skyeng2018

Рецензии и отзывы на Гиперболоид инженера Гарина

Читайте в приложениях:
463 уже добавили
Оценка читателей
4.38
Написать рецензию
  • serovad
    serovad
    Оценка:
    155

    Некоторые человеческие черты инженера Гарина не могут не вызвать восхищения. Он умен, настойчив, уверен в себе, не боится трудностей, безумно энергичен, стоек.

    Эх, такую бы энергию, да на пользу Родине!

    Лучше всего о нем сказал Хлынов, персонаж романа:

    — Очень, очень способный человек. — Необыкновенный человек. Но — вне науки. Честолюбец. Совершенно изолированная личность. Авантюрист. Циник. Задатки гения. Непомерный темперамент. Человек с чудовищной фантазией. Но его удивительный ум всегда возбуждён низкими желаниями. Он достигнет многого и кончит чем-нибудь вроде беспробудного пьянства либо попытается «ужаснуть человечество»…

    И в то же время, чем все закончилось? Победив, Гарин стал... обычным диктатором, этаким гибридом президента и императора, злого гения и гения науки. К этому ли он стремился?

    Итак, перед нами очередная трактовка сочетания зла и гениальности в одном человеке с идеологическим уклоном (ну, куда ж без него!). Ура, товарищи, социализм обязательно зашагает по планете, и все прогрессивное человечество встанет под красные знамё... Тьфу! Это самое слабое место в книге. Но когда я прочитал с нереализованными планами Алексея Толстого по развитию дальнейших действий инженера Гарина и других персонажей, я чуть с ума не сошел. К всеевропейской и едва ли не мировой революции должны были прийти герои книги. Бр-р-р, по-моему это крайне несовместимые вещи - научная фантастика и политическая идеология. В общем, хорошо, что остальные замыслы так и остались нереализованными. иначе читать продолжение "Гиперболоида..." в наше время было бы по меньшей мере смешно.

    Роман во многом консервативен, как консервативна идеология тридцатых. Многие действия в книге происходят в Париже, но из всех описаний город получается скучноватым, а каждая вторая женщина в нем видится продажной. В США всем и вся правит доллар, так кругом миллиардеры, олигархи, бесчеловечная эксплуатация рабочего класса и амбиции планетарного хозяйствования (впрочем, последнее как раз и сбылось).

    Совершенно при этом не видится Советская Россия. Вот парадокс - главный персонаж является русским, от его авантюрных проделок дрожит и прогибается весь капиталистический мир, идет погоня за его гиперболоидом, но нигде ни слова не сказано. как на все происходящее реагирует правительство Советской России. Или оно не реагирует? Ему пофигу, или это позиция стороннуго наблюдателя - мол, мы посмотрим. чем чужая драка закончится, а потом решим, вступаться в нее или не стоит.

    Повествование волнообразное. Качаемся туда-сюда. То рассказ медленный, какой-то вылый, то быстрый, едва ли не быстрее самого действия.

    Некоторые персонажи прописаны слабо. Например Шельга, сотрудник уголовного розыска, который вдруг становится большевистским вождем. Ой ли, по Сеньке ли шапка?

    Непростая книга, прямо надо сказать. По моему, Алексей Толстой немного не за свой жанр принялся.

    Читать полностью
  • red_star
    red_star
    Оценка:
    49

    Жил-был старый порядок. При нем все было чинно-благородно, место людей в жизни более-менее определено, лишь шаг влево или вправо от естественно заведенного хода жизни. Богатых это устраивало, бедных никто не спрашивал. А потом этот старый мир на глазах его жителей скончался в вихре Первой мировой и последовавших войн и революций. Связь времен распалась. Все стало возможно - одни вознеслись, другие исчезли в социальной пропасти.

    “Гиперболоид…” (первая редакция - 1927 год) проникнут этим чувством новой нестабильной реальности. Сам Гарин - самое последовательное воплощение свежих стандартов. Беспринципный делец с воображением подчиняет себе весь мир, где там Муссолини и другим мелким европейским жуликам.

    Особая прелесть книги - в ее неповторимых деталях. Алексей Николаевич явно любил Петербург, первая часть книги - почти ода бывшей столице, заброшенной, с заколоченными дачами на Крестовском острове, но все еще живой. Кстати, Гарин бежит из Советской России в Финляндию на яхте. А знаете почему так легко? Так ведь граница-то была до Зимней войны прямо за Ленинградом, совсем не там, где к ней привыкли нынешние любители беговых лыж и прочего зимнего отдыха на Карельском перешейке.

    Действие происходит где-то в 20-е, но Польша еще явный враг, Балаховича еще помнят, а наймиты Роллинга и Гарина - белые, так сказать, недобитки, Гражданская совсем рядом. Но из Ленинграда можно на рейсовом пассажирском самолете полететь в Париж с промежуточной посадкой в Берлине (сразу вспомнился роман Грэма Грина Меня создала Англия , в котором Ленинград также был среди европейских аэропортов уже в начале 30-х).

    Роман Толстого откровенно гротескный, с общей интригой в духе киносериала о Бонде. И с такой же мерой серьезности, т.е. почти без нее. Мировой диктатор - мелкий сластолюбец, остальные герои кто правильный дуболом, кто карикатурный капиталист.

    Любопытно, что такие авантюрные фантастические романы в конце 20-х посыпались как из рога изобилия. Продавец воздуха (1929) Беляева похож попыткой подчинить мир захватом так сказать естественной монополии, но не на золото, а на сам кислород. А классик Конан Дойл в 1928 выпустил Когда Земля вскрикнула , напоминающую “Гиперболоид…” попыткой проникнуть в глубочайшие недра планеты. Дух времени, не иначе.

    Читать полностью
  • Lihodey
    Lihodey
    Оценка:
    29

    Наверное, немалое количество людей исподволь мечтает о захвате мирового господства и установлении нового порядка, сообразно своим представлениям о личном счастье и счастье для всех даром. Для абсолютного большинства эти мечтания останутся на уровне погружающих в дрему размышлений в фазе перехода в ночной сон. А что будет, если есть идея, способная сокрушить устоявшееся в мире положение дел, и если есть возможности для воплощения этой самой идеи в жизнь? Алексей Толстой в своем романе "Гиперболоид инженера Гарина" предлагает читателю рассмотреть именно такой вариант развития событий.

    Русский инженер Петр Гарин - человек, очень вовремя ухвативший суть ветра перемен, задувшего в Советской России в 1920-х годах. Он, используя разработки своего учителя, создает своеобразный прототип лазера - гиперболоид. Этот аппарат, фокусируя инфракрасное излучение через специальные линзы, способен выдавать сверхмощный тепловой луч, для которого не существует преград. Также, Гарин владеет информацией о нахождении под земной корой оливинового пояса - слоя, в котором в расплавленном состоянии в избытке находятся редкоземельные металлы, в том числе золото, до которого он рассчитывает добраться с помощью гиперболоида. Гарин не столько талантливый инженер, сколько удачливый проходимец и хваткий делец. Ему удается обвести вокруг пальца бандитов, охотящихся за его изобретением, сбить со следа представителя органов государственной безопасности СССР, а также добиться от крупного бизнесмена финансирования своих разработок. Нельзя сказать, что Гарин выезжает на одной удаче - его беспринципность, упертость, вера в себя и отсутствие всяких моральных норм не мало способствуют достижению успеха.

    Гарину удается осуществить свой глобальный замысел. Он находит огромные залежи халявного золота, которое тут же практически задаром отправляется на мировые финансовые рынки. Происходит обвал существующей экономической системы, и Гарин, вступив в мировой заговор с тремястами богачей, приходит к диктаторской власти в США. Но... оказавшийся у него в плену ГБ-шник поднимает восстание рабочего класса, сначала на месте добычи золота, а позднее по всему США. Революционерам удается захватить гиперболоид, и это оказывается решающим победным фактором в борьбе... Вне всяких сомнений, развязка является несколько "смазанной" частью этой великолепной книги. Сложилось такое ощущение, что финал написан впопыхах, некоторым образом в угоду идеологии.

    Немного опасался, что впечатления от книги окажутся на том уровне, когда говорят: "Перерос, надо было читать лет 20 назад". Но ничего подобного. Выдержан идеальный баланс между яркой описательной частью, динамичным действием и детально проработанной научно фантастической составляющей книги. Немного плоско выглядят второстепенные персонажи, но главный герой очень даже живой и понравился своей самобытностью. В целом очень достойная книга, которую с удовольствием можно будет перечитать через некоторое время.

    Читать полностью
  • vicious_virtue
    vicious_virtue
    Оценка:
    28

    И что возвести, блин, на этом камне? До последнего момента не было ясно, как к ”Гиперболоиду» отнестись. Если "Аэлиту" можно еще было проглотить за раз, то с этим творением пришлось мало того что жевать и жевать, так потом и переваривать. После каждой главы менялось восприятие, как в диафильмах, переходили из одной в другую картинки советского шпионского детектива, развратно-эмигрантской социальной драмы в Париже, истории выживания на Дальнем Востоке, (анти)утопии на Золотом острове, в конце концов. А, и фантастики. Забыла. Довольно ровно при этом выходило, что составные части нравились через раз.

    Уже на первой трети книги событий и героев стало слишком много, чтобы повествование сохраняло цельность. С этим недостатком пришлось смириться, потому что немалая часть героев отыгрывала свою роль и торопливо покидала сцену. Вот например Вольф и Хлынов не в Германии поисками заняты, а появились перед публикой, только чтобы донести вот это:

    Хлынов первый обратил внимание на странный клубочек света высоко в небе.
    – А вот еще один, – сказал он тихо. Они остановились на половине дороги над обрывом и глядели, подняв головы. Пониже первого, над очертаниями деревьев, возник второй огненный клубок и, роняя искры, как догоревшая ракета, стал падать...
    – Это горят птицы, – прошептал Вольф, – смотрите.
    Над лесом на светлой полосе неба летел торопливо, неровным полетом, должно быть, козодой, кричавший давеча: «Сплю-сплю». Он вспыхнул, перевертываясь, и упал.

    Зоя, ни разу не симпатичный персонаж, интересна только в двух аспектах: как объект непонятной вообще любви капитана Янсена и как дурища-богиня с проектами мраморных лестниц, уходящих в небо. Рука не отрывается от лица.

    На месте она остается и при появлении подобия спасителя человечества, сотрудника угрозыска Шельги. Он выглядит в меру приятным персонажем, пока не заводит с Гариным диалог о дегустаторе моральных марок.

    -- Нет! -- крикнул Гарин. -- Нет, не думал. Вы все еще никак не можете выкарабкаться из-под обломков морали... Ах, Шельга, Шельга... Что это за полочки: на этой полочке -- хорошее, на этой -- плохое... Я понимаю, дегустатор: пробует, плюет, жует корочку, -- это, говорит, вино хорошее, это плохое. Но ведь руководится он вкусом, пупырышками на языке. Это реальность.
    А где ваш дегустатор моральных марок? Какими пупырышками он это пробует?
    -- Все, что ведет к установлению на земле советской власти, -- хорошо, -- проговорил Шельга, -- все, что мешает, -- плохо.

    Финиш. Нет, финиш. Что Гарин придурок, что Шельга, обжерминаливший гиперболоидные шахты. У Гарина, все же большую роль играющего в книге, и идиотизма больше — диктатор и властитель мира из него никудышный. Какую-либо зловещесть он приобретает только при словах «концентрационные лагери», все остальное время его с Зоенькой планы по построению дивного нового мира смахивают на кислотные трипы. А ведь неглупые, казалось бы, люди, предприимчивые. Неподалеку от Золотого острова же их стало накрывать, тогда Гарин промямлил что-то про патрициев. Хорошо, что этих заигравшихся в богов идиотов выкинуло на остров адамом и евкой.

    Не харизматичен Гарин, ну не харизматичен и не evil overlord, сколько ни тряси он черной козлобородкой. Толстой явно пытался в нем этот момент культивировать, но не сумел этого сделать даже с симпатичным предложением:

    Он с ужасающей ясностью понял, что вот от одного этого оборота рукоятки он становится врагом человечества. Это было чисто эстетическое переживание важности минуты.

    Кроме этого момента, к Толстому у меня был бы вопрос о сознательно выбранных исторических отсылках. Ленин — понятно. Генерал Галифе — непонятно, но вызывает куда меньше вопросов, чем приятные, конечно, но к чему вообще упоминания Робеспьера с пучками сена на месте Эйфелевой башни, рычащего Дантона и жестикулирующего Демулена.

    Я чисто из-за сюрпризиков четыре ставлю. Не могла постигнуть логики Толстого и предугадать события.

    Читать полностью
  • Penelopa2
    Penelopa2
    Оценка:
    28

    Роман "красного графа" Толстого напоминает мне то, что сейчас принято называть салатом оливье - много чего нарезано и густо залито майонезом
    В нем смешалось все - и история гения-одиночки, безумного изобретателя, фанатика с замашками диктатора. И научно-фантастический роман с вполне убедительными научными выкладками и серьезными экскурсами в теорию строения земной коры . И история любви, любви безумной и любви романтической. И крепкая детективная история с убийствами и расследованием. И авантюрный роман с небывалыми приключениями, похищениями и двойниками. И все это подано под идеологически правильным соусом. Правда тут, я полагаю, имело место неоднократное переписывание романа. Первая версия вышла в 1927 году, а последняя - аж в 1939. В результате в романе, действие которого происходит в начале 20-х, появляется такой пришелец из будущего, как симпатяга спартаковец Тарашкин, ведь спортивное общество "Спартак" получило свое название в 1935 году.
    Идеологический соус тоже подкачал. Он, как бы поточнее сказать, был несвежим, в результате чекист Шельга выглядит дубоватым неудачником, который изъясняется фразами из агитационных брошюр:

    Все, что ведет к установлению на земле советской власти, – хорошо, – проговорил Шельга, – все, что мешает, – плохо.

    Или мальчик Ваня гордо заявляет, что больше помогать старику Манцеву не будет

    Вы на меня больше не рассчитывайте, я - пионер

    Вновь ощущение, что после написания романа автор прошелся по нему и разбросал политически правильные высказывания, сам к ним серьезно не относясь.

    Так вот, если Шельга в романе - статист, то Петр Петрович Гарин - отнюдь. Он на редкость живой и привлекательный персонаж. Да, циник, да человек без тормозов, но у него есть идея и на ее алтарь он кладет свою жизнь. Ему не так важен результат, как процесс достижения своей цели. Не случайно, добившись желаемого, Петр Петрович заскучал. Да, он властелин мира, да, он получил, что хотел. Но на вершине он оказался куда крепче опутан всеми условностями того мира, который положил к своим ногам. Он не властелин, он раб. И любовь красотки Зои ему уже не нужна, и крах наступил задолго до бунта на Золотом острове и крушения "Аризоны"

    Что еще радует в романе - язык. Я читала с редкостным удовольствием. Какие метафоры, черт возьми!

    Чего добиваются Гарин и Роллинг? Щекотки. Пусть они ее называют властью над миром. Все же это не больше, чем щекотка.
    Гарин и Зоя не разговаривали. Зачем? О чем? Они всю жизнь были одиночками, и вот получили наконец полное, совершенное одиночество
    Читать полностью
  • Оценка:
    Интересно,легко и быстро

Другие книги подборки «Любимые книги Виктора Цоя»