Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Ф

Ф
Читайте в приложениях:
833 уже добавили
Оценка читателей
3.59
Написать рецензию
  • russischergeist
    russischergeist
    Оценка:
    31
    Welch feiger Heuchler! Er hat sich also zu erkennen gegeben.
    Генрих Манн "Маленький город"

    Лжецы! Лицемеры! Трусы!

    Долгое время лежала у меня в директории одна огромная папка с самым коротким названием: "F" - почему-то у меня были начальные ассоциации с физикой (Фарадей, сила, теория колебаний), или химией (фтор, валентность), ну в крайнем случае F могло бы обозначать музыкальный полутон. Помня мои ощущения и восхищения от книги "Измеряя мир", я был в предвкушении и из принципа не читал аннотации к книге. И, вот, наступил долгожданный момент - я сразу приступил к книге, и...

    ... и первое, что произошло - приступ удивления: F оказался... человеком!

    В очередной раз Даниэль Кельман меня поразил своим стилем. В этот раз роман написан до того простым языком, но именно такая простота и мешает быстро продвигаться читателю по страницам. Понятно, что, например, рассуждения священника отличаются от речи простого обывателя. Однако такой словарный запас до того чист, "не замусорен" этими интернетовскими словечками и прибауточками, что тебя аж невольно коробит по началу, ты удивляешься, мол, не уж-то кто-то еще так говорит, а потом, когда ты привыкаешь к стилю, начинаешь такими мыслями попросту наслаждаться.

    В отличие от других, прочитанных мною книг Кельмана, здесь мы не встретим сюжета, насыщенного многочисленными событиями. Я бы сказал даже наоборот: автор пытается снова и снова разъяснить нам судьбу и отношения главных героев с новых, различных сторон, перспектив, постепенно раскрывая взаимосвязи. Мы знакомимся с тремя братьями Мартином, Иваном и Эриком (причем двое последних являются близнецами). К удивлению, судьба каждого из них так далека и различна по сути. Каждый из них борется со своими собственным зеркалом, демоном, будь то вечное сомнение, паранойя или двойная жизнь. Как раз преподобный отец Мартин (господин F) является, сказав математически, точкой пересечения биссектрисс этого "неровного" треугольника. И только через этот образ начинаешь воспринимать этих братьев. Кто же они на самом деле? Да, к сожалению, лжецы, лицемеры, трусы!!!

    Может, именно поэтому данная книга осталась для меня той, ненастоящей, потусторонней. Можно винить, конечно, автора. Читателю все так преподносится на блюдечке, так доказуемо, что мы невольно чувствуем себя практически подобно злоумышленникам. Мне кажется, это ведь даже искусство написания романов (Привет Зюскинду!). Мы стоим на краю пропасти вместе с героями, и только потом начинаем воспринимать серьезность и последствия сделанных поступков. Все преподносит нам Кельман приготовленным на блюдечке, а мы все глотаем и глотаем не успевая прожевывать... Может, бОльшее количество соплей бы и украсили этот роман до максимальной оценки.

    Ах, какой же я счастливый человек! Мне не надо считать себя злоумышленником и мне не нужны исповеди у господина F!

    Читать полностью
  • kassiopeya007
    kassiopeya007
    Оценка:
    15

    Удивительно, что романы Даниэля Кельмана, одного из самых известных немецкоязычных писателей «новой волны», до сих пор остаются неинтересными российскому читателю. Между прочим, в своем первом романе «Магия Берхольма» Кельман исследует тайны иллюзионизма, как и известный канадский автор Робертсон Дэвис в Дептфордской трилогии или Кристофер Прист в «Престиже», а его последний, еще непереведенный на русский язык роман Du hättest gehen sollen описанием и вовсе напоминает эксцентричный, взорвавший недавно книжный рынок «Дом листьев» Марка Z. Данилевского.

    В романе «Ф», однако, есть и иллюзионизм, и странный дом с расширяющимся подвалом и с чердаком, на котором временами сам по себе зажигается свет. Но всё-таки в первую очередь «Ф» не об этом, хотя так легко увидеть в романе все линии пересечения с другими произведениями Кельмана — одни и те же имена, тематики, герои и их подделки (чего только стоят отношения журналиста и художника, впервые затронутые Кельманом в искусствоведческой трагикомедии с претенциозным названием «Я и Каминский» или безответственный побег героя, напоминающий философский триллер «Последний предел»). И так хочется об этих пересечениях поговорить, но нужно о том, что же такое «Ф»? Или кто он такой?

    Ф — Фридлянд

    Роман начинается с того, что отец Артур Фридлянд и три его сына (старший Мартин от первой жены, и двое близнецов Эрик и Ивейн — от второй) отправляются в свой семейный вечер на представление к великому Линдеману, умеющему гипнотизировать. То есть, по признанию маэстро, — заставлять любого чувствовать, видеть и делать то, что тот желает в глубине души. Никакого вмешательства извне. Только истинное желание испытуемого.

    Артур всю дорогу твердит о том, что на него это не действует, да и вообще Бога не существует. Всё просто. Но во время представления Артуру вслед за сыном Ивейном придется выйти на сцену и что-то всё-таки испытать, иначе почему после того, как отец подвозит сыновей до дома Мартина, он исчезает в неизвестном направлении, сняв деньги с семейного счета.

    Итак, Артур исчезает. Сыновья вырастают. Их судьбы складываются странным образом: Мартин становится отцом настоятелем, Эрик — бизнесменом, Ивейн — художником или «художником». Однажды каждый из них получает книгу «Я называюсь Никто». Автор — их отец. Постепенно книга появляется везде, некоторые после ее прочтения кончают жизнь самоубийством, имя Артура становится по-настоящему знаменито. Впрочем другие его книги не имеют должного успеха, и Артура потихоньку забывают, все, кроме его сыновей и, неожиданно, внучки.

    Ф — фатум

    Роман «Ф» не цельный, он составной: каждая часть посвящена отдельному герою и строится по принципам его речи, его мировосприятия и мирочувствования. Мартин, несмотря на то, что стал священником — не верит в Бога. Бизнесмен Эрик теряет всё свое миллионное состояние. А художник Ивейн никогда не подписывает работы своим именем, выдавая их за чужие. Каждый как будто играет не свою роль, пытаясь понять, повлияло ли на них то решение отца сбежать и можно ли было тем самым избежать роковых событий для каждого в августе 2008 года.

    Вопрос о судьбе и о том, мы ли выбираем свою судьбу, выбирает ее за нас Бог или же это решают другие люди, периодически возникает в жизни каждого героя. Артур же и вовсе иронизирует над судьбой, создавая своеобразный рассказ «Семья», с которым читатель может ознакомиться целиком, он есть в романе. Придумывая судьбы своих предков, Артур говорит о том, что они не значат ничего для всей Вселенной. Что было, то прошло. Однако если прочитать рассказ в обратном порядке — от конца к началу, то жизнь отца и его поступки всегда будут влиять на жизнь сына. Так повлиял ли побег Артура на его сыновей? Сложилась бы их судьба иначе?

    Кельман не дает единого ответа, сюжетные детали, связывающие судьбы героев, разбросаны по всему тексту романа, отыскивать их — сплошное удовольствие, однако каждая из них может колебать окончательное для читателя решение раз за разом.

    Ф — финал

    В итоге всё влияет друг на друга. Или как говорит Мартину замглавы радио «Ватикан»: всё неопределенно, а верить и не верить — это по сути одно и то же. А влиять на свою судьбу самому или позволять другим, например, своим предкам, на нее повлиять — это тоже одно и то же.

    Именно поэтому важна финальная часть, которой бы, казалось, не должно было быть. «Времена года» повествуют о внучке Артура, единственном продолжении его рода, — Мари. Вместе с ней Артур отправляется в парк развлечений к читателю будущего по картам Таро. В чертах этого глухого и слепого старика отчетливо узнается собирающий залы пухленький проныра, владеющий гипнозом. Разоблачение гипнотизера происходит жалким образом. Подросток Мари ничего не понимает, встреча жизненно важна лишь для Артура. Он пытается подтвердить, что будущее мы каждый придумывает себе самостоятельно, и даже если кто-то что-то тебе говорит и манипулирует твоим мнением, решение всё равно приходится делать тебе самому. Будущее — за тобой, хотя финал для всех — один и тот же.

    Действительно, неуверенный толстеющий Мартин, неужели он стал бы чемпионом по складыванию Кубика Рубика? Если бы Артур не исчез, неужели он нашел бы себя в жизни? Уж Бога бы он точно ни нашел — в Артуре не было веры.

    Хорошо, Эрик. Этот вспыльчивый, задирающий всех мальчишка, показывающий свою силу, неужели ему была предначертана иная роль? А его психическое состояние, оно зависит от исчезновения отца? Та же неуверенность, что и у Артура, только помноженная на десять.

    Вот с Ивейном сложнее, тот действительно произносит фразу-название отцовской книги, и она становится роковой для его жизни. Но по сути на вопрос «Ты кто вообще такой?» можно ответить 50 на 50. И здесь не так уж важно, была ли книга или не была. Шанс один к одному. Жизнь или смерть.

    Роман «Ф» — тонкая игра со временем, с судьбой, с самим читателем. Только от последнего зависит угол зрения и символ веры. О смерти автора сказал еще Ролан Барт, Кельман же говорит о смерти читателя, тебя уже нет, мир — сплошные волны различной длины и колебания воздуха. Человек для Вселенной — песчинка. Бог существует всегда, у него нет времени, твои поступки сегодня для него всегда были, есть и будут. Эти теологические и философские заключения повторяются раз за разом, их можно пытаться осознать или не пытаться — ограниченность разума, тайна сия велика, Господь может сделать чудо, но его не произойдет, но он может, но всё равно не произойдет, но он может, да, может, но не произойдет... и так далее.

    Важно одно — каждый, несмотря на смерть, может выбирать. Писать или не писать книгу, читать или не читать её, рожать детей или прекратить свой род. И каждый всё равно делает свой выбор, несмотря на судьбу, фатум и предрешенный финал. Или всё это вместе влияет на выбор каждого, или наоборот. Так ли это важно?

    Читать полностью
  • valery-varul
    valery-varul
    Оценка:
    9

    Сюжет. Германия, период с 1984 года по 2012.
    У Артура Фриндлянда трое сыновей от двух жён. Мартин старший. Ему в 1984 году было 14 лет, а близнецам Ивейну и Эрику – 11. Отец жил отдельно, но периодически с сыновьями встречался и возил их на всякие развлекательные мероприятия. В начале романа все четверо пришли на выступление гипнотизёра, на котором были подвергнуты гипнотическому воздействию, которое фатальным образом сказалось на их дальнейшей судьбе.

    Артур бросил всё и скрылся в неизвестном направлении и из посредственного писателя-неудачника превратился на два десятилетия в популярного.

    Мартин никак не мог найти себя после окончания школы и стал католическим священником, который не верил в бога.

    …лишь много позже появился образ Назаретянина. Старая, пропитанная кровью фантазия, день за днем воскрешаемая во множестве мест. Как просто было бы назвать сие действо символическим актом, но это была бы ересь. В это надлежит верить, ибо так предписано. Но поверить в это невозможно. Надо, но невозможно. Вознесем сердца, призываю я. Возносим ко Господу, ответствуют мне.

    Ивейн поступил в колледж и хотел стать художником, но убедился, что гения из него не получилось. Долго анализировал состояние современного искусства и убедился, что слава приходит не с мастерством, а с раскручиванием личности. Поэтому нашёл посредственного пожилого художника, раскопал его картины и стал расхваливать их в СМИ. Поскольку Ивейн что-то значил в художественной среде как критик, ему удалось прославить провинциального коллегу и сделать деньги на его картинах, которые поднялись в цене. Потом Ивейн заключает договор с коллегой: он пишет картины, а коллега ставит подпись. Привыкший к славе, художник соглашается, а потом умирает, завещав Ивейну «свои» творения.

    Начни писать о феномене посредственности, – посоветовал мне Мартин, когда мы сидели с ним в клуатре монастыря Айзенбрунн. И был прав: я мог бы стать историком искусства с довольно необычной специализацией. И вот я написал письмо Генриху Ойленбёку. Врать не врал, но и названия своей будущей диссертации – «Заурядность как эстетический феномен» – упоминать не стал.
    Все музеи доверху набиты подделками. Фальсификаторы, гордящиеся своим трудом, точно так же, как профаны-зрители, переоценивают суть этого мастерства: ремеслу может обучиться всякий, кто приложит достаточно усилий и имеет определенные задатки. И то, что уровень мастерства утратил главенствующее положение в искусстве, не лишено смысла; не лишено смысла то, что идея, стоящая за произведением, стала важнее самой работы;

    Эрик стал предпринимателем, привлекал инвесторов и дурил их, тратя деньги на роскошную жизнь. В 2008 году он был на грани краха и самоубийства, но провидение было к нему благосклонно, и Эрик не угодил в тюрьму.

    Наверное, у меня слишком сильная воля. У сильной воли бывают не только преимущества, но и недостатки. Можно многое снести, впутаться в более сложные истории, и сдаться тоже гораздо труднее. Бледные, пустые и бессильные, потерявшие себя – им больше нечего терять, они могут просто повеситься на ближайшем столбе. Но во мне есть что-то, что не позволяет этого сделать.

    Артур в конце концов исписался и потерял популярность. Прошли те времена, когда его книга могла вызвать серию самоубийств.

    Каждая часть романа посвящена одному из персонажей и повествование увязывается с предыдущими частями, объясняя не очень понятные читателю поступки героев.

    Впечатление. Понравилось в книге то, как удалось автору выписать своих героев. У них чётко выраженная индивидуальная речевая характеристика, у каждого своя манера поведения, которая крепко увязывается с их жизненной позицией. Над каждым висит какая-то фатальная атмосфера, не позволяющая им радоваться жизни или хотя бы почувствовать себя комфортно в коротком периоде существования. Никакой передышки.

    Несмотря на это, роман не подействовал на меня своей безысходностью угнетающим образом. Прочитал с удовольствием но не столько из-за необычности сюжета, сколько из-за литературного мастерства Кельмана и переводчика.

    Читать полностью
  • TarasZabudko
    TarasZabudko
    Оценка:
    8

    Книга о трех братьях и об их отце. О суетности нашей жизни, о ролях, которые мы вынуждены играть. О том, как трудно нам быть самими собой. О призрачности мира и ложности современных понятий об искусстве.
    Каждый из братьев живет не свою жизнь, потому что каждый из них - обманщик.
    Один - священник, который не верит в Бога, а играет в кубик Рубика.
    Второй - финансовый консультант, который тратит деньги своих клиентов.
    Третий - художник, который выдает свои картины за творчество совсем другого человека.
    Каждый из них ищет себя и понимает, что только в этом смысл жизни.
    С другой стороны, их отец говорит, что смысла жизни нет, потому что каждый из нас - это всего лишь скопление атомов, а те в свою очередь - только сгустки энергии. Он как пророк, как провидец пытается направить жизнь своих детей, но сам не делает ничего и появляется очень редко.
    Вот и получается, что человек вроде бы живет, а на самом деле его-то, настоящего и нет. Он - Никто.

    Читать полностью
  • Cave
    Cave
    Оценка:
    7

    Фи, 350 фтраниц форменного фуфла нафуркало фрямо ф форзаца!

    Обман в книге начинается с первой же главы, когда философ-неудачник Артур Фридлянд везет троих своих сыновей на представление великого гипнотизера Линдеманна, который выбирает его в качестве подопытного кролика и приказывает «стараться изо всех сил». На следующий же день нерадивый отец сматывается подальше от заевшего его быта и становится, как всегда мечтал, писателем. Вы верите в такие чудесные превращения? Вот и Артур тоже не верил.

    Сыновья у него уродились тоже как на подбор. Старший, от бывшей жены, пухлый Мартин, нерешительный настолько, что так и не смог придумать ничего лучше, чем пойти в священники: а что, живешь на полном пансионе и не надо учиться ухаживать за девушками, и неважно, что не веришь в Бога. Близнецы Эрик и Ивейн, похожие настолько, что в конце концов даже они сами начали сомневаться кто есть кто, в конце-концов оказываются самыми непохожими и чужими друг другу людьми: сильный и решительный Эрик богатеет на инвестициях, но переживает глубочайший кризис среднего возраста и находит выход в самом неожиданном месте — вере, чувствительный Ивейн же, мало того что оказывается геем, так еще и прячет свой талант художника в далекий шкаф, тайно создавая картины под чужим именем. Три жизни, построенных на вранье: священник не верит даже в себя, финансист не находит ценности в жизни, а художник смотрит, но не видит.

    Параллельно автор дает синопсисы трех книг, написанных блудным отцом, в которых прослеживаются аналогии с сюжетными линиями. Все оказывается зарифмовано со всем и читатель получает несколько расшифровок названия книги, которое будто создано для поисковиков (попробуйте-ка ее найти, если не помните фамилии автора, серьезно, называть книгу одной буквой так же глупо, как называть фильм «Тьма»).

    Предполагается, видимо, что читатель будет находить эти множественные намеки и совпадения и радоваться: смотрите, в начале книги герои обсуждают, как человек может действовать по собственной воле, если Бог все знает, а потом самый сомневающийся станет священником, а с одним из близнецов случится череда таинственно совпадающих событий, также относящихся к этому самому священнику, о которых тот и не подозревает, поэтому «Ф» можно расшифровать как «Фатум»! Ух ты, как увлекательно, перечитаю-ка я книгу еще раз!

    Но то ли дело в том, как явно автор показывает, что он и его герои врут (а то вдруг действительно заметит только один читатель), то ли в том, что все это уже было в Симпсонах, то ли книга просто плохо написана, но персонажи кажутся слишком сферическими, чтобы даже в вакууме мыслительного эксперимента за ними было интересно следить. И вот уже кажется, что «Ф» как «Фальшь» подходит книге куда больше.

    Читать полностью

Другие книги подборки «Что выбрать на ярмарке Non/fiction в 2017 году»