты меня ударил, – обиженно заявил Флозерин.

– Мне нужно было убедиться, что ты не начнешь размахивать руками и ногами в самый не подходящий момент. Надеюсь, ты не обижаешься?

– Еще не знаю…

– Ладно, хватит ныть! – оборвал гном Флозерина. – Поднимай с земли свою звезднорожденную задницу и марш в дом!

С видом оскорбленного достоинства эльф отряхнул штаны и куртку. Извлек из черных волос несколько листочков и прошествовал в дом, показывая крайнюю степень обиды, не забыв пригнуться при входе. Внутри все было подстать хозяину, такое же грубое и неказистое, но прочное и долговечное. К жилым помещениям примыкала и мастерская, напоминающая царство хаоса, после его окончательной победы над порядком. В худшем из ее вариантов. Но за ее пределами все было чисто и носило следы недавней уборки.

– Эльхо приходила, – хмыкнул эльф и тут же получил толчок в спину.

– Не болтай, остроухий, – гномы жутко ненавидели обсуждать свою личную жизнь с кем бы то ни было.

Когда Флозерин присел на край массивного стула, Герхард, ворча под нос, ушел в мастерскую, из которой тут же раздался грохот и громкое звяканье. Наконец гном вернулся и бросил на стол тяжелый широкий клинок с чашеобразной гардой, закрывающей кисть бойца.

– Узнаешь?!

– Абордажная сабля, – пожал плечами эльф. – Сталь – так себе, изготовлена либо людьми, либо кем–то из полукровок. Что я упустил?

– Ничего. Попробуй узнать, откуда она у меня?

Флозерин еще более выразительно пожал плечами.

– Ты решил стать джентльменом удачи, Герхард? Ио–хо–хо, тысяча чертей и их дедушка!

– Дурак, – устало резюмировал гном. – Вы все длинноухие такие или только ты?

– Только я! Я – уникален, Гери.

– Еще раз назовешь меня «Гери», и я разобью тебе нос, – прорычал гном. – Отвечай на вопрос.

– Понятия не имею, Ге…рхард, – кольнул гнома Флозерин с хитрой улыбкой. – Пираты, не заключившие договор с Губернатором, к архипелагу не приближаются.

– Это вы у себя в лесах так думаете, а вот губернатор Лесатт уверен в обратном.

– Так это он подогнал тебе этот ножик?!

– Ага. Сам и приезжал. Хотя ты почти угадал, его посыльный был у меня вчера утром с пакетом от его светлости.

– Что нужно этому осьминогу от нас на этот раз? – раздосадовано произнес эльф.

– Ты сам прекрасно знаешь, Флози. Исполнение договора, будь он неладен.

– И?

– Одному из патрульных кораблей Братства попался на глаза пиратский галеон. Паруса порваны, на палубе ступить негде из–за трупов, куча пробоин и других повреждений. Стало ясно, что он недавно потерпел поражение от более сильного противника. Хотя странно, что его не забрали в качестве трофея.

– Не отвлекайся. Я заинтригован.

– В ходе поиска они нашли одного единственного канонира, который малость поехал головой и все твердил о черных парусах и сокровищах. Когда его привезли на Унаири к нашему славному губернатору, с помощью гильдии врачей ему удалось вернуть сознание на некоторое время. И он поведал интересную историю….

– Не томи, Герхард

– Уже перехожу к сути. Лесатт узнал о сокровище, спрятанном на одном из островов Хааршемской гряды, и, не желая привлекать официальные власти, решил поручить это дело нам.

– Очень предусмотрительно, – хмыкнул эльф. – В этом случае он станет полновластным и, заметь, единственным владельцем богатства. Продолжай, Герхард, я заинтересовался.

– Сейчас ты заинтересуешься еще больше, мой длинноухий друг. Губернатор наконец-то закроет наш контракт с ним, если мы привезем ему это сокровище.

– У меня встречное предложение, дружище. После того как мы избавимся от нашего контракта, предлагаю ограбить заказчика.

– Смешно. Очень. Может мне подлить еще «Предсмертного вздоха»?

Эльфа заметно передернуло:

– Нет, не надо.

– Ну и отлично. Я получил кое–какой задаток и инструкции.

– И каков задаток?

– Пятьсот марок.

– Неплохо! Завтра в Медессе обогатим всех лавочников.

Но гном был несговорчив:

– Сегодня. Мы отправляемся сегодня. Не знаю, что вбил себе в голову Лесатт, но он требует скорейшего отправления.

– Мне это начинает не нравиться, – совершенно серьезно сказал эльф, впервые с начала разговора. – Я думал об этом, но желание скорее избавиться от этой штучки, – гном потряс рукой, на которой был одет тонкий браслет темного металла в виде змейки, – перевешивает здравый смысл.

– Это точно, – Флозерин посмотрел на такой же браслет на собственной руке. – Надо же было нам тогда попасться.

– Чего теперь вспоминать, – махнул рукой гном. – Давай собираться, что ли.

– Ты еще хранишь мое снаряжение?

– А ты думал, я все выброшу?

– Я думал, Эльхо выбросит.

– Она и хотела, да я не дал.

– Это радует…

– Учти, она тоже не любит эльфов.

– Нас никто не любит…

– Не умничай, длинноухий. Сейчас принесу твое барахло.

Вскоре два здоровенных тюка стояло пред Флозерином. Он аккуратно доставал из них вещи, одну за одной, и, осмотрев, складывал обратно или откладывал в сторону. Последними со дна тюков появились два свернутых кнута – ламии, в кожаные полосы которых была вплетена стальная проволока, а кончики хлыста украшали железные шары. Ударом такого орудия, мастер мог разорвать мясо до кости.

Придирчиво осмотрев одежду, эльф отобрал себе брюки и куртку с капюшоном. Все вещи были разных оттенков зеленого цвета. Из того же мешка он достал сапоги с подошвой из кожи снежного быка, сносить которую было практически невозможно.

Одевшись, Флозерин смотал кнуты и крест–накрест украсил ими свою грудь. Рукояти ламий находились на уровне поясницы и в случае чего моментально оказывались в руках владельца. Из оружия эльф взял длинный изогнутый нож, который удобно устроился на его поясе. Еще пара метательных ножей была спрятана в сапогах. Небольшой заплечный мешок дополнил снаряжения эльфа.

В это время из мастерской вышел Герхард, с ног до головы увешанный оружием. В руках он держал небольшое копье с широким листообразным наконечником. Сталь была гномьей ковки и имела серый цвет с множеством оттенков, по рисунку напоминая серую воду.

– Лови, – копье полетело в руки эльфа. – Подарок.

Пока Флозерин в немом восхищении разглядывал копье, гном надел кольчугу под камзол с короткими рукавами, подпоясавшись широким поясом Пояс по количеству карманов, кармашков и карманцев мог поспорить с банком, который держат сородичи гнома во всех мало–мальски крупных городах архипелага и на материке.

Покрутив копье или по эльфийски – хольгест и наслаждаясь звуком рассекаемого воздуха, эльф сделал несколько выпадов. Такие копья были излюбленным оружием эльфов Монферрона, одного из четырех царств эльфов Этолии. Флозерин, хоть и был рожден в Пеллерионе, но прекрасно владел хольгестом. Герхард к этому времени вооружился мечом. На поясе у него висел кистень и подозрительно выглядевшая сумка. Заплечный мешок у него был не в пример больше эльфийского.

– Готов?

– Да.

– Тогда пошли.

– А Эльхо, дом?!

– Я с ней вчера попрощался, сказал, чтобы за домом присматривала.

– Вряд ли дриада приживется в каменном доме, Герхард.

–Не твое дело, длинноухий. В путь! И да поможет нам Брадош!

Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
181 000 книг 
и 12 000 аудиокниг
Получить 7 дней бесплатно