Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Дракула

Добавить в мои книги
21 уже добавили
Оценка читателей
3.56
Написать рецензию
  • Lillyt
    Lillyt
    Оценка:
    286

    Все мы вышли из стокеровского "Дракулы".
    Эдвард Каллен.


    Дочитав сегодня "Дракулу", подумала о том, что на тему эволюции образа вампира в литературе можно написать хорошую научную работу. Судите сами: за одно столетие вампир из одержимого чудовища, душа которого страдает, пока тело живет неестественной "жизнью", превратился в представителя некой элиты, которая даже не стремится к мировому господству, а изредка закусывает пробегающими мимо туристами. Дракула в дневное время спал в гробу, Лестат и прочие боялись солнечного света, а Эдвард Каллен всего лишь гламурненько блестит. Дракула всем своим видом наводит ужас и внушает трепет слабым смертным, осмелившимся бросить ему вызов, а что внушает бедным 13-летним смертным плод воображения Стефани Майер, вы и сами знаете. Вампиры стали чертовски привлекательны - не надо есть, спать, работать (ну разве что врачом, чтоб потихоньку красть донорскую кровь), людей тоже необязательно кусать, ведь есть зверюшки. Смысл "бытия" Дракулы вполне понятен, в нем нет ничего человеческого, его цель - наплодить себе подобных, убить его - значит спасти его душу, а для чего живут майеровские вампиры, мне не ясно. Красивые богатые бессмертные обыватели, неизвестно на какие деньги покупающие дорогие шмотки и машины. Ну их, в самом деле.
    Вернемся к Стокеру. "Дракула" затягивает в себя, как любой эпистолярный роман. На мой вкус, в нем нет ничего выдающегося в отношении языка или построения сюжета, но вольно или невольно все-таки проникаешься зловещей атмосферой романа - ведь когда тебе в такой интимной форме повествуют о своих мыслях и поступках, остаться равнодушным наблюдателем почти невозможно. Любители копполовской экранизации будут разочарованы отсутствием любовной линии между Миной и графом (это Коппола усложнил и очеловечил вампирский образ), чему я от души порадовалась, ведь в стокеровском Дракуле совершенно нечего любить.

    Читать полностью
  • rootrude
    rootrude
    Оценка:
    224

    6/10

    Дневник Марка Михалыча

    7 июля.
           Мой день начинался обычным образом, поэтому я не буду расписывать все те события, что произошли со мной до полудня сего дня, ведь всё шло своим чередом: подъём, умывание, завтрак, состоявший из французского омлета, который великолепно готовит одна особа, личность которой я не могу раскрыть даже в собственном дневнике; потом я решил совершить небольшую прогулку по центру города, так как у меня возникла необходимость в некоторых покупках, которая необходимость всегда возникает довольно внезапно и почти всегда так не вовремя — покупками этими стали: дюжина яиц, вакса, фунт соли, пачка презервативов (как хорошо, что этот дневник является лишь моим личным инструментом для фиксирования необходимых для запоминания подробностей, иначе я бы, конечно, никогда бы не написал ничего столь личного и постыдного, как покупка столь деликатной вещицы), рулон обёрточной бумаги и что-то ещё, что напрочь выскочило из моей памяти, — все мои покупки обошлись мне в 672 рубля, что я запомнил довольно чётко, так как ежедневная практика в счёте, коей я занимаюсь вот уже четырнадцать лет, положительно служит для запоминания различных чисел, включая все магазинные счета, номера телефонов, пароли от социальных сетей и прочее. Совершив все эти покупки, я направился посетить моего давнего приятеля сэра Вована, сестра которого настолько мила и привлекательна, что заняла всё моё сердце без исключения; увы, но Создателю было угодно, чтобы я не смог повидаться с этим светлым существом — моей милой Настюхой, — ведь она уехала на празднество, которое устраивала в честь своей помолвки леди Людка, её близкая подруга. Я не буду останавливаться подробно на разговорах, которыми мы заняли себя с сэром Вованом, коротая время за чашкой чая, ведь я решил не расписывать все события, что произошли со мной до зловещего полудня 7 числа месяца июля — скажу только, что мы затронули весьма важную проблему политических репрессий в современной России, до сих пор никак не могущей выпутаться из губительных тенет подавления инакомыслия, что, естественно, ведёт к появлению диссиденства как явления неизбежного противодействия Системе. Печальная история. Спаси Бог Россию!
           И вот мы уже вплотную приблизились к тому самому часу, который принёс в мою жизнь такие зловещие и жуткие воспоминания, что — без всякого сомнения — перевернул всю мою жизнь с ног на голову самым коренным образом. Леденящие душу подробности этих событий я со всей достоверностью передам этому дневнику, который помогает мне не сойти с ума, когда я вспоминаю о тех ужасающих минутах. Стоит моей памяти хоть на миг вспомнить хоть что-нибудь из всего того случившегося со мной кошмара, как кровь стынет в моих жилах, а волосы на голове подымаются дыбом. Спаси меня, Создатель сущего, сохрани мою душу! Да, я молюсь Богу, ведь только Он может помочь мне достойно пережить всё произошедшее.
           Как хорошо, что моя чистая и непорочная Настюха так вовремя уехала из отчего дома, ведь её нежная и ранимая душа наверняка не выдержала бы всех этих тяжких испытаний, всего того ужаса, того кошмара, что свалились на мои плечи. Но я мужчина! Поэтому я должен выстоять под столь жестокими ударами Судьбы. А она лишь слабая женщина, и рассудок её мог повредиться от этих событий, а нежное сердечко прямо-таки разорваться от ужаса. Что говорить: я и сам трепещу и покрываюсь холодным потом, когда воспоминания овладевают мной. Ах, моя милая Настюха, храни тебя Создатель!
           Нет, нет, нет!
           Я не могу продолжать писать, мне нужно оторваться и выпить стакан виски, который привозит мне мой кузен из какого-то ирландского городишки; я должен немного прийти в себя, а потом снова попытаться беспристрастно выложить всё произошедшее со мной со всей точностью и достоверностью на страницах этого дневника.

    Дальше...

    Продолжения не будет, бугага! Будет отзыв.

    Да, я действительно не читал "Дракулу". Да, мне было даже немного стыдно по этому поводу. Да, я даже эти ваши фильмы не смотрел от всяких там Коппол и иже с ними. Да, да, да!
    Но теперь-то вы уже не сможете тыкать в меня пальцами, обзываясь всякой там "дярёвней дремучей", "бревном неразумным" и "позорищем прямоходящим", ибо этот досадный пробел наконец-то заполнен.
    Вот только заполнение этого пробела оставляет желать мнооооого лучшего...

    Постоянно задавался вопросом, который можно сформулировать очень кратко: чозанах? Это вот реально та самая культовая книга, из которой растут ноги всей современной вампирской романтики? Это вот правда жемчужина мировой литературы, которая обязательна для прочтения всем без исключения? Ну в таком случае я очень грустить, потому что я вполне мог и дальше влачить своё жалкое существование и без этой никчемной книжонки.

    Нет, я нисколько не умаляю значимость этой книги как источника и прародителя целого пласта литературы (и не только литературы); эту книгу, в каком-то роде, можно даже назвать культурологическим феноменом (собственно, только это и явилось причиной столь высокой моей оценки, пусть это и чистой воды политика двойных стандартов). Это действительно так. С этим поспорить невозможно. Но, но, но...
    Но для меня всё-таки осталось загадкой — почему так случилось.
    Я месяц не мог добить эти смешные триста с небольшим страниц, потому что ничего кроме скуки они не вызывали.

    Честно говоря, я даже не знал, чего можно ожидать от этой книги. Но уж явно не того, что я в итоге получил.
    Сопли-слюни-слёзы, перемежающиеся ужасными ужасами, кошмарными кошмарами и жуткими жутями. Офигенчик! Дайте две!
    Ну ведь скука же! Вывихивающая челюсть эпистолярная скука, на которой и пятна-то светлого не найти.
    Что ни страница — то новый набор всё тех же слов; разницу в страницах составляла только различная компоновка всех этих 300-400 слов, которые и составили весь лексический диапазон книги.

    Собственно говоря, мне больше нечего сказать; мне осталось только привести парочку типичнейших отрывков, которые помогут не читавшему этой книги полностью составить своё о ней мнение, потому что выбранные мною отрывки являются типичными для всего повествования, и чего-то коренным образом от них отличающегося вы в тексте не найдёте, как ни старайтесь.

    1 отрывок — сопли, слёзы, мужественность, благородство, неадекват и Бог:

           — Тише! Тише! Ради Бога, замолчи! Не говори таких вещей, дорогой Джонатан, ты меня пугаешь. Подожди, дорогой, я думала в течение всего этого долгого, бесконечного дня… быть может… когда-нибудь и я буду нуждаться в подобном сострадании; и кто-нибудь другой, как теперь ты, откажет мне в этом. Я бы тебе не говорила этого, если бы могла. Но я молю Бога, чтобы Он принял твои безумные слова лишь за вспышку сильно любящего человека, сердце которого разбито и омрачено горем. Господи! Прими эту седину как свидетельство страданий того, кто за всю жизнь не совершил ничего дурного, и на чью долю выпало столько несчастий!
           Все мы были в слезах. Мы не могли их сдержать и рыдали открыто; она тоже плакала, видя, как воздействуют её увещевания. Её муж бросился перед ней на колени и, обняв её, спрятал лицо в складках её платья. Ван Хельсинг кивнул нам, и мы тихо вышли из комнаты, оставив эти два любящих сердца наедине с Богом.

    2 отрывок — ужас, страх, кошмар, мрачно, готика и трупный смрад:

           — Вот это где, — сказал профессор, осветив своей лампой маленький план дома, скопированный из книг моей собственной корреспонденции, относящейся к найму дома. С небольшим затруднением мы отыскали в связке нужный нам ключ и отперли дверь. Мы готовились к чему-то неприятному, потому что в то время, когда мы открывали дверь, сквозь щели крался слабый отвратительный запах, но никто из нас не ожидал той кошмарной вони, которая ударила нам в нос. Никто из нас, кроме меня, не встречал раньше графа, а когда его видел я, он либо находился в своих комнатах, но в стадии поста, либо, если был упитан свежей кровью — находился в разрушенном здании на открытом воздухе; здесь же помещение было небольшое и закрытое, кроме того, в нем десятки лет никто не жил, из-за чего воздух сделался затхлым и зловонным; в нем носился землистый запах каких-то гниющих миазмов, вызывавший тошноту.
           При обычных условиях такое зловоние заставило бы нас бросить это предприятие; но данный случай был не из обыкновенных, а высокая и ужасная цель, к которой мы стремились, вливала в нас силу, бывшую сильнее просто физических неприятностей. После невольного содрогания, охватившего нас при первом приступе омерзения, мы все как один принялись за работу, словно это отвратительное место было садом, наполненным розами.
           Мы произвели подробный осмотр местности, перед началом которого профессор сказал:
           — Нам предстоит, во-первых, проверить, сколько осталось ящиков; затем мы должны исследовать каждую дыру, каждую щель, каждый угол, и посмотреть, не можем ли мы найти какого-нибудь ключа к тому, что произошло с остальными ящиками.
           Достаточно было одного взгляда, чтобы узнать сколько их осталось, потому что ящики с землей были громадного размера и не могли остаться незамеченными.
           Из пятидесяти осталось всего двадцать девять!
           Я испытал мгновение ужаса, ибо, заметив, что лорд Годалминг внезапно повернулся и посмотрел вдоль темнеющего прохода, я также взглянул туда — и на минуту у меня замерло сердце. Мне показалось, что я вижу силуэт графа, вырисовывающийся в тени; я отчетливо увидел лукавое, мертвенно-бледное лицо его, часть горбатого носа, красные глаза, красные губы.

    Спасибо за внимание, я кончил.

    Читать полностью
  • allbinka
    allbinka
    Оценка:
    104

    Ох, это настолько мое, что просто не нахожу слов, чтобы описать свое состояние по прочтению этой книги. Очень жалею, что не было возможности записывать свои мысли по ходу чтения, в поезде на верхней полке как-то не до писанины, знаете-ли х) А мысли были, и было их много. Порой закрывала глаза, откладывала книгу в сторону и думала-мечтала-представляла... Насколько же это эмоциональное произведение. Животный страх, паника. Нежная любовь. Отчаянный гнев. Игры разума.

    Сперва было трудно привыкнуть к языку повествования, а потом, как обычно это бывает, начинаешь им наслаждаться. А какая тут пунктуация... Мммм))

    А какие тут герои! Знаете, это находка для любителей положительных, воспитанных, эмоциональных персонажей. Нет, конечно, как вариант тут есть Дракула. Он, относительно, один. Но зато какой колоритный! Ух!

    Любимым персонажем стала Мина. Это имя ничего не скажет тому, кто не читал книгу, но для знающих людей вопросов не возникнет. Как говорил Ван Хельсинг, это девушка с мужским складом ума, при этом очень женственная. Неудивительно, что все души в ней не чаяли. Такая чУдная и чуднАя.

    Помимо увлекательности, это страшный роман. В прямом смысле этого слова. Порой становилось очень жутко... Угнетающая атмосфера. Полная безысходность. Действия наобум. Ё-моё, это прекрасно)

    Кроме самого "Дракулы", в моем экземпляре книги есть дополнительные материалы. Это биография Стокера, разборы произведения известными филологами, история прототипа Дракулы и т.п. На закуску это было очень даже интересно! И вот что я вам скажу, у Стокера была нелегкая жизнь, а реальный Дракула мало чем отличался от выдуманного...

    Пользуясь случаем, еще раз поблагодарю Анечку friscote , которая подарила мне эту книгу в рамках Книжного сюрприза!

    Читать полностью
  • vettra
    vettra
    Оценка:
    87

    Вампир, который не умрет никогда

    Одна из лучших прочитанных мною книг о вампирах. На мой взгляд, Брэма Стокера так ни кто и не смог переплюнуть. Это классическое произведение было впервые опубликовано в 1897 году и с тех пор пользуется неизменным успехом и постоянно переиздается. У автора «Графа Дракулы» - замысел повести возник после одного ночного кошмара. Стокер изучал в Британском музее средневековые легенды о вампирах, бытовавшие по всей Европе. И местом действия своей истории выбрал Трансильванию (ныне область на северо-западе Румынии). Повесть во многом основа на реальных событиях из жизни господаря Валахии Влада Цепеша (ХV в.), который и послужил прототипом главного героя Графа Дракулы.

    Книга ну очень интересная и динамичная. Действительно захватывает и не отпускает. Страницы романа просто пропитаны духом эпохи, страхом и мистикой. Готическая атмосфера осязаема. Так и веет холодком при каждом появлении графа в повествовании. Главное преимущество повести для меня в том, что Стокер изобразил своего вампира именно таким, какой он и должен быть без всякой псевдоромантики и «розовых соплей». Грубый, безжалостный, бескомпромиссный. Сюжет оживлен дневниковыми записями героев и румынским фольклором, что еще более усиливает и без того гнетущую атмосферу. В романе так же присутствует вторая сюжетная линия - трагическая любовная история.

    Вряд ли, найдется человек, который не слышал об этой книге или не знает о ком она. Но если Вы действительно еще не читали, обязательно прочтите этот роман – путешествие о героической группке людей совместно борющихся против исконного слуги зла.
    Этот роман воистину заслуживает того, чтобы быть прочитанным.

    Кадр из фильма "Дракула", 1958 г.

    Читать полностью
  • old_bat
    old_bat
    Оценка:
    78

    Хорошо-то как написано! Таким языком, что моя оценка просто скакала от гадкой единицы (чтозабредэтотязык!!!) до «великолепно»! А, на самом деле, все намного грустнее. Ведь у этой истории вполне возможен и реальный характер, ведь явление вампиризма часто бывает следствием заболеваний крови. Это редкое заболевание носит имя порфирия. Болезнь нарушает воспроизводство некоторых белков гемоглобина, а его небелковая часть становится токсичной. Эти токсины начинают разъедать подкожные ткани больного человека.

    Вот как выглядят эти больные:
    • отложение порфирина на зубах, от которого они приобретают красно-коричневый оттенок;
    • повышенная активность в темное время суток;
    • светобоязнь;
    • в результате изменения формулы крови страдает эндокринная система. А это влечёт за собой изменение внешности больного. Например, его кожа приобретает бледный оттенок, волосы могут иметь сходство с шерстью животных, ногти становятся необычного цвета и структуры.

    Ну чем не граф Дракула! Тем более, что он родом из Трансильвании, а большое распространение порфирия получила именно здесь, потому что часто заключались браки между родственниками.

    Вот такие грустные размышления после этой книги. Хотя нет, еще не совсем грустные. Ведь больные порфирией еще и не могли употреблять в пищу чеснок, вследствие содержащегося в нём сульфоновой кислоты, которая усиливает повреждения подкожных тканей. Как же жаль мне их всех после такого. Да еще и жизнь вечная впереди!

    Хотя, все мы вечны... Все мы смертны... Возьму-ка я с собой осиновый кол, когда соберусь умирать. Может быть, близким он пригодится... если слишком большую активность проявлять буду после смерти.

    И, так сказать - заметки на полях книги. Поправьте меня те, кто никогда не испытывал утомления после общения с кем-нибудь особо назойливым или педантичным. Чувствовали ли Вы после общения с этим человеком, что появилась какая-то тревожность, которую тяжело описать словами? Вам надо бы продолжить работу, а сил нет, и Вы напоминаете себе выжатый лимон? Вот тут-то и надо быть очень осторожным! Вот он! Самый настоящий вампир! А сэр Дракула и его присные пусть себе покоятся с миром.

    Читать полностью