0,0
0 читателей оценили
29 печ. страниц
2017 год

Антология рифм
Анна Гордеева

© Анна Гордеева, 2017

ISBN 978-5-4490-0381-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В моей голове

 
В моём воспалённом сознании Квинт Гораций
Читает мне Оды и пишет с наклоном вправо.
И, кутаясь в кофту, когда за окном плюс
двадцать,
Плюётся мохито и кличет его отравой.
 
 
В моих сумасшедших фантазиях Пенелопа
Для каждого встречного хлопком постели
стелит.
Пожар её тела, волос смолянистых копоть
Марают страницы Гомеровской Одиссеи.
 
 
В безудержном воображении, как по нотам,
Хор Ангелов в мир проливается Песней песен.
И каждый признаньем в любви надрывает
глотку,
И каждый в признаньи своём бесконечно
честен.
 
 
В моей виртуальной реальности трезвый
Мастер
Несёт Маргарите в подарок цветы и платье.
Она на метле не летает, и ей за счастье
Сидеть у камина, платки вышивая гладью.
 
 
В моей голове необузданный дует ветер,
И валит каноны, и, классиков с ног сбивая,
Летит – не сдержать ни цепями, ни прочной
клетью.
Да я и не буду, пусть образами играет.
 

Фантасмагория

 
Я напишу тебе сказку на три листа.
В ней ты, дражайшая, будешь прекрасной самой,
Мудрой царицей, взошедшей на пьедестал,
С музою исцелованными устами.
 
 
Я пропишу тебя магией странных слов,
Ты поплывёшь по листам, обретая форму.
Лебедем белым взлетая, сорвёшь покров
Неба, и месяц восстанет твоим дозорным.
 
 
Будет парить над крылом, освещая путь,
Шпили фарфоровых замков, хрустальных башен.
Дай мне в чернила перо посильней макнуть —
Рифмою пёстрой весь мир для тебя раскрашу.
 
 
В этой феерии образов и картин
Ты проживёшь для меня миллионы судеб.
Сбудутся дни. И расцвеченный палантин
Снова накроет мой разум. Да, так и будет.
 

Поцелуй на ночь

 
Разговор поздний и душа просто
Покидает тело.
Нет в тебе смысла, нет его в числах,
Видно, наболело.
Разукрась лето розовым цветом
И рассветным алым.
Ранних птиц щебет, урожай щедрый
Сочиняй устало.
Сигарет горечь и вина море
Так привычно с нами.
Шагом рифм быстрым и в мазках кистью
Сохрани на память:
Пеcтрых штор парус, нас – ещё пару,
И прохладу ветра.
Облаков шапки и покой шаткий,
Шепот пышных веток.
 
 
Если будет мало, напиши о самом
Важном, я не против.
Вдохновенье ночи, знаю это точно,
Прошлым не испортить.
 

У каждого своё…

 
У каждого своё: вселенная и боги,
Отчаянье и боль, блаженство и любовь,
Родимые сердца, пройдённые дороги,
Прожитые лета и кавалькада снов.
 
 
У каждого своё: безумие и страхи,
Скелеты страшных тайн и омуты страстей,
Осколки старых чувств и драные рубахи,
Рожденья первый крик и имя на кресте.
 
 
У каждого своё: стихи, иконы, краски,
Убитые надежды, яркие мечты,
Распахнутые души, глиняные маски,
Громады пирамид и ветхие мосты.
 
 
У каждого своё: смирение и норов,
Нечаянный восторг и серая тоска,
Глухая тишина, многоголосье хоров.
И каждому своя ведущая рука.
 

Спи, милая

Посвящается Миле

День суетливый укрылся за горизонтом

И прихватил переделанные дела.

Сумерки чертят на небе ажурный контур,

Ночь вышивает серебряная игла.

Волосы льются на мягкость твоей подушки,

Кожу ласкает душистая простыня.

Скоро реальность рассыплется мелкой стружкой,

В край безграничных фантазий с собой маня.

Звездная пыль на ресницы твои осядет,

И принесёт мириады волшебных снов.

Кто-то, родной и желанный, прижмётся сзади,

Тихо нашепчет тебе про свою любовь.

Мир в колыбели качает твоё сознанье,

Ночь запрягает кометы в далёкий путь,

В дол бесконечных расцветов и увяданий.

Спи, пусть ничто не мешает тебе уснуть.

У тела была душа

 
У тела была душа, но телу хотелось больше:
пить красное, есть с ножа, святое менять
на гроши,
невинную истязать, бросая то в снег, то
в пламя.
А после стихи писать, иль то, что назвать
стихами
желала скупая плоть, не внемля мольбам
просящей.
Слова насыпала в горсть, забытые
в настоящем.
 
 
У тела была душа, но этого было мало.
И тело, опять греша, несчастную предавало.
В пространстве кривых зеркал душа
преломлялась светом,
тянулась её рука, но всё это было тщетно.
Не слышима в сотый раз, не узнана, позабыта…
 
 
Но сколько б огонь ни гас, душа будет слать
молитвы,
вливая себя в уста, взаимности ждать от тела.
 
 
У тела была душа, но больше ему хотелось…
 

История одного

 
Я десятками мерил растраченные года,
Без оглядки из гнёзд надоевших летел грачом.
Я кому-то был как наказание Богом дан.
А другим, и не раз, пригодилось моё плечо.
 
 
На коленях стоял, театрально в любви клянясь.
А сейчас тех имён и не вспомню,
подавно – лиц.
Мне однажды на руки легла козырная масть,
После дом был казённый – мошенников
и убийц
 
 
Альма-матер. А мне что, ведь выбор-то
небольшой.
Но и там просквозило, теперь бесполезный
трёп.
Я к чему всё веду, потрясая сейчас душой,
Мне по жизни не так, чтоб фартит, как совсем
не прёт.
 
 
И сейчас, подобравшись к началу своей зимы,
С перебитым дыханьем и кармой что решето.
Пресловутое Я мне б хотелось сменить на МЫ.
Только снова не та, или, может быть, я не тот.
 
Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
217 000 книг 
и 35 000 аудиокниг
Получить 14 дней бесплатно