Цитаты из книг автора «Анатолий Тосс»

стандарт сам по себе не красив и не интересен. «Например, ни метр, ни килограмм не красивы, поскольку они стандарт. Вот и ты старайся, – посоветовал он ей, – уйти от стандарта, старайся не быть метром или килограммом, стремись быть чем-то неизмеримым».

сохранить абсолютно чистую любовь, как ни странно, возможно только в разлуке. Она и есть тот саркофаг, над содержимым которого не властно время, и

Разлука и есть тот беспристрастный ценитель, которому под силу подняться над обидами, ревностью, желанием доминировать. Она оставляет только единственно важное, на чем и зиждется любовь, – сопричастность.

Скука – самый мощный стимулятор и движитель, и нет ничего сильнее ее. Именно она сформировала человека и ответственна за все лучшее, что произошло с ним, но и за все худшее тоже.

Сравнение это с новорожденным ребенком, у которого тоже ничего нет, вообще ничего, кроме чистоты, искренности, сладкого запаха и будущего. Ведь не исключено, что именно чистота, искренность и отсутствие нажитого, не только материального, но и предосторожностей, опасений, страхов, всего того, что мы называем жизненным опытом, и есть в конечном счете условие для наличия будущего. Не потому ли и я чувствую порой эту подспудную тягу начать все сначала, с нуля, не потому ли, что снова хочу быть чистым и искренним, как ребенок. Что, конечно же, до конца невозможно.

ужасно сложно, особенно с возрастом, найти партнера, когда умеешь контролировать себя и не бросаешься на каждую женщину, а становишься разборчивее, что ли. И не просто найти, а вписаться друг в друга, полностью, чтобы каждый стал частью другого.

, я никогда не понимал, почему в детских сказках счастливый конец всегда связан с женитьбой. То есть когда герой женится на принцессе или, наоборот, она выходит замуж за принца. Мне всегда казалось, что это как раз несчастливый конец. – Я улыбнулась. – Вернее, не так. Это вообще не конец, это только начало сказки, потому что все, что происходило до этого, все эти ведьмы, вурдалаки, злые гномы на кривых ногах, прочая нечисть – это ерунда, семечки по сравнению с тем, что предстоит новобрачным. Именно со свадьбы и надо бы начинать сказку.

Мне нравилось именно такое «согнутое» напряжение, не распрямленное, но и не сломанное, а именно «согнутое».

Он любил каждую из них, пусть недолго, но искренне и пылко. Для него не существовало прошлого опыта, прошлых побед, только эта минута, как в первый раз, без памяти, без ума, страстно и жарко. Именно поэтому, когда он клялся, заверяя и обещая, он не обманывал их, он говорил правду, из самой глубины души. И каждый раз такой подход приводил к успеху как раз потому, что не был подходом, не был расчетом, не был заведомо продуман, а являлся частью артистической, пылкой и по-своему богатой и одаренной натуры. Он был талантлив, Дон Жуан, талантлив в чувстве, в искреннем, безобманном, которому нельзя было не поверить и на которое нельзя было не ответить. Ведь женщины так отзывчивы на чувство, особенно если оно – любовь к ним.

Ты хочешь дожить до того времени, когда я разлюблю тебя, когда ты разлюбишь меня, когда мы станем безразличны друг к другу? Ты хочешь встречаться со мной и ничего не чувствовать, только жалкое равнодушие? Разве это не будет смертью для нас? Ты