Книга или автор
4,7
83 читателя оценили
477 печ. страниц
2018 год
12+
5

Алексей Суконкин
Переводчик

* * *

Если ты настоящий патриот своей родины,

Ты будешь убивать своего врага везде, где только встретишь,

Ибо выживший враг завяжет новую войну

И рано или поздно найдет способ убить тебя и твой народ.

А. В. Суворов

Глава первая

Как гром среди ясного неба из штаба военного округа пришел приказ сформировать на базе госпиталя специализированный медицинский отряд. Размеренная жизнь закончилась, и началась суета, свойственная большим военным сборам.

Срочно паковались все необходимые инструменты и оборудование. В спешном порядке медицинский персонал получал положенные по штату предметы снаряжения и обмундирования. В парке госпитальной базы снимались с хранения автомобили.

Майора медицинской службы Игоря Янина назначили начальником формируемого медицинского отряда. Предполагалось, что в Чечне медицинский отряд будет оказывать специализированную помощь в виде хирургического усиления Моздокского военного госпиталя.

Света, тоже врач-хирург, которая не собиралась никуда ехать, помогала тем, кто вызвался добровольцем в командировку. Игорь с воспаленными от недосыпа глазами, устало, но в тоже время и радостно, в который раз говорил своей жене:

– Хоть на квартиру заработаю. Когда еще такой момент подвернется? Там платить хорошо будут…

– Боюсь я, – говорила Света. – А вдруг тебя убьют?

– Мы же не на самой передовой будем, – весело отмахивался Игорь. – Мы в тылу. В госпиталях… ты же сама слышала, что нам говорят: работать будем строго по своей специальности…

Тревожные вести приносило радио и телевидение. По всему чувствовалось, что новая война с Чечней была не за горами. В Дагестане шли тяжелые, кровопролитные бои. По стране упорно нагнеталась военная истерия, и дома Света иногда уже боялась включать телевизор: то покажут, как высотные многоэтажки взрываются, то, как боевик голову заложнику режет. Складывалось ощущение, что этими телепередачами население страны специально готовили к войне, – чтобы потом можно было ввести войска в Чечню, и все считали бы это нормальным, не как в первую войну…

Бригада специального назначения, дислоцированная рядом с госпиталем, уже воевала в первую войну, и тогда погибло несколько разведчиков. Но то – уже история, и смотришь на неё совсем не так как на предполагаемые события, которые реально могут произойти с тобой. Портреты погибших висели на территории части и воспринимались те портреты так же, как портреты погибших в Афганистане. Духовной связи с теми бойцами Света не чувствовала, тем более что погибших парней знать живыми ей не довелось. И похороны видеть, тоже не довелось.

Но сейчас казалось, что война стучалась в твой дом, и чувствовалась как реальность, хоть и далекая. Все-таки родной человек уезжал на войну.

Командировка планировалась на три месяца, по-другому – на тринадцать недель. Или девяносто суток. Ехать в Чечню предстояло вместе с отдельным отрядом бригады специального назначения.

– Я тебя люблю, – Света прижалась к мужу.

Они лежали в постели, обняв друг друга. Тускло горела бра. Глухо о чем-то говорил телевизор. Какое-то противное чувство разъедало сознание. Растекалось по всему телу неприятным жаром. Так бывает, когда знаешь, что скоро кто-то покинет тебя надолго… и не хотелось думать, что возможно – навсегда…

– Я не хочу, чтобы ты уезжал. Может, откажешься? – Света говорила тихо, зная какой будет ответ мужа.

– Ну, как я откажусь? – отозвался Игорь. – Со мной едут не только наши врачи, но и две женщины – медсёстры, и вдруг я не поеду!? Они поедут, а я – нет? Да меня весь госпиталь засмеёт!

– Ну и пусть засмеёт. Зато будешь живым и здоровым, – резонно, чисто по-женски, заметила Света.

– А как же разведчики из бригады? Как наши мужики? Если они все откажутся ехать, кто тогда будет воевать?

– Пусть воюют другие, кому это нравится…

– Это нравится боевикам. Вот они и воюют. Но ведь должен кто-то задавить их. Задушить эту скверну, пока она не перекинулась на всю Россию.

– Почему обязательно мы? Что, там нет других таких частей, других госпиталей? Ведь мы так далеко от этой Чечни! На другом конце страны!

– Такие есть. Есть и другие. Но мне видится, что воевать должны настоящие солдаты, а не те, что подметают плац и моют в казарме полы, а за всю службу не видят ни разу автомат.

– Наши разведчики видят. И стреляют. Сама видела. И с парашютом прыгают.

– Вот потому разведчики и едут. А мы с ними. Лечить их если что… кто, если не мы?

– Давай спать. Завтра суета опять… – Света потянулась в постели.

Она еще долго лежала и думала о предстоящем расставании. Уснула только под утро…

После построения Света подошла к подполковнику Астапову – начальнику госпиталя.

– Вадим Иванович! – Света на мгновение замешкалась, не зная как правильно построить разговор.

– Слушаю, Светлана Юрьевна.

– Вадим Иванович, вы можете приказать моему мужу не ехать в командировку? – Света поняла, что получилось слишком откровенно, и покраснела.

– Могу, – усмехнулся Астапов.

– Прикажите! – загорелась Света. – Прошу вас…

– Янин! – крикнул громко Астапов, и когда Игорь подошел, сказал ему: – Товарищ майор, я приказываю вам не ехать в Чечню.

Игорь понял, что это исходило от жены, и несколько мгновений глупо смотрел то на подполковника, то на Свету.

Глаза Светы загорелись видимым торжеством.

– Не понял? – наконец отозвался Янин, озадаченно глядя на своего начальника.

– Чего не понятно? – усмехнулся Астапов, – Светлана Юрьевна боится вас, товарищ майор, отпускать. Вот я вам и приказываю остаться здесь.

– А кто тогда поедет? – спросил Игорь Астапова.

– А кто тогда поедет? – спросил Астапов Свету.

– Я не знаю… – растерялась Света.

– Да… – протянул Астапов. – Кто же там вместо нас работать будет?

Света поняла всю неловкость своего положения и опустила глаза. Астапов усмехнулся, и пошел по своим делам. Игорь посмотрел на Свету:

– Ну, зачем ты так?

– Я не хочу, чтобы ты уезжал. Прости, что так получилось.

– Сейчас Астапов будет думать, что это я тебя подговорил.

– Прости.

Света обняла Игоря и уткнулась ему в грудь. Проходящие мимо люди смотрели на них и улыбались.

Весь день прошел в заботах. Только к вечеру, после того, как под завязку загрузили имуществом автоперевязочную, Света почувствовала, что голодна. Дома ничего не было приготовлено, и она предложила Игорю сходить в местную забегаловку, стоявшую возле части и получавшую свой основной доход только в дни получки.

Там уже находилось несколько офицеров бригады спецназа, которые своим кругом пили водку. Света некоторых знала, ведь жили в одной общаге, и поздоровалась. Игорь усадил Свету за столик и подошел к офицерам. Те начали его угощать водкой, но Игорь неуловимым кивком головы указал на Свету, и отказался.

Принесли гарнир, пару салатов и чай.

– Может, выпьем? – Спросил Игорь и указал на пример разведчиков.

– Я устала. Не хочу. – Света начала работать вилкой и ножом. – Выпей, если сильно хочешь…

Разговор за ужином не клеился. Тяжесть предстоящей разлуки давила на нервы, но заговорить так никто и не решился. И так все было предельно ясно.

За соседним столиком командир группы спецназа старший лейтенант Дима Лунин спьяну, что-то рассказывая, махнул рукой и свалился со стула, чем вызвал смех собутыльников. Он поднялся, отряхнулся и, повернувшись к единственной присутствующей в забегаловке даме, извинился. Света кивнула. Пару недель назад Дима, прыгая с парашютом, подвернул ногу и своим ходом еле прихромал в госпиталь. Пока Света накладывала ему тугую повязку, он смешил ее анекдотами, подтверждавшими приклеившееся к нему прозвище «поручик Ржевский». Сейчас он рассказывал своим друзьям какую-то историю, от которой все хохотали.

Но желания послушать его не было.

– Астапов сказал, что отправка перенесена на два дня раньше, – вдруг сказал Игорь.

Это была новость. Света подняла на него глаза.

– Получается, завтра?

– Получается так, – хмуро кивнул Игорь.

– Почему?

– Чтобы не было эксцессов.

– Каких?

– В девяносто пятом году подразделения бригады спецназа долго не могли выехать из части, потому что матери солдат перекрыли дорогу. Сейчас им сообщено, что вылет отряда в конце недели…

– Они приедут сюда к пятнице…

– Да. Когда уже все уедут. И никаких осложнений…

Помолчали.

– Утром? – спросила Света.

– В десять утра построение, смотр, и по машинам на аэродром.

– Я тебя не увижу три месяца. Я ночей спать не буду. Я уже сейчас не нахожу себе места. Прости, что я так обратилась к Астапову.

– Света… – Игорь привлек ее к себе и поцеловал в губы. – Я тебя люблю.

– И я тебя люблю.

Они встали из-за стола и направились к выходу.

Дома уже все было собрано и упаковано в большую спортивную сумку и рюкзак. Зимние вещи были скручены и перевязаны парашютной стропой. Все это было свалено в прихожей и мешало ходить.

– Не унывай, – Игорь подмигнул Свете. – Всё, что не делается – всё к лучшему.

– Если бы… – грустно усмехнулась Света. – Я не хочу, что бы ты ехал в эту чертову Чечню!

Света сказала это раздельно, буквально по слогам. Сказала и почувствовала, как по щеке покатилась слеза.

Игорь вытер жене слезы, и хотел сказать что-нибудь ободряющее, но не нашелся и вместе со Светой сел на кровать.

– Я буду ждать тебя, – всхлипнула Света. – Я каждый день буду смотреть в окно на ворота части. Я… я люблю тебя, милый.

– Да не переживай ты так! Все будет хорошо. Ты меня слышишь? Все будет хорошо!

– Какое там! – отмахнулась Света. – Оттуда все возвращаются повернутыми… ты и сам это знаешь…

– Я же тебе сказал, что буду сидеть в госпитале, мне в атаки ходить не надо… и прекрати реветь! Ты что, маленькая совсем?

– Да, я маленькая. Я не хочу отпускать тебя…

– Прекрати. Слышишь, Света, прекрати! Ты у меня сейчас слезу выдавишь. И так тяжело на душе. Прекрати, я сказал! Будь сильной женщиной!

– Я не хочу быть сильной! Я хочу быть с тобой.

Игорь поцеловал жену в губы и почувствовал, как сам сейчас разрыдается от осознания предстоящей разлуки и возможных трагических перемен. Наивность любимой иногда его поражала. Но Света была любящей женщиной и очень сильно переживала за своего мужа. Она всеми возможными способами выражала свою любовь и нежелание отпускать мужа туда, где его запросто могли убить.

– Прости меня, Света.

– За что?

– Так, прости за все. Может, обидел когда…

– Ты так не говори! Слышишь? Ты не говори так, как будто умирать собрался. Я не хочу слышать от тебя такие речи! Ты вернешься живым и здоровым! Понял?

– Слушаюсь! – Игорь усмехнулся.

– Ты не смейся! Нашел время смеяться! Лучше подумай, как я тебя здесь ждать буду! Да я изведусь на нервы вся!!!

– Ну не переживай. Все будет хорошо! Ты меня слышишь? Все будет хорошо!

Игорь это уже говорил Свете весь вечер, но повторял снова и снова. А она делала вид, что не слышала это раньше и кивала, пытаясь поверить в это.

Утром началась отправка. Тяжело груженые «Уралы» стройным маршем двинулись на аэродром военно-транспортной авиации. Жёны, дети и близкие провожали убывающих только до ворот гарнизонного городка. «Прощание славянки», слезы, просьбы вернуться живыми и зычные голоса командиров. Суета длилась не долго. Света прижалась к мужу и плакала.

– Да не реви ты! – говорил Игорь, хотя и сам чувствовал, что вот-вот и сам расплачется от вида рыдающей жены.

Света вытирала слезы, но они снова и снова лились из красных, не выспавшихся глаз.

Колонна ушла, оставляя после себя только тишину, дорожную пыль и выхлоп двигателей.

Света повернулась и пошла в госпиталь.

Пустое хирургическое отделение встретило Свету неприветливо и хмуро. Не хватало самого главного, что всегда радовало Свету: любимого Игоря…

*****

После обеда в госпиталь пришел Дима Лунин. Он поздоровался со Светой и указал на свою ногу:

– Сегодня опять подвернул, вот теперь наступать больно.

– А я думала, что ты уехал, – сказала Света.

Она разбинтовала ногу и покачала головой. Лунин не жалел ни себя, ни свою ногу.

– Меня оставили на месяц. Через месяц еще один самолет полетит на Кавказ. Повезет то, что там нужно будет из того, чего не взяли.

– Я тогда Игорю своему что-нибудь передам. Отвезешь?

Дима кивнул.

– Ну и ладненько.

– А ногу тебе надо беречь.

– Согласен. Только как ее беречь, если у меня служба такая…

В это время в кабинет врача, прихрамывая, вошел среднего роста, щуплый молодой лейтенант в новенькой форме. Смущенно улыбнувшись, он спросил:

– А кто может мне оказать медицинскую помощь?

– А ты кто такой? – повернулся к нему Лунин. – Чего-то я тебя не знаю.

– Лейтенант Нартов. С сегодняшнего дня я зачислен в бригаду переводчиком, – представился молодой.

– Что у вас? – спросила Света, выглянув из-за спины Лунина. – Показывайте!

– Я ногу, кажется, растянул. Ходить, вот, больно, – Олег присел на край кушетки и принялся снимать ботинок. – Искал в части медпункт, но мне сказали, что сейчас он временно не работает, по причине отбытия его начальника в Чечню…

Света осмотрела опухшую ногу и покачала головой.

– Вы все с цепи сорвались, что ли?

Лейтенант шутки не понял, а Дима улыбнулся. Лунин протянул руку и представился:

– Дмитрий.

Нартов сделал ответный жест:

– Олег.

Света наложила тугую повязку и строго-настрого приказала не давать на ногу больших нагрузок.

– Здесь врачи умеют только повязки накладывать! – подмигнул Дима и рассмеялся.

– Могу еще зеленкой намазать, – парировала Света. – Язык. Тогда хоть молчать будешь…

Когда Лунин и Нартов вышли из госпиталя и направились в свою часть, Дима спросил Олега:

– Что закончил?

– МГИМО. Востоковедение.

– Ого! Да ты будущий дипломат!

– Не исключено, – усмехнулся Олег.

– Какой язык изучал?

– Арабский и английский.

– Сложно?

– При желании можно выучить все, что угодно.

– Где устроился?

– Пока еще нигде.

– Значит, в общагу устроят. Вечером будем обмывать новоселье.

– Ну, вещи в общагу я уже отнес.

– Значит, туда и устроили. Как бригада тебе?

– Пока не знаю. Еще не освоился. Но ногу уже успел свернуть. На крыльце штаба поскользнулся…

– Бывает, – протянул Дима и махнул рукой: – До встречи! Если что, спрашивай старшего лейтенанта Лунина. Это я.

Нартов вошел в штаб, где его направили к заместителю командира отдельного отряда майору Сереброву для представления. Майор сидел в своем кабинете и раскладывал по коробкам топографические карты. Олег застыл на пороге и громко представился:

– Лейтенант Нартов. Прибыл для прохождения службы. Назначен старшим переводчиком отряда.

– Звать как? – спросил Серебров, снимая со стола стопку карт.

– Олег.

– Помоги мне, Олег.

– Конечно.

Олег с готовностью подошел к столу и вместе с майором начал укладывать карты в коробки. Это были карты Чечни. Серебров уловил удивленный взгляд Олега и сказал:

– Через три-четыре недели поедем в Чечню, заберем с собой эти карты. Они хоть и старые, но все равно пригодятся… какой, говоришь, язык изучал?

Олег ему еще не говорил про изученные языки, но ответил:

– Арабский как базовый, и английский дополнительно.

– Самое то! В Чечню не побоишься ехать?

– Нет, – Олег пожал плечами. Он не знал, боится он туда ехать, или нет. Просто еще не думал об этом. Не довелось.

– Где устроился?

– В общежитии.

– Вопросы или проблемы есть?

– Пока нет.

– Тогда я прикреплю тебя к опытному офицеру, который будет вводить тебя в курс дела. Кому же тебя отдать? Майор закатил к потолку глаза: – Знаю. Отдам тебя Лунину. По моему мнению – лучший офицер в бригаде, даром, что пьет очень много и всегда с начальством не в ладах. Но мужик отличный. Он все тебе расскажет и покажет.

– Я его уже знаю, – сказал Олег. – Только что шел с ним по дороге из госпиталя.

– Если уже знаешь, это еще лучше. А в госпитале что делал?

– Ногу подвернул на крыльце штаба. Пришлось возвращаться.

– Плохая примета. В приметы веришь?

– Нет.

– Ну и нормально.

Серебров вызвал посыльного по штабу и приказал ему немедленно найти Лунина. Вскоре Лунин явился в штаб.

– Вводи лейтенанта в курс дела! – коротко сказал Серебров. – Через неделю он уже должен знать, куда попал служить, и что его ждет в Чечне. Ясно?

– Ясно, сделаем, – пожал плечами Дима, и кивнул Олегу: – Пошли.

Они вышли из здания штаба, и Лунин прямиком пошел к КПП части. Олег еле поспевал за ним.

– Деньги есть? – на ходу спросил Дима.

– Есть немного, – отозвался Олег.

Они прошли КПП, и зашли в забегаловку.

– Бери пару пузырей и пошли знакомиться. Разрешаю взять закуску.

Через десять минут они уже сидели у Олега в комнате общежития. Олег достал из пакета пару пластиковых стаканчиков, кусок копченой колбасы и водку. Открыл одну бутылку и разлил по полстаканчика. Дима недовольно покачал головой, но ничего не сказал.

– За что пьем? – спросил Олег, поднимая свой стакан.

– За знакомство, – усмехнулся Дима.

Выпили залпом и накинулись на колбасу. Олег почувствовал, как водка горячим комом разливается по его внутренностям и как кровь начинает бить в голову мощными толчками. За всю свою двадцатидвухлетнюю жизнь Олег пил водку всего раз десять, и то понемногу. Здесь попойка намечалась для него не слабая, а потому он решил больше закусывать.

– Я сейчас.

Олег встал и, открыв шкаф, достал оттуда пару упаковок корейской лапши «Доширак». Потом Олег включил чайник и когда обернулся, водка уже была разлита заново. На этот раз стаканчики были уже полные.

– Нечего мелочиться! – авторитетно пояснил Дима.

Олег вдруг подумал, что Лунин под предлогом знакомства, просто решил напиться. Недаром Серебров сказал, что Лунин много пьет.

Когда выпили и это, Олег спросил:

– Ты в бригаде давно служишь?

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
261 000 книг
и 51 000 аудиокниг
5