Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
70 печ. страниц
2019 год
16+

«Последний день семестра»

 
Я промучился полгода:
Голодал, не спал, влюблялся,
Погибал среди народа,
Тосковал – но я дождался!
И в последний день семестра,
Согревая сердце верой,
Я ищу средь нот оркестра
Ту, что станет лучшей мерой.
Я ищу такие звуки,
Чтоб в душе сложились счастьем,
Чтобы, взяв друг друга руки,
Мы развеяли ненастье,
Чтобы вера, та, что греет,
Оставалась с нами вечно.
Знаю я – удача реет
Над землёй дорогой млечной,
И, ступив на ту дорогу,
Мы придём на край Вселенной:
К света чистому порогу,
И к мечте, для нас нетленной…
Но смолкают тихо ноты
И гармонии убранство;
Музыкальные длинноты
Испаряются в пространство,
Тонкой струйкой утекая
В неба тёмную громаду,
Зыбкий путь к воротам рая
Оставляя нам в награду.
 
2003

«Тот, кто мне нужен»

 
Увы, я слаб. Я знаю эту слабость в лицо,
И имя ей – постылая лень.
Она вокруг меня сжимает плотно кольцо,
На жизнь бросая чёрную тень
Порывы страсти резкой раздувают пожар,
Воспламеняя сердце опять,
Но я впустую жгу свой пробудившийся дар,
Не в силах ничего предпринять.
 
 
И в полудрёме я лежу средь пыльной тоски,
Роняя на бумагу перо…
И в серых буднях жизни света нету ни зги —
Увы, моё преданье старо.
Но я бы мог всё изменить, пустив под откос
Нелепый и ненужный свой век.
Я приготовил свой ответ на вечный вопрос:
Мне нужен друг – другой человек.
 
 
Мне нужен тот, кто не сидит на месте один
И ждёт, когда придёт его срок;
Мне нужен тот, кто сам своей судьбы господин,
Кто честный, но азартный игрок;
Мне нужен тот, кто видит грань меж злом и добром,
Кому неведом страх и упрёк;
Мне нужен тот, кто щит и меч сражает пером,
Кто, разум холя, сердце сберёг;
 
 
Мне нужен тот, кто, выбрав свой единственный путь,
Сметёт любой забор и барьер,
Кто может рок случайный в рог бараний свернуть,
Кто может с места прыгнуть в карьер;
Кто не медали – честь повесил слева на грудь,
Прикрыв её простым сюртуком,
Всегда готовый настежь свой сюртук распахнуть,
Была бы только надобность в том;
 
 
Он должен быть поэтом, чтоб меня понимать,
И чтоб я мог его полюбить
Как брата, как отца, и как сестру, и как мать,
Чьи имена нельзя позабыть;
Чтоб утром, встав до самых первых из петухов,
Он крепко взял меня за грудки,
Сказав: «Пойдём на поиск новых рифм для стихов,
Достойных нашей славной строки»;
 
 
Чтоб шла толпой за нами вереница из муз:
Ведь он поэт – я тоже поэт!
Нас двое, он и я: мы нерушимый союз,
Мы вечный, идеальный дуэт;
Чтоб мы, чеканя шаг по спинам улиц кривых,
Смотрели на восход и закат,
Подмигивали стёклам окон вечнослепых,
И хором сочиняли трактат:
 
 
Трактат о всём насущном – жизни, смерти, любви,
О силе, скрытой в каждом из нас,
О ветхой старине и о манящей нови,
О смысле, незаметном подчас;
О том, что «эпилог» ещё не значит «конец»,
Пока кипит в артериях кровь,
О том, что унисон двух равноправных сердец
Из пепла возрождается вновь.
 
август 2004

«Времена и нравы»
(стихи о театре)

 
Мороз был дьявольский, и я собрался спать,
Но, объяснив мне, как я сильно ошибался,
Они отняли одеяло и кровать,
И приказали, чтоб я быстро одевался.
 
 
Надев поверх тулупа бабочку и фрак,
Я поспешил занять положенное место,
Вдохнул в себя кулисный гул и полумрак,
И пригрозил устроить полную фиесту.
 
 
И тут же занавес подняли до небес,
И я увидел тьму, а в ней мелькали лица.
Вот чёрт! Сломал-таки ребро проклятый бес! —
Ведь угораздило же так вчера напиться…
 
 
Но, стиснув зубы и уняв в коленях дрожь,
Я колоссальными усилиями воли
Отвел свой дикий взгляд от тех глумливых рож,
Сосредоточив разум в рамках главной роли.
 
 
Нас было много – мы играли как один,
Игрой друг друга бесконечно наслаждаясь;
Мы не жалели ни проплешин, ни седин,
Мы за искусство умирали, возрождаясь.
 
 
Из наших ртов валил клубами белый пар,
И мы орали не своими голосами.
Спектакль наш был похож на ядерный удар,
Мы все прекрасно понимали это сами.
 
 
Нам было жарко – с наших лиц струился пот,
И мы срывали пиджаки и телогрейки,
Но нас измучила игра высоких нот —
К концу шестого часа сели батарейки.
 
 
И, оступившись, с жутким грохотом упал
Я на глазах у многоярусного зала,
И подавился громких вздохом этот зал,
Но длань искусства путь к спасенью указала.
 
 
И я поднялся, допевая свой куплет,
Последней фразой разрывая в клочья души,
И мне в затылок пулей плюнул пистолет,
Своим последним словом занавес обрушив.
 
 
Не помню, как мы выползали на поклон,
И почему кричали все «Виват» и «Браво»,
И кошельки летели в нас со всех сторон…
О, времена, я обожаю ваши нравы!
 
2004

«Лицейский вальс»
(стихотворное прощание с Пушкинским лицеем №1500)

8

 
Миг расставанья настал.
Каждый сейчас одинок.
Шумом наполнился зал —
Это Последний звонок.
Здравствуй, Грядущее! Свет
Нам на дорогу пролей!
Мы же последний куплет
Вам посвящаем, Лицей!
 

9

 
Нас провожают с тобой
Все, кто ещё не ушел,
Нас ожидают с тобой
Тысячи жизненных школ.
И, поступив в институт,
Став на порядок взрослей,
Вспомним мы тяжкий наш труд,
Вспомним и этот Лицей.
 

10

 
Что ж ты молчишь, выпускник?
Где твоя пылкая речь?
Лоб почему-то поник,
Статность обрушилась с плеч,
Царствуют скорбь и печаль
В траурной позе твоей…
Просто мучительно жаль
Этот покинуть Лицей!
 

11

 
Жаль… Но иного пути
Не предоставят года:
Всем нам придётся уйти,
Раз – и уже навсегда.
Трель утихает… финал…
Сколько блестящих огней…
Хором – за всё, что он дал! —
Скажем: «Спасибо, Лицей!»
 
11 мая 2005
Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
260 000 книг
и 50 000 аудиокниг