Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Василий Теркин. Стихотворения. Поэмы

Читайте в приложениях:
3796 уже добавило
Оценка читателей
4.4
Написать рецензию
  • serovad
    serovad
    Оценка:
    90

    Я понимаю, почему Теркин стал знаменит еще до того, как Твардовский завершил свою поэму. Потому что уже тогда, в то время требовалось какое-то произведение о войне, которое все же не будет нагнетать, не будет тяготить. Ну и жанр, конечно, этому способствовал.

    Конечно, как ни крути, поэма серьезнейшим образом выбивается из тех произведений, которые, рассказывая о войне, стараются приблизиться к исторической правде. В "Теркине" и войны-то не очень много, и "большого сабантуя" почти не видим. А все-таки от поэмы не оторваться. Легкость, непритязательность... да что об этом говорить! Кто читал, тот знает.

    В поэме Теркин выглядит в какой-то степени этаким супергероем, которого ни огонь, ни вода, ни пуля, ни сама Смерть взять не могут. Только в отличие от большинства известных супергероев он самый что ни на есть человечный. Ну, какой еще супергерой сыграет на гармошке, а? Или будет шутить в бою, но не цинично (типа, щас мы их наизнанку вывернем и посмотрим, какого цвета их потроха), а тоже душевно, искренне, с настоящим юмором.

    Наш он. Родной.

    В свое время мне довелось до работе брать интервью у солдат и офицеров, побывавших на чеченской войне. Так вот, солдаты одной из мотострелковых частей рассказывали, как их командиры заставляли читать и заучивать отдельные главы из "Василия Теркина". Так вот, в этой части количество дезертиров, самоубийц и тех, кто "сошел с катушек" было меньше, чем в других подразделениях.

    Читать полностью
  • vinni_gret
    vinni_gret
    Оценка:
    39

    Честно говоря, я не очень люблю поэзию и придерживаюсь мнения, что это своего рода ограничение. Мне почему-то упорно кажется, что автор частенько склонен изменить свою мысль из-за удачно рифмующегося слова или использовать всякие образные средства, так и не доходя до сути повествования. Лишь бы рифма, ритм, размер и что-то там еще.
    И тут мой воинственный скепсис потерпел первое значительное поражение: бесстрашный Василий Теркин нанес сокрушительный удар по левому флангу моих убеждений, прорвал линию обороны прочитанной прозы и героически бросился освобождать постыдно малое количество поэм и стихов, замученных в тылу врага.
    Такой кристальной стройности и слаженности слов я давненько не встречала (особенно хорошо это чувствуется после почитывания относительно современной относительно альтернативной относительно литературы). Проще, проще нужно братцы: не морочить голову бесконечными метафорами про кишки и внутреннее состояние героя, а бодренько описывать самые худшие страдания так, чтобы даже самый преданный поклонник Антонена Арто выскочил из психушки и кинулся своим хиленьким бледным тельцем защищать Отечество.
    Кстати, в произведении никакой советчины, идеологические лозунги не замечены.
    Ни для кого не секрет, что во время Великой Отечественной существовало множество супергероев, о которых ходили байки из отряда в отряд, которых чествовали по радио за подвиги, которые становились примером для подражания и вдохновляли (или стыдили) бойцов. Многие, наверное, были вымышленными, но сути это не меняет: люди хотят верить в Капитана Советский Союз, Непобедимого Василия, Железного Теркина, Человека-Снайпера и Фантастический Партизанский Отряд, и такая вера дает им силы.
    Теркин - очень положительный супергерой, при этом он настолько свой, что и мысли не возникает превозносить его: идет плечом к плечу с простыми солдатами в бой, чинит малознакомой бабуле часики, шутит с генералом. Но на него хочется равняться. Знакомство с ним вызывает гордость.
    Поэма состоит из нескольких эпизодов, в ней нет начала и конца. В каждой главе Василий Теркин показывает какую-то положительную черту собирательного образа русского человека, не просто солдата, наверое, поэтому он так близок читателю. Зайди он ко мне сейчас внезапно в гости-не стала бы задавать лишних вопросов: накормила бы борщом и уселась поудобнее послушать отличных историй. Других-то у него, будьте уверены, нет.
    Я очень надеюсь, что с победой он вернулся не в сожженный пустой дом, а если и так, то моментально окружил себя женой, детьми, курами, коровами, огородами, банками соленых огурцов и живописными ландшафтами. Он, конечно же, может и завод возвести в степи, и сто домов отстроить за неделю, но он свое дело сделал и заслуживает честный отдых. Простому человеку - простые радости.

    Читать полностью
  • George3
    George3
    Оценка:
    38

    Отдельные отрывки читал, когда их публиковали в "Правде", а когда появилась роман-газета с "Василием Теркиным", то она была прочитана за одни сутки на ура. Какие-то места сразу отложились в памяти и часто декламировались мною перед приятелями, например: Нет, ребята, я не гордый, я согласен на медаль.
    Василий Теркин не просто балагур и весельчак, каким он кажется с первого взгляда. В главе "На привале", где он впервые рассказывает о себе — молодом бойце, узнаешь, что ему уже порядком досталось от войны. Он был трижды в окружении: "Был рассеян я частично, А частично истреблен... Но, однако, жив вояка". Теркин может провести короткую и простую, выражающую самую суть, "политбеседу":

    Я одну политбеседу повторял: — не унывай,
    Не зарвемся, так прорвемся.
    Будем живы — не помрем.
    Срок придет, назад вернемся,
    Что отдали — все вернем.

    Он не теряется ни в какой обстановке. Вот он шуткой смягчает рассказ о трех "сабантуях"; вот он ест "со смаком" солдатскую пищу; вот невозмутимо укладывается на сырой земле под дождем, укрывшись "одной шинелькой".
    Поэма настолько глубоко заходит в сердце, что даже закрыв книгу, продолжаешь мысленный монолог с этим с одной стороны реальным русским солдатом, а с другой - сказочным героем-богатырем:

    Богатырь не тот, что в сказке —
    Беззаботный великан, -
    А в походной запояске,
    Человек простой закваски...
    В муках тверд и в горе горд
    Теркин жив и весел, черт!

    Памятник Теркину и Твардовскому в Смоленске
    Читать можно всегда, везде и бесчисленное количество раз. И все равно будешь получать истиное наслаждение.

    Читать полностью
  • red_star
    red_star
    Оценка:
    36
    "История Великой Отечественной войны советского народа против гитлеровских грабителей и головорезов будет вечно жить в сердцах будущих поколений, и с нею долго будет жить Ваша поэма".
    Ф.С. Киселев, из письма А.Т.Твардовскому, 24 мая 1944 года

    До чего «Тёркин» прост и хорош. «Речь» выпустила его с иллюстрациями Гальдяева, но они совсем необязательны. А вот письма фронтовиков, напечатанные в приложении, очень даже нужны, они создают контекст, показывая историю поэмы в динамике, от первых глав осенью 1942 до лета 1945.

    Из писем видно, каким широким был литературный пейзаж. «Тёркин» имел конкурентов – Алексея Куликова, о котором писал Борис Горбатов, и даже самого Швейка, о похождениях которого во время Второй мировой войны писало сразу несколько человек (и даже выходили фильмы, в том числе тот, который мелькает в «Место встречи изменить нельзя»). Но все они оказались более блеклыми на фоне реалистичного, неплакатного Тёркина.

    Удивительное дело – то, что ты знаешь по школьной программе, было для миллионов солдат чем-то живым, непосредственным опытом, отрывками, которые они искали в каждом издании, в каждой газете. И, благодаря им, эти строки смогли стать школьной программой.

    Мне как-то случайно попались старые аудиозаписи. Актер читал отрывки, которые въелись в мою память, и теперь, снова наткнувшись на них в книге, я поневоле читаю их с той, услышанной интонацией.

    «- Знаешь, брось ты эти вальсы,
    Дай-ка ту, которую...»

    или

    «На околице войны -
    В глубине Германии -
    Баня! Что там Сандуны
    С остальными банями!»

    И еще пару слов о культработе. Из писем видно, что в действующей армии велась колоссальная работа, бойцов обеспечивали чтением, издавались журналы, газеты, отдельные брошюры. Насколько же людей не считали быдлом! Любопытно, что спрос был больше предложения, каждый второй автор письма просит Твардовского прислать экземпляр поэмы.

    Ну и дальнейшие приметы времени, которые мы не помним. Фронтовые дома отдыха («рай» в терминологии Тёркина), Чкаловская область (так тогда назывался Оренбург), использование наложенного платежа на почте (автор письма просит Твардовского отправить экземпляр поэмы своим родным именно таким способом). А больше всего меня тронули слова одного из корреспондентов Твардовского, который описывает свою одиссею в 72 дня из окружения к линии фронта в 1941.

    Пробираясь по тылам немцев, он нашел разбитую пластинку с песней «Широка страна моя родная» и плакал, плакал от осознания того, что «Советский мир» (терминология автора) далеко и разрушен войной.

    И пишут Твардовскому все, рядовые и офицеры, «малограмотные», как они себя называют, и учителя русского языка, и даже воюющие выпускники литинститута. Всех задела за живое эта мощная правдивая поэма. Вот еще цитата, которой хочется закончить:

    "А Вы с такой огромной душой единственный показали наше торжество: торжество русского солдата, нашу человеческую, а не заносчивую гордость и то, что где бы мы ни проходили, мы всегда были и остаемся людьми".
    А. Родин, из письма А.Т. Твардовскому, 24 мая 1945 года.
    Читать полностью
  • Adazhka
    Adazhka
    Оценка:
    26
    Вот наш герой — прошу любить — Василий Тёркин,
    Он выбрал жить, хоть на войне спокойней мёртвым...
    Павел Кашин — «Василий Теркин»

    Я не влюбилась в школе в «Василия Теркина». Тогда это было скучное програмное произведение о войне. Тогда все произведения о войне были скучными — хоть в прозе, хоть в стихах, хоть в прибаутках. Тогда — про любовь подавай, некогда в войну углубляться. К тому же, на беду, изучение военно-патриотической литературы откладывается до мая. Логично, все привязано к празднику Победы. Только кто в мае учится? С апреля репетиции концерта для ветеранов, а потом и последнего звонка. Любовь, опять же. Солнце в глаз светит. Некогда разбирать и разбираться. Еще помню, что для оценки нужно было выучить отрывок из «Книги про бойца». Я выучила два. «Переправу», потому что ее любил мой дед и «Теркин пишет», потому что это было единственное, что самой понравилось. Ни разборов, ни сочинений по нему мы не писали. И хоть я была достаточно развитым подростком, эмпатичным, но ничем меня Теркин не зацепил. Да, знаю, да, был, да, проходили. Нет, не люблю.

    В этом году экстренно захотелось прочитать что-то патриотическое. Только повеселее, а то правды жизни у меня самой хоть лаптем черпай. Вспомнила о Теркине. И в точку! Передо мной открылся новый герой! Это и былинный богатырь из русских сказок, и решительный революционер, и простой парень с девизом «Не унывай!» Как просто! Как необходимо! Как вовремя!

    Два раза я рыдала над книгой. Первый, когда описывалось отступление в тыл и заход в деревню теркинского командира. Помните:

    «И заплакали ребята.
    И подумать было тут:
    Может, нынче в эту хату
    Немцы с ружьями войдут...»

    Второй — когда рассказывалось о холостой жизни самого Василия. Были и жена, и сын. А пришел в деревню на побывку, и места от подворья не осталось — все разрушено, все убиты.

    То, что в школе учитель мог рассказать (или заставить кого-то из учеников в форме реферата пересказать классу), мне взрослой пришлось разыскивать самой. Оказывается, Теркин изначально был коллективным персонажем времен русско-финской войны. Фельетоны о нем писали и сам Твардовский, и Щербаков, и даже Маршак! Звать его могли — Ваня Мушкин, Федя Протиркини или Вася Пулькин — но остановились на Васе, своем в доску рубаха-парне, Теркине. Правда, из газетного малого Твардовский вырастил Василия Теркина — крупнее и солиднее по форме, и сделал «обыкновенного» парня из «необыкновенного героя». Но это, пожалуй, лучшее решение.

    Все события показаны глазами друга Теркина — автора. Здесь нет штрафбатов, заградотрядов, смершевцев. Здесь и Сталину места не нашлось, потому что он был вне мира простого служивого. Отец-генерал — в нескольких главах. Буденный — как немой укор на совести деда-солдата. Все, что выше, обозначено просто — «Закон» без лица, характера, индивидуальностей. Зато мать-земля, старуха-мать, жена, кисет и глоток погорячей — это солдат прнимает. Этому и в поэме место нашлось.

    32 главы от «Пролога» до «Эпилога». В них поместилась вся военная жизнь. Отступление первых лет войны, переломный бой за Днепр, наступление до «другого края Варшавского шоссе». Обстрелы-сабантуи, передышки у костра с гармошккой-трехрядкой и удалой песней, вязкость болот, ранения, бои, письма домой и из дома, смерть, санбаты и бани.

    Поразила закругленность каждой главы. Все из этих 32 частей — самостоятельные произведения, полностью законченные. Отчасти я нашла этому объяснение — публиковались эти главы вразнобой, перепечатывались разными изданиями, учились бойцами наизусть. И Твардовский был готов к этому. Только я увидела его личный страх смерти. С 1941 г. он был военкором, в самых горячих местах сражений. А ну, как не успеет дописать? Хоть что-то останется завершенным. Тем более, что еще в Прологе сказано, что это — «книга про бойца без начала и конца, больно жалко молодца».

    У Теркина есть полный тезка — «Василий Теркин» Боборыкина Петра Дмитриевича. Сам Твардовский и целая редколлегия газеты «На стаже Родины», где он появился, не знали об этом. Так что совпадение можно считать случайным.

    Еще один интересный момент — Твардовского номинировали на Сталинскую премию в 1945 г. еще до официального завершения поэмы. «Не испортит», — решил Сталин и от руки, карандашом дописал его в список претендентов на премию 1 степени. Авансом, так сказать. А как иначе? Теркин отозвался в сердцах людей. Он стал не просто литературным героем, а действительным, реальным. Вот он —руку протяни. А язык поэмы? Простой, русский, понятный. Яркий и в описании солдатской жизни, и в панорамных картинах природы. Как сейчас говорят, «единым кадром» мы поднимаемся с автором над полями, лесами, реками, осматриваемся, а потом опускаемся к назначенному месту, где находится Василий. И все до мелочей ясно. Пожалуй, только одно произведение еще точнее, еще полнее описывает русскую жизнь — «Евгений Онегин» Пушкина. А это уровень, согласитесь! Так что премия — закономерное признание труда.

    И если вернуться к моему школьному опыту и сегодняшнему, в статусе жены и матери, мое отношение к войне изменилось. Сейчас это не просто строчки в учебниках. Это большая жизнь. И лучше нам не знать — как там. Но опыт прежних поколений терять не стоит.

    Читать полностью

Другие книги подборки «Список Дмитрия Быкова»