Когда с вами Бог. Воспоминания

Оцените книгу

О книге

Недаром воспоминания княгини Александры Николаевны Голицыной носят такое название – «Когда с вами Бог».

Все испытания, выпавшие ей и ее детям в страшные послереволюционные годы, вплоть до эмиграции в 1923 году, немыслимо было вынести без помощи Божьей, к которой всегда обращено было ее любящее и глубоко верующее материнское сердце.

Подробная информация

Дата написания: 2017

Год издания: 2018

ISBN (EAN): 9785917617015

Дата поступления: 23 апреля 2018

Объем: 848.2 тыс. знаков

Отзывы на книгу

  1. Ollychen
    Оценил книгу

    Это тот случай, когда сначала влюбляешься в идеальную обложку, а потом понимаешь, что книга более чем отвечает твоим читательским интересам, и радостно несешь ее к кассе:)
    Воспоминания княгини Александры Николаевны Голицыной охватывают два больших периода. Во-первых, ее детство. Во-вторых, время Первой мировой войны, революции, мытарства, которые пришлось пережить ее семье в первые послереволюционные годы: голод, разлуки, большевистские тюрьмы, - и, наконец, бегство из Совдепии (исключительно так называет автор советскую Россию) и первые годы эмиграции. К сожалению, нет в книге воспоминаний о времени замужества Александры Николаевны, жизни в Нижнем Новгороде, где ее муж был предводителем дворянства, хотя в тексте мемуаров то и дело проскальзывает намерение описать и эту часть жизни.
    Мемуары Александры Николаевны не отличаются строгой хронологической последовательностью (детство вообще описано, скорее, отдельными яркими эпизодами), пестрят фамилиями и родственными связями, в которых автор сама путается, в чем и признается. Но сколько же доброты, веры, тепла в этих воспоминаниях! Никакого нытья даже при описании самых тяжелых испытаний, избегание прямого осуждения кого и чего-либо - вот что значит лично для меня аристократизм. Александра Николаевна писала мемуары по просьбе детей - в частности, старшей дочери - и обращается в тексте прямо к ним. При этом используются только ласкательные имена и семейные прозвища. Все это придает воспоминаниям невероятную душевность, а всех членов семьи автора под конец начинаешь считать родными.
    В конце книги даны краткие сведения о судьбе всех детей Александры Николаевны, последняя из которых, Александра Павловна, умерла в 2006 году. Кстати, именно через нее Голицыны уже в эмиграции породнились с императорской семьей: Александра Павловна была замужем за Ростиславом, сыном великого князя Александра Михайловича и сестры последнего русского императора Ксении Александровны.

  2. ElsaLouisa
    Оценил книгу

    Аристократические мемуары - одна из моих любимых тем для чтения, а здесь еще и такие редкие воспоминания! Если не ошибаюсь, это первая публикация мемуаров А.Н. Голицыной, ранее мне они нигде не попадались и я о них не слышала.

    Александра Николаевна принадлежала к тому поколению, которое успело пожить в еще царской России, запомнить безмятежную жизнь в атмосфере достатка и спокойствия, после чего все как вихрем смело в революцию. Мещерские, Голицыны, Строгановы - ее родственники носили фамилии, с которыми в совдепии выжить было сложно.

    Мир разрушался на глазах, но эти смелые люди находили в себе силы как-то жить дальше и даже не жаловаться на судьбу. Нищета, допросы, тюрьмы не сломили духа Александры Николаевны, а будто придали силы духа и склонили ее к окончательному решению покинуть Россию. Да и не Россия это уже была, а совдепия.

    В эмиграции судьба семьи Голицыных похожа на судьбы других русских аристократов с тем лишь исключением, что через одну из дочерей Александра Николаевна породнилась с Романовыми, а через другую - с венгерскими графами Сечени и впоследствии - с Шенбургами и Турн-унд-Таксисами.

    Книга очень интересно написана, читается на одном дыхании, есть вклейка с редкими семейными фотографиями Голицыных-Мещерских. Единственное, чего мне не хватило, так это дореволюционных воспоминаний. Они конечно есть, но маловато и как-то очень быстро обрываются. Вот теперь интересно, так ли было в рукописи или издатели самовольно выбросили кусок ценных фактов и описаний и сократили текст?

  1. Когда я теперь вспоминаю дни этого и позднейшего заточения, мною овладевают чувства благоговения и благодарности. Много, много я передумала и перечувствовала за это время и знаю, что если ваши дети оторваны от вас и кажется, что они брошены на произвол судьбы, как принято выражаться, то именно беспомощность ваша доводит до убеждения, что они в руках Божьих и что никакое зло не приключится с ними, если все время поручать их Ему. Знайте, что бы с вами ни случилось, не следует мечтать о том, что было или могло бы быть, а надо благодарить Бога за прошлые радости и счастье и стараться ценить настоящее, говоря себе, что могло бы быть хуже. Это всегда помогает. Вспоминаю к случаю разговор с о. Петром в Новгороде, который старался меня подбодрить ввиду больших забот на душе. Я ему тогда сказала: «Ведь глупо с моей стороны, батюшка, так как могло бы быть хуже!» В ответ он рассмеялся: «Как это вы сказали?» Я повторила: «Могло бы быть хуже». Он долго смеялся, закрывшись епанчой, и все приговаривал: «Во, как вы это хорошо придумали!» – и мы оба смеялись. А ведь мысль-то очень простая: всегда можно найти приятные стороны в неприятных положениях. Я заметила, что разговоры о прежней вкусной и сытной еде, когда голодаешь, в конце концов только раздражают, так что лучше о ней забыть. Если тяжело бездействие, можно что-то чистить или помогать другим, не давая им унывать. Когда сидишь в тюрьме один, лучше всего помогает молитва. Надо непременно, насколько возможно, соблюдать чистоту и быть всегда аккуратно одетым и причесанным, словом, не распускаться, так как легче опуститься, когда не обращаешь внимания на свой облик. Как говорят англичане: «One should try to keep neat».[152] Никогда ни на что не следует жаловаться: это так бесполезно! Даже на погоду. Многому я научилась за время своих заключений и часто себе говорила, что, запирая всех и вся вместе в тюрьмы, большевики только сплотили людей всех сословий, опровергая утверждение о классовой ненависти. Везде и всегда мы встречали добрых и милых людей. Когда выпустили торговку Мишуру, то мы виделись с ней постоянно, и она всегда была к нам доброжелательна. Мы, конечно, навещали Куриссов, Ефимович и Тевяшову, которых все не выпускали. Помню, что на Рождество отнесли им маленькую елочку. Куриссов со временем выпустили, но Ефимович умерла от тифа. Мы с Масолей бывали у Тевяшовой, которая говорила, что прислушивается к поездам и что когда те перестанут ходить, значит, близко избавление от большевиков. Она все ждала этого избавления и заболела тифом. Когда мы узнали об этом, ей стало уже совсем плохо. Масоля ее видела, но когда я пришла, то узнала о ее смерти и что тело уже вынесли. Нам потом рассказали, что сестры-большевички и сиделки повытаскивали еще до кончины у нее из головы шпильки желтой черепахи, которыми она закалывала волосы. Масоля с Лапушкой были на ее похоронах.
    2 ноября 2018
  2. роны в неприятных положениях. Я заметила, что разговоры о прежней вкусной и сытной еде, когда голодаешь, в конце концов только раздражают, так что лучше о ней забыть. Если тяжело бездействие, можно что-то чистить или помогать другим, не давая им унывать. Когда сидишь в тюрьме один, лучше всего помогает молитва. Надо непременно, насколько возможно, соблюдать чистоту и быть всегда аккуратно одетым и причесанным, словом, не распускаться, так как легче опуститься, когда не обращаешь внимания на свой облик
    2 ноября 2018
  3. определять судьбу обвиняемого».
    9 июля 2018