Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Голубь над Понтом (сборник)

Голубь над Понтом (сборник)
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
42 уже добавили
Оценка читателей
4.63

Библиотека проекта «История Российского Государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.

Имя Антонина Ладинского хорошо известно старшему поколению книголюбов: его исторические романы издавались миллионными тиражами! Офицер Белой армии, долгие годы он жил в эмиграции, считался одним из лучших поэтов русского Парижа, а его первые опыты в прозе высоко оценил Иван Бунин. Сагу «Голубь над Понтом», начатую во Франции, он закончил уже на Родине. Сегодня его проза – уникальный сплав авантюрно-приключенческого романа, средневековых сказаний и художественных бытописаний Римской Империи, Византии и Киевской Руси – вновь на удивление актуальна и своевременна.

Лучшие рецензии
Fandorin78
Fandorin78
Оценка:
41

Когда можно дать оценку прожитой жизни? Жизни, столь длинной и богатой, что путаешься в воспоминаниях, словно мошка в липких нитях густой паутины, пытаясь вытащить на поверхность то одно событие, то другое, предшествующее. Каково это - подвести черту, встать на тот самый край листа, где только лишь циферка красными чернилами и небольшая точка. Лишь в "последнем пути" можно оказаться у той самой "последней черты".

Когда можно рассказать о всех тех, кто появлялся на этом пути? Пути, столь извилистом и дальнем, что уже и не отличишь наезженную дорогу от болотистой тропки, когда лица врагов сменяются верными друзьями. Каково это - вспомнить всех, кто был рядом, кто лишь дуновением ветерка коснулся на этом последнем пути. Лишь по дороге к той, что была всегда рядом на этом листе бумаги, покрываемом день ото дня летописью времени.

Когда можно подвести итог того, что зовется жизнью? Лишь стоя на пороге смерти можно узреть то количество опыта и мудрости, что останется в корзине памяти потомства после долгой отшлифовки временем, камни и те теряют свою угловатость и грубость после "купания" в речных водах.

Отличная книга. Богатая, насыщенная, плотная. Герой настолько обширен своим внутренним миром, что невольно становится ассоциацией с реальной исторической личностью. Героя настолько мало на страницах, но так много во всей книге, - пусть и звучит коряво - что он оживает с каждой страницей, с каждой главой. Оживает и ведет пространную беседу, некий дневник памяти, сбивчивый, прыгающий, но оставляющий слушателю самому разбираться, что важно, а что можно и прослушать. Эпизоды следуют за эпизодами, лица сменяют лица, время то летит стрелой, пущенной над степью, то замирает водой в чаше. И все это ненавязчиво, гладко, переливчато, приятно. Повествование подобно мозаике, сплошные кусочки, многочисленные фрагменты, которые на первый взгляд разрозненные и несвязанные, но стоит лишь их сложить грань к грани, как выходит полотно - Путь. Долгий. Извилистый. Последний.

Читать полностью
sasha031095
sasha031095
Оценка:
12

Вот уже в который раз убеждаюсь, что не всегда следует бросать чтение если что-то не приглянулось в самом начале.
Взяла я значит, эту замечательную книгу в руки с полной уверенностью, что по прочтении буду полна знаниями о жизни и правлении Владимира Мономаха. Но сначала что-то у нас с ней (книжечкой) не заладилось. Только сейчас я понимаю в чем было дело. Попробую объяснить: дело в том, что этот исторический роман не обычный. Нам всем (и мне в том числе) конечно привычно читать такие романы, когда в них все разложено по полочкам и ведется последовательное повествование, тут все иначе. События "скачут" во времени и по началу это немного раздражает, т.к. не всегда улавливаешь ту ниточку, которая связывает это все и удивляешься когда главное место занимает не Владимир, а другие герои, хотя книга, собственно, о нём. Но потом открывается истина. А истина в том, что ближе к середине я поняла, что автор просто молодец! В этих самых "скачках" и есть вся прелесть. Всё настолько искусно построено, настолько правильно, что в конце концов складывается полная картина, и испытываешь огромное удовольствие. Бесспорно это колоссальный труд, за которое огромное спасибо автору!

"Всего Адам прожил девятьсот тридцать лет и умер." (Бытие 5:5)

930 лет! Вы знали? Как же ничтожна теперь наша жизнь...
Жизнь же Владимира Мономаха складывается перед нами из лоскутков подобно одеялу. И жизнь эта получается необычайно яркая, пёстрая. Рассудительный и справедливый по своей натуре, князь во время поездки вспоминает былые годы, случаи, произошедшие с ним в далеком прошлом, свою горячо любимую жену, приехавшую с далекого острова, не забывает и детей, при этом детьми он также очень любим, собственно, как и народом. Но, конечно, никто из нас не вечен и, нетрудно догадаться о финале этого произведения.
Но ценность и красота романа не в том, как Владимир пройдёт свой последний путь, а в жизни, во всем том, что он после себя оставил, а оставил он немало. И мы ни в коем случае не должны забывать этого человека, ибо, на мой взгляд, он достоин уважения.

Читать полностью
Rignach
Rignach
Оценка:
11

Когда я беру в руки исторический роман, то хочу увидеть авторский взгляд на выбранную историческую личность и происходящие тогда события, опирающийся на дошедшие до нас сведения. При этом хочется погрузиться в описываемую эпоху, а не просто читать выдержки из летописей и манускриптов. И в случае с книгой "Анна Ярославна - королева Франции" мне повезло!

С первых страниц романа чувствуется кропотливая работа Антонина Петровича с историческими документами, желание автора как можно полнее донести до нас дух той эпохи. Возможно выбранная Ладинским в начале романа форма подачи сведений через сменяющие друг друга воспоминания Ярослава, его жены и дочери Анны, может несколько запутать и утомить сегодняшнего читателя, привыкшего к современным незатейливым развлекательным книгам. Тогда такому читателю следует настроиться на неспешное вдумчивое чтение, в противном случае он рискует пропустить знакомство с одним из интереснейших исторических романов.

Единственное сомнение, закравшееся мне в душу при прочтении, было связано с именем норманнского ярла Филиппа. Мне, читавшей прекраснейшие исторические рассказы и романы Марии Семёновой, было удивительно встретить такое имя среди скандинавов. Но чувствуя бережную работу Антонина Ладинского с источниками при написании "Анны Ярославны", а также читая многочисленные сноски в тексте, я не могла допустить мысли, что ярл Филипп появился по недосмотру или случайно. В поисках разгадки я нашла в интернете пояснительную статью автора "Анна Ярославна и ее мир" (к сожалению, её нет в моём печатном издании), где узнала о том, на каких дошедших до нас сведениях строился роман:

То, что нам достоверно известно об Анне Ярославне, можно уместить на одной книжной странице, и каждое событие в ее биографии вызывает недоуменный вопрос. Все в ее жизни – сомнение, зияние, загадка. Но мир, в котором Анна жила, дышала, радовалась и печалилась, наполнен вполне реальными историческими образами. Этот мир, с его королями, епископами, аббатствами, синагогами, мытными уставами, звериными ловами, прейскурантами товаров, замками, бревенчатыми городами и ландышами по обеим сторонам лесной дороги в Санлис – реален, как хорошо обжитый историей, обкуренный дымом деревенский дом, полный забот и женских голосов. От этого мира остались хроники, романские порталы и хрупкие чашечки цветов, и листья дуба, и бабочки, такие же, как и тысячу лет тому назад…

Имея лишь крупицы достоверных сведений о жизни французской королевы, стоило ли браться за исторический роман? - спросите вы. Думаю, всё зависит от того, как подходить к решению поставленной задачи. Антонин Ладинский не стал пускаться в излишние фантазии о неизвестных нам периодах жизни Анны, но постарался разгадать загадки её жизни, опираясь на сведения, полученные из документов описываемой эпохи. Кроме того, погрузившись в окружающий младшую Ярославну мир, автор попытался понять, о чём девушка могла думать, что чувствовать, к чему стремиться. По-моему, это наиболее верный подход.

Но вернёмся к молодому ярлу Филиппу, которому в романе отведена роль первой несбывшейся любви Анны:

Но вот загадки в жизни Анны. Одна из них – имя ее сына. До дней Анны такое имя в святцах французских королей не встречается, так как имена обычно передавались новорожденным по наследству от предков. Некоторые предполагают, что королева назвала своего сына в честь Филиппа Македонского, считавшегося родоначальником Македонской династии. Но Ярослав был сыном Рогнеды, а не греческой царевны, и в жилах Анны не текла греческая кровь, и было бы странно, если бы об этом не знали при французском дворе, где уже входили в моду гербы и генеалогии. И почему бы тогда Анне было не назвать своего сына Александром в честь героя, о блистательных подвигах которого знал каждый школьник и каждый читатель романа под названием «Александрия». Соображение, что Филипп был назван во имя апостола Филиппа, просветителя Фригии, расположенной не так далеко от русских пределов, притянуто за волосы.

Но здесь бросается в глаза одно странное обстоятельство. В скандинавских сагах, то есть в том мире, в котором жила Анна в молодости, часто встречается имя Филипп, как, например, в «Саге о Магнусе Добром». Дочь Елизаветы Ярославны тоже вышла замуж за Филиппа, короля свевов. Это имя должны были часто носить и люди, с которыми Анна проводила время на пирах, сидела рядом за столом и даже пила из одной чаши вино, по древнему скандинавскому обычаю, с которым гневно боролась церковь. Не воспоминание ли об одном из людей, которые носили это имя, заставило Анну назвать своего сына Филиппом?

Имя-то греческое, но ведь христианство к тому времени успело прийти и в скандинавские страны, чему писатель нашёл подтверждение в сагах. Конечно, ярл Филипп, как первая любовь Анны Ярославны - домысел автора, но домысел имеющий под собой основание.

Вслед за Ладинским погружаясь в глубь веков, мы узнаём о быте и нравах, царящих на Руси и в Европе. Станем свидетелями жестоких и невероятных по теперешним временам событий, когда крестьян, словно скот, делят по завещанию, отрывая грудных младенцев от матерей, или когда в голодные годы во Франции торгуют пирогами с человеческим мясом. Поближе познакомимся со служителями христианской церкви, и вместе с Анной переживём церковный раскол. Увидим похищение вдовствующей королевы графом Раулем де Валуа глазами Антонина Петровича. И завершим прочтение романа вместе с покидающий бренный мир беспокойной Анной.

Читать полностью
Лучшая цитата
Но во мраке земной ночи меня вел свет неразделенной любви. Она спасла меня от ничтожных устремлений, от чревоугодия и грубого смеха. Какая польза была мне в богатстве, если то, к чему я стремился, нельзя было приобрести и за все богатства мира? Небесная голубка не захотела променять небеса на курятник.
В мои цитаты Удалить из цитат