Читать книгу «Внешняя разведка СССР – России. 1946–2020 годы. История, структура и кадры» онлайн полностью📖 — Александра Колпакиди — MyBook.
image

Александр Колпакиди, Валентин Мзареулов
Внешняя разведка СССР-России. 1946–2020 годы. История, структура и кадры

Глава 1

«У чекиста есть только два пути – на выдвижение или в тюрьму»

Приписываемая И. В. Сталину фраза, октябрь 1951 года

Менее чем через год после окончания Великой Отечественной войны органы госбезопасности СССР подверглись очередной реорганизации. Приказом НКГБ СССР № 00107 от 22 марта 1946 года в соответствии с постановлением Верховного Совета СССР от 15 марта 1946 года НКГБ СССР был преобразован в Министерство государственной безопасности СССР. Соответственно были преобразованы и местные управления и отделы НКГБ – в управления и отделы МГБ.

4 мая 1946 г. сменилось руководство МГБ: новым министром вместо В. Н. Меркулова стал начальник Главного управления контрразведки СМЕРШ генерал-полковник Виктор Семенович Абакумов. При этом была проведена реорганизация, затронувшая и разведку: 1-е Управление МГБ было развернуто в Главное управление.

Для понимания складывающейся в спецслужбах ситуации необходимо коснутся происходивших в то время в Кремле и на площади Дзержинского подковерных политических интриг. Меркулов относился к числу давних соратников Л. П. Берия и его отставка являлась одним из ходов в борьбе между 1-м секретарем Ленинградского горкома и обкома и секретарем ЦК ВКП(б) А. А. Ждановым и тандемом Берия и Маленкова. Новый министр Абакумов, хоть сам и не входил в число людей Жданова, но был в плохих отношениях с Берия.

1-е Управление, ставшее Главным, увеличило свой штат, в его составе появились Управления – так, был преобразован в Управление отдел нелегальной разведки, несколько изменилась специфика работы разведчиков «в поле», которые столкнулись с более жестким контрразведывательным режимом. Для наглядности, приведем новую структуру и кадровый состав:

Начальники Главного управления – П. Н. Кубаткин (15.6–9.9.46), П. В. Федотов (9.9.46–30.5.47)

Заместители начальника: Г. Б. Овакимян (22.5.46–25.6.47), А. М. Коротков (22.5.46–25.6.47), П. П. Тимофеев (22.5.46–25.6.47), А. П. Волков (26.11.46–25.6.47).

Заместитель начальника – представители 1-го ГУ в Берлине: В. Е. Зарелуа (27.6.46–19.6.47)

Заместитель начальника – представители 1-го ГУ во Львове: М. И. Белкин (27.6.46–19.6.47)

Заместитель начальника – представители 1-го ГУ в Баку: П. М. Журавлев (27.6.46–25.6.47)

Секретариат – А. И. Боханов, с 01.47 – Ф. К. Пильнов

Управление «1-А» (легальной разведки) – А. М. Отрощенко

• Отдел «1-А» (английский) – А. В. Горский

• Отдел «2-А» (американский) – А. Г. Граур

• Отдел «3-А» (Латинская Америка) – неизв.

• Отдел «4-А» (Германия) – М. Ф. Лебедев

• Отдел «5-А» (славяно-балканский) – С. С. Спандарьян

• Отдел «6-А» (романский) – неизв.

• Отдел «7-А» (скандинавский) – А. М. Сахаровский

• Отдел «8-А» (ближневосточный) – М. Г. Нацвлишвили

• Отдел «9-А» (дальневосточный) – П. А. Шибаев

• Отдел «10-А» (эмиграция) – А. С. Гукасов

Управление «1-Б» (нелегальной разведки) – А. М. Коротков

• Отдел «1-Б» (англо-американский) – Е. П. Мицкевич

• Отдел «2-Б» (европейский) – Б. М. Афанасьев

• Отдел «3-Б» (ближневосточный) – с 3.10.46 А. Ф. Сененков

• Отдел «4-Б» (дальневосточный) – А. Ф. Сененков, с 3.10.46 – С. Л. Рудченко;

• Отделение «1-Б» (прикрытие и связь) – неизв.

• Отделение «2-Б» (документация) – неизв.

Отдел «1-В» (информационный) – М. А. Аллахвердов

Отдел «1-Г» (по советской колонии) – С. М. Федосеев

Отдел «1-Д» (оперативный учет, выдача виз) – неизв.

Отдел «1-Е» (научно-технической разведки) – Л. П. Василевский

Отделение «К» (кадров) – неизв.

Отделение «Р» (радиосвязи) – неизв.

Отделение «Ш» (шифровальное) – неизв.

Разведывательная школа (РАШ) – Е. И. Кравцов

Штат центрального аппарата насчитывал около 600 чел.

Была укреплена региональная структура: в дополнение к 1-м отделам территориальных МГБ – УМГБ на местах были созданы представительства Центра, занимавшиеся разведкой на своих географических направлениях. Таких было четыре: в Берлине, Львове, Баку и Владивостоке. Их руководители также имели ранг заместителя начальника Главного управления.

Представительство в Берлине занималось разведкой в Центральной и Западной Европе.

Представительство в Львове отвечало за регион Восточной Европы и Балкан.

Представительство в Баку занималось Турцией, Ираном, Афганистаном и Египтом.

Представительство во Владивостоке занималось Японией, Китаем и Кореей.

Заместители начальника нового Главка Г. Б. Овакимян, А. М. Коротков и П. М. Журавлев и большинство начальников подразделений хорошо знакомы нам по довоенным и военным временам – все они были опытнейшими разведчиками, оставившая яркий след в истории внешней разведки. Заместитель начальника Главка генерал-лейтенант П. П. Тимофеев, пришедший в ЧК еще в 1919 году, в годы войны возглавлявший немецкий отдел 2-го Управления НКГБ – НКВД и отдел зафронтовой разведки ГУКР СМЕРШ, а затем с конца 1943 года работавший помощником самого Абакумова. Генералы Зарелуа и Белкин не имели разведывательного опыта и являлись кадровыми сотрудниками СМЕРШа. Однако следует заметить, что страны, относящиеся к их сфере ответственности, были в большинстве своем разрушены войной и оккупированы советскими, английскими или американскими войсками, их государственность лишь начала восстанавливаться, поэтому специфика работы разведки в них мало отличалась от хорошо освоенной СМЕРШем работы в прифронтовой полосе.

Таким образом, центральный аппарат сохранил высокопрофессиональный и вместе с тем довольно аполитичный в смысле соперничества Абакумова и Берия «костяк» кадровых разведчиков в среднем звене под руководством лояльных к противникам Берия контрразведчиков Кубаткина и Тимофеева.

Маршалы Советского Союза И. С. Конев и Г. К. Жуков и В. С. Абакумов. Кремль


Вместе с тем, никакие подковерные кадровые игры ни в коем случае не могли полностью свести на нет участие Берия в работе Главного управления. Не следует забывать, что одной из приоритетнейших задач разведки в этот период являлась внедрение в англо-американский атомный проект, которое осуществлялось именно в интересах возглавляемого Берия Спецкомитета при Совете Министров СССР. Это направление Спецкомитет курировал совершенно официально через самостоятельный отдел «С» возглавляемый генерал-лейтенантом П. А. Судоплатовым.

Эта команда, однако, продержалась недолго. Кубаткин новую должность явно «не тянул». Он практически не оставил следа в истории разведки, поэтому о конкретных причинах его отставки приходится только гадать, но факт остается фактом – менее чем через три месяца он был отозван в распоряжение Управления кадров МГБ, а на его место был переведен начальник контрразведки генерал-лейтенант П. В. Федотов, ставший по совместительству заместителем министра. В очерке историка внешней разведки В. С. Антонова упоминается, что причиной мог стать рапорт Кубаткина «по собственному желанию». Это действительно возможно – разведка переживала непростые времена, связанные не только с организационными мероприятиями, но и с ликвидацией последствий тяжелого провала нелегальной сети в США и непрофессионал, к тому же, вероятно, впервые столкнувшийся с атомной тематикой, вполне мог отказаться от столь неподъемной работы.

Другая версия, которая почти дословно фигурирует в нескольких жизнеописаниях Кубаткина от разных авторов – о том, что его смещение с поста начальника разведки могло быть следствием «ленинградского дела», которое якобы раскручивалось именно в это время – не выдерживает никакой критики. Да, действительно, 3 года спустя он будет арестован и впоследствии расстрелян именно как пособник «ленинградской группировки», но дело в том, что ни в 1946 году, ни в 1947, ни вообще когда-либо при жизни Жданова этого дела не существовало и в помине.

Так или иначе, единственным сколько-нибудь значимым наследием Кубаткина стал перевод в ПГУ ряда сотрудников Ленинградского УМГБ, занявших впоследствии руководящие должности: как например будущий начальник разведки А. М. Сахаровский или А. В. Красавин.

Небезынтересно сравнить служебные характеристики Кубаткина и его преемника Федотова.

При назначении Кубаткина на следующую должность начальника УМГБ по Горьковской области (конец 1946 года) замминистра по кадрам М. Г. Свинелупов писал:

«За время работы в органах т. Кубаткин проявил себя квалифицированным оперативным работником, неплохой организатор, активно участвовал в партийно-общественной работе, неоднократно избирался на руководящие должности партийно-советских органов. В 1946 году избран депутатом Верховного Совета СССР.

Вопросы решает смело, проявляя при этом излишнюю поспешность и непродуманность. В проведении оперативных мероприятий решителен. Недостатком т. Кубаткина является проявление грубости к подчиненным»[1].

А вот характеристика на Федотова, написанная во времена его службы на Северном Кавказе в 20-е – 30-е годы.

«…Весьма добросовестный, честный и преданный работник. Свою работу знает хорошо, проявляет в ней большую инициативу. В выполнении заданий медлителен, что окупается чрезвычайной тщательностью работы и продуманностью подхода к ней…»[2]

Как видим, в профессиональном плане они были абсолютными антиподами.

О принадлежности Федотова к какой-либо группировке говорить сложно. По формальным признакам его можно было бы назвать «бериевцем» – с приходом Берия он был назначен начальником сперва секретно-политического отдела в 1939 году, а затем и контрразведки. Однако в данном случае следует говорить скорее о естественном служебном росте, а не о каком-либо покровительстве со стороны наркома. Более того, в силу того, что многочисленные операции контрразведки в предвоенные и военные годы против немцев, а затем и западных союзников постоянно находились в поле зрения самого Сталина, какие-либо предпочтения Абакумова, Берия или Жданова значения не имели. Федотов был в первую очередь ставленником самого Вождя.

Комитет информации или «наше ЦРУ»

Постановлением Совета Министров СССР № 1789–470сс от 30 мая 1947 года был создан Комитет информации при Совете Министров СССР (Комитет № 4), куда вошли Первое главное управление МГБ, ГРУ Министерства вооруженных сил, а также разведывательные и информационные структуры ЦК ВКП(б), МИДа и Министерства внешней торговли. Первым начальником КИ стал В. М. Молотов, по прежнему занимавший пост министра иностранных дел СССР.

В чем же причина такой радикальной, не имеющей прецедентов в истории Органов реформы? Тут нам придется ненадолго оставить Москву и обратить внимание на происходящее за океаном.

В. М. Молотов


Читателю, поверхностно знакомому с основными вехами борьбы тайных служб может показаться, что в мае 1947 года в США вовсе не существовало политической разведки. Это не совсем верно. Действительно, 1 октября 1945 года, то есть сразу же после капитуляции Японии, американцы расформировали свой главный разведывательный орган – Управление стратегических служб – и лишь 18 сентября 1947 г. на смену ему было создано ЦРУ. Но это не означает, что в этом двухлетнем промежутке не существовало ничего. В Вашингтоне, так же как и в Москве в этот период готовились к новому раунду глобального противостояния и также вырабатывали оптимальную форму инструмента для прогнозируемой в будущем новой войны – как «холодной», так и возможной «горячей». В день расформирования УСС на базе частей SI (секретная разведка) и X-2 (внешняя контрразведка) в военном министерстве было создано Подразделение стратегических служб (Strategic Services Unit – SSU), а часть R&A (Research and Analysis Branch – исследования и анализ) была передана во внешнеполитическое ведомство – Государственный департамент. Запомним этот момент! Затем 22 января 1946 г. президент США Г. Трумэн приказал создать на базе подразделения стратегических служб Центральную разведывательную группу, которая полтора года спустя и была преобрпазована в ЦРУ[3].


Здание Комитета информации в Ростокино


Разумеется эти детали (как и сопутствующие межведомственные интриги и борьба за финансирование) были секретны. Однако, слухи о ней, той или иной степени правдивости, могли циркулировать по кабинетам всех заинтересованных ведомств – самого УСС, Госдепа, Пентагона, Белого Дома, ответственного за бюджет Министерства торговли, а возможно и английских коллег из СИС (вроде Кима Филби). А как мы помним, американский госаппарат в это время был пронизан агентурой НКГБ и ГРУ. Не претендуя на полную достоверность, все же рискнем предположить, что искаженная информация о промежуточных шагах – а именно о том, что УСС было передано в Госдепартамент, причем в его работе какую-то роль играют военные – дошла до Кремля и подтолкнула Сталина «встряхнуть» разведку таким же образом. Неверно понятым образом – если у американцев речь шла о восстановлении единого целого из осколков, временно оказавшихся в распоряжении дипломатов и вооруженных сил, то в СССР оказались слиты вместе именно самодостаточные организации.

Что же представлял собой Комитет информации?

Традиционно начнем с кадров и структуры. Первым заместителем председателя до мая 1948 г. был дипломат – заместитель министра иностранных дел СССР Я. А. Малик. Заместителями были назначены представители от госбезопасности и армии – бывший начальник ПГУ МГБ СССР генерал-лейтенант П. В. Федотов и бывший начальник ГРУ Генштаба Советской Армии генерал-полковник Федор Федотович Кузнецов. По некоторым данным, заместителем председателя КИ являлся также военный разведчик генерал-лейтенант Леонид Васильевич Онянов.


Я. А. Малик.1952 г., выступление в ООН


Структура КИ, реконструированная на основе имеющеихся публикаций имела следующий вид:

Секретариат

1-е Управление (англо-американское)

2-е Управление (европейское)

3-е Управление (восточное)

4-е Управление (нелегальной разведки)

5-е Управление (информация, дезинформация, научно-техническая разведка)

6-е Управление (военной разведки)

7-е Управление (шифровальное)

1-й отдел (использование министерств и ведомств СССР в разведывательных целях)

2-й отдел (эмиграция, перемещенные лица)

Бюро по выездам за границу и въездам в СССР при СМ СССР


Ф. Ф. Кузнецов – заместитель председателя


Отдел опертехники

Отдел связи

Административно-хозяйственный отдел

Финансовый отдел

Отдел кадров

Особая инспекция

Разведшкола (РАШ)[4]

В сентябре 1948 г. РАШ была преобразована в Высшую разведывательную школу.

Персональный состав КИ мы рассмотрим ниже. Пока же следует отметить распределение чекистов и военных разведчиков. В большинстве случаев руководителями подразделений (кроме 6-го Управления) назначались бывший сотрудники ПГУ МГБ, а за военными, как правило, закреплялись должности заместителей начальника Управлений или, в редких случаях, начальников отделов в составе Управлений.

В записке Сталину в сентябре 1947 г. Молотов предлагал в качестве задач КИ «срывать маски с антисоветской деятельности иностранных кругов, влиять на общественное мнение в других странах, компрометировать антисоветски настроенных политиков в иностранных правительствах».

Личный состав всех этих служб был сведен в единый аппарат, размещенный возле ВДНХ в зданиях, где когда-то работал Исполком Коминтерна.

Для руководства разведаппаратами за рубежом в КИ был введен так называемый институт Главных резидентов, которыми, как правило, назначались послы или посланники. Первым таким Главным резидентом стал опытный чекист Александр Семенович Панюшкин. С ноября 1947 по июнь 1952 года он был послом в США, являясь одновременно Главным резидентом внешней разведки в этой стране. Но если Панюшкин, как профессионал, соответствовал новой должности, то многие другие послы были просто некомпетентны в разведывательной работе. В результате резиденты внешней и военной разведки шли на многочисленные уловки, чтобы не информировать послов о проводимой ими работе. Кроме того, создание КИ увеличило поток бюрократических бумаг, что затрудняло процесс принятия решений.

Еще одним негативным фактором оказался отрыв КИ от территориальных структур разведки. Аналогом ПГУ на республиканском и областном уровне являлись 1-е Управления и отделы территориальных МГБ – УМГБ. Они выполняли второстепенные, но достаточно обширные задачи – в частности, по разработке национальной эмиграции – но тем не менее передаче в КИ не подлежали.

Новая организация разведки не устраивала ни МГБ ни военных. Явно подчиненное положение военных разведчиков дало повод министру вооруженных сил Н. А. Булганину обрушится на новое ведомство с критикой. К началу 1949 года, когда позиции Молотова в кремлевском руководстве были подорваны из-за ареста его жены Полины Жемчужиной, эта атака возымела эффект. Сначала, 29 января 1949 г. КИ был переподчинен внешнеполитическому ведомству и стал именоваться КИ при МИД СССР. Согласно приказу:

«Комитет информации не становится частью Министерства иностранных дел ни административно, ни финансово, ни организационно, оставаясь независимым учреждением. Комитет информации является секретной организацией и финансируется из специальных фондов Совета Министров СССР».

В феврале 6-е Управление КИ вернулось в состав Генерального штаба, где после еще нескольких ступеней реорганизаций было восстановлено ГРУ. Наконец 3 марта сам Молотов оставил посты министра иностранных дел и председателя КИ.


А. Я. Вышинский


К. К. Родионов – заместитель председателя


19 мая руководство Комитетом ненадолго взял на себя новый министр А. Я. Вышинский, заместителями председателя в тот же день стали работники МИД заместитель министра Валериан Александрович Зорин и Чрезвычайный и Полномочный Посол в Греции (а также бывший начальник Разведуправления ВМФ) контр-адмирал Константин Константинович Родионов. Тогда же был введен институт членов Комитета информации[5].1 июня 1949 г. Бюро по выездам за границу и въездам в СССР при СМ СССР передано из КИ в подчинение ЦК ВКП(б) и преобразовано в Комиссию по выездам за границу при ЦК ВКП(б).

2 августа 1949 г. Вышинский уступил пост председателя Комитета своему заместителю по обоим линиям – МИД и КИ – В. А. Зорину.20 августа был назначен новый первый заместитель председателя КИ – генерал-лейтенант С. Р. Савченко, кадровый чекист, пришедший с поста министра госбезопасности Украины. Он взял на себя фактическое руководство оперативными подразделениями разведки.

Осенью того же года министр госбезопасности СССР В. С. Абакумов добился возвращения в МГБ минимально необходимых для организации единого контрразведывательного процесса функций работы по эмиграции и обслуживания советской колонии. Приказом МГБ СССР № 00333 от 17 октября 1949 года на базе 2-го отдела КИ и подразделений оперативных Управлений КИ, занятых работой по совколонии было создано 1-е Управление МГБ.

В марте 1950 г. К. К. Родионов, который несмотря на назначение так и не приехал в Москву и все это время оставался в Греции, был снят с должности заместителя председателя КИ и переведен Чрезвычайным и Полномочным послом в Швецию. Вместо него были назначены два заместителя председателя из числа кадровых сотрудников внешней разведки НКВД – МГБ – генерал-майор П. М. Журавлев и полковник В. П. Рощин. В эти же дни произошли кадровые перестановки в неоперативных подразделениях – секретариате, информационном управлении, отделе кадров, разведшколе и т. д. (подробнее см. ниже). Также в 1950 г.4-й отдел 5-го Управления, занимавшийся научно-технической разведкой, был преобразован во 2-й отдел КИ.
















...
5

На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Внешняя разведка СССР – России. 1946–2020 годы. История, структура и кадры», автора Александра Колпакиди. Данная книга относится к жанрам: «Военное дело, спецслужбы», «Документальная литература». Произведение затрагивает такие темы, как «борьба разведок», «советская эпоха». Книга «Внешняя разведка СССР – России. 1946–2020 годы. История, структура и кадры» была написана в 2021 и издана в 2021 году. Приятного чтения!