Книга или автор
4,2
43 читателя оценили
331 печ. страниц
2019 год
16+

Пролог

К двадцатым числам июня 1904 года мир вплотную подошел к тому моменту, когда умным людям стало очевидно, что ничто теперь не будет таким как прежде. Первым фактором радикальных перемен в мировой политике стал ход русско-японской войны, весы которой склонялись отнюдь не в пользу нападающей стороны. А ведь это нападение нашло тайную поддержку у так называемого «прогрессивного человечества»… Да-да, даже якобы союзная Российской империи Французская республика в своих портах, расположенных восточнее Цейлона, ввела для русских военных кораблей «правило 24-х часов» – за это время крейсеру или броненосец должен был покинуть порт или, в противном случае, оказаться интернированным.

Казалось, Российская империя попала в полную изоляцию. Активно враждебной к ней была Британская империя и международная (еврейская) финансовая аристократия: Ротшильды, Куны-Леебы и прочие Шиффы. Бряцала оружием Оттоманская порта, грезящая о реванше за 1878 год. Враждебной была также Австро-Венгрия, где правил неугомонный старик Франц-Иосиф (такой древний, что помнил еще венгерский бунт 1848 года и Восточную (Крымскую) войну). При этом Германская империя – казалось бы, насквозь родная, ведь половина русской элиты была этническими немцами, а кайзер Вильгельм приходился дядей правящему поколению Романовых, тоже вела двуличную политику. С одной стороны, немцы активно набивались в друзья, желая разрушить нацеленный против них русско-французский союз, а с другой стороны, втайне мечтали о необъятных русских пространствах. Иногда «дядюшку Вилли» спьяну несло во все тяжкие, и он прилюдно проговаривался о затаенном. Идея о жизненном пространстве на востоке (лебенсраум), необходимом германской нации для развития, родилась отнюдь не при Гитлере.

Положение осложняло то, что германская армия, в союзе с Австро-Венгрией, готовилась воевать с Россией и Францией на суше, а флот, надеясь на союз с Россией, собирался бросить вызов британской гегемонии на море. В одиночку у Хохзефлотте задача борьбы с Роял Нэви не решалась. Поэтому в русско-японской войне Германия «болела» сразу за обе стороны. Армия посылала своих инструкторов и новейшие образцы вооружения в дислоцированную в Корее японскую армию генерала Куроки, а флот делал ставку на русские победы, в нашей истории обеспечивая снабжение движущейся на Дальний Восток Второй Тихоокеанской эскадры.

Одним словом, появление на Дальнем Востоке отряда русских боевых кораблей из двадцать первого века и последующие поражения японских армии и флота спутали карты всем игрокам. И если туркам и австрийцам пришлось просто поджать хвост, а германцам несколько подправить вектора своих приоритетов, то прочие участвовавшие в игре персонажи так легко не отделались. Тяжелее всего оказалось банкирам британского Сити и тем самым Ротшильдам, Кунам-Леебам и всяким Шиффам, которые оказались перед фактом, что у них скоро заведется крупный несостоятельный должник. Так уж получилось, что вместо ожидаемой прибыли от профинансированной ими операции у Японии образовались огромные убытки. А как же иначе? Объединенный флот на дне, армия разгромлена и частично уничтожена, страна находится в полной морской блокаде. Никто не сомневался в том, что, окончательно победив, русские обчистят Японию до нитки – и страна, и без того небогатая, лишь недавно вырвавшаяся из феодализма, и вовсе превратится в нищую попрошайку.

Невесело было и правительству Французской республики, в самом начале этой русско-японской эпопеи успевшему заявить, что, мол, союзнические отношения между Россией и Францией относятся только к европейским делам, где Россия должна спасать Париж от повторного визита германских гренадер… А в остальных регионах мира русские варвары пусть сами разбираются со своими проблемами, не впутывая в них культурных европейцев. Тому, кто это брякнул, язык стоило бы прибить сапожными гвоздями прямо к рабочему столу, ибо мир уже давненько не видел такого вопиющего плевания в колодец, из которого французам еще предстояло пить в будущем.

Хорошо хоть переговоры по Сердечному Согласию (Антанте) были вовремя заморожены до выяснения обстоятельств, а то бы могло получиться и вовсе нехорошо. С другой стороны, все бы ничего: русский царь-тряпка стерпит и не такое обращение; но вот в связи с кончиной его супруги Александры Федоровны по Петербургу, а потом и по всему миру, пополз тихий слуш-шок, что, дескать, царствовать Николай Второй более не желает, а потому оставляет трон то ли брату Михаилу, то ли, упаси Боже, сестре Ольге, и уходит в монастырь молиться об упокоении души своей ненаглядной душки Аликс. А вот это для французской республики уже был самый настоящий амбец.

На то, каков Великий князь Михаил Александрович в свободном полете, с властью и полномочиями, французы могли вдосталь наглядеться в Манчжурии, где он не на шутку разошелся – так, что от французских креатур в русской армии только пух с перьями летел. Ольга тиха и ни в чем таком не замечена, но стоит вспомнить, чья она дочь – и становится ясно, что в этом тихом омуте водятся самые отборные черти. Екатерину Великую, в девичестве германскую принцессу Фике, сначала тоже считали легкомысленной дурочкой, зато потом она всем показала, как надо править, чтобы тебя запомнили надолго. Но самое страшное даже не в личных качествах кандидатов на российский трон, а том, что в советниках у них как раз те самые обосновавшиеся на островах Эллиота господа из будущего, которые и так уже несколько месяцев своей загадкой сводят с ума просвещенное человечество.

Но все эти неприятности разом побледнели и забылись после того, как с Дальнего Востока, буквально настигая одна другую, пришло еще несколько сногсшибательных новостей. Некоторых эти самые новости сшибли с ног в самом буквально смысле. Так, Первый Лорд британского адмиралтейства Уильям Уолдгрейв, граф Селбурн, узнав о гибели эскадры Китайской станции флота Его Величества при попытке набега на острова Эллиота, просто заперся в своем кабинете, где пустил себе в голову пулю из личного револьвера. (Такой револьвер каждый джентльмен обязан иметь при себе, чтобы иметь возможность отбиваться от собак и грабителей).

Возможно, сэр Уильям принял такое фатальное решение только из-за того, что этот африканский муфлон, вице-адмирал Джерард Ноэль, не утонул (как всякий порядочный джентльмен) вместе со своим флагманским броненосцем «Глори», а сдался в плен русским из будущего вместе со всеми документами эскадры. Эти бумаги компрометировали не только самого адмирала Ноэля, но и британское правительство, отдававшее ему приказы. В Адмиралтействе уже стало известно, что в руки небезызвестного господина Одинцова попали также и бланки телеграмм, подтверждающие, что набег на острова Эллиота – это никакая не самодеятельность со стороны командующего китайской станцией, а лишь прямое выполнение приказа его непосредственного начальства. Думается, что еще ни один киллер-неудачник не сдавал заказчика преступления с таким изяществом и тактом.

Официальное образование Великого княжества Цусимского и перемещение туда основных фигурантов на этом фоне прошло почти незамеченным. Но умные люди, посвященные в некоторые тайны, понимали, что все только начинается, и пришельцы теперь будут заниматься политикой на совершенно ином, легальном уровне. Это было тем более опасно, что их представители уже были замечены не только на Дальнем востоке, но и в Петербурге, в окружении царя Николая. Это-то было и понятно, ведь ни один умный человек не будет складывать все яйца только в одну корзину и полагаться на то, что Император Николай непременно отречется от престола в пользу нужного им кандидата.

Провал покушения на царя при этом выглядел почти незначащей мелочью, тем более что и заказали-то его джентльмены эсерам просто из принципа «а вдруг выгорит». Но что было хуже – новая русская спецслужба, что завели в Петербурге пришельцы, помимо эсеров, принялась сметать с политической доски и те фигуры, которые никак не могли быть причастны к покушению, но при этом были крайне необходимы для проведения пробританской (профранцузской) политики. Ужас и смятение, как пред вторым пришествием Христа, установились на брегах Сены и Туманного Альбиона.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
255 000 книг 
и 49 000 аудиокниг