Читать книгу «Филострато. Охота Дианы» онлайн полностью📖 — Джованни Боккаччо — MyBook.
cover

Джованни Боккаччо
Филострато. Охота Дианы

© А. Триандафилиди, В. Ослон. перевод на русский язык, 2022

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2022

Памяти отца



Предчувствие «Декамерона»

I

Из трех великих флорентинцев, «трех корон» итальянской литературы, Джованни Боккаччо, пожалуй, более всех нуждается в том, чтобы современные переводчики уделили ему должное внимание. Усилиями мастеров слова в XX веке на русском языке воссоздан корпус Данте, над переложениями стихотворений Петрарки трудились литераторы разных эпох и направлений, и только у Джованни Боккаччо остается немало произведений, в плане перевода совершенно не освоенных нашей культурой, не предпринимавшей даже попыток донести их до читателя средствами художественного перевода. Разумеется, здесь речь идет о его так называемых «малых» произведениях, написанных на итальянском языке. Как известно, главной заслугою Данте, а затем Петрарки и Боккаччо, было создание итальянского литературного языка, называвшегося «volgare» (народный), который сохранился и поныне без коренных изменений. Боккаччо традиционно отводится роль зачинателя европейской классической прозы, несмотря на предшествующие ему «Новую жизнь» и «Пир» Данте. Вместе с тем, если судить по количеству написанного, стихов у него больше, чем у Данте или Петрарки.

Знаменитый писатель, оставивший после себя огромное творческое наследие, может рассматриваться в трех ипостасях: прозаик (автор произведений на народном языке), поэт и ученый-гуманист. В последнем качестве он до сих пор не представлен у нас ни одним целым произведением. Ждут своего воплощения его латинские труды по истории, мифологии и философии, такие как энциклопедическая «Генеалогия языческих богов», «О несчастьях знаменитых мужей», «О знаменитых женщинах». Эти пробелы оставим на совести наших латинистов. Более благополучно обстоит дело с его художественной прозой на итальянском языке: не хватает одного «Филóколо». Трудами русского ученого, профессора Александра Николаевича Веселовского (1838–1906) еще в 1892 году вышел в свет образцовый перевод «Декамерона», ему же принадлежит авторитетная монография «Боккаччьо, его среда и сверстники», одно из лучших достижений мирового боккаччоведения. В разгар Серебряного века, в 1913 году, русская культура обогатилась «Элегией мадонны Фьямметты» в мастерском переводе Михаила Кузмина. Отголоском Серебряного века в советское время (1932) стали октавы «Фьезоланских нимф» в переводе Юрия Верховского. Наконец, к 600-летию со дня смерти классика русский читатель получил буколический роман «Амето», повесть-инвективу «Корбаччо» и трактат «Жизнь Данте», который является лишь частью того, что Боккаччо посвятил памяти автора «Божественной Комедии». У русского читателя может возникнуть вполне закономерный вопрос: всё, что осталось за рамками «русского Боккаччо», достойно ли вообще внимания, или же это всего лишь ученические попытки, неудачные пробы пера на великом пути к грандиозному «Декамерону»? Обстоятельное знакомство с его произведениями показывает, что среди них нет слабых, проходных, каждое, какие бы недостатки ни содержало, уникально и, более того, может рассматриваться как определенный этап творческого развития писателя, определившего пути, которыми пойдет литература не только Возрождения, но и дальнейшая. Всё, что литературоведы обычно относят к недостаткам Боккаччо, есть лишь неизбежные ошибки первопроходца. Если это ошибки, то такие, что свойственны гениям. Совершенство прозы «Декамерона» было бы невозможно без «Филоколо», масштабного любовно-авантюрного романа, богатого новеллистическим материалом, и «Филóстрато», где с такой психологической глубиной и тонкостью переданы движения души молодого человека, охваченного любовью.

Оба произведения, одно в прозе, другое в стихах, создавались одновременно, когда Боккаччо находился в Неаполе при дворе короля Роберта Анжуйского, обоим присущи автобиографические черты. Многие исследователи связывают их с Марией д’Аквино. Неаполитанскую красавицу, которой легенда и сам Боккаччо приписали королевское происхождение, молодой Джованни встретил в Страстную субботу 11 апреля 1336 года в церкви Сан-Лоренцо и полюбил с первого взгляда. Мария поначалу не отвечала поэту взаимностью, лишь постепенно их отношения переросли в роман, длившийся недолго, но оставивший в душе Боккаччо неизгладимый след на всю жизнь. Светская дама быстро охладела к купеческому сыну, а тот сделал ее своей музой, увековечив под звучным прозвищем Фьямметта, что в переводе с итальянского означает «огонек». Некоторые сомневаются в самом существовании донны Фьямметты, считая ее вымышленным персонажем, собирательным образом, порождением литературной традиции. Как бы то ни было, в европейской культуре она по праву стоит в одном ряду с Беатриче и Лаурой. Среди ученых нет согласия относительно того, что было начато раньше, «Филострато» или «Филоколо». Одни критики, в их числе такой авторитет, как Витторе Бранка, полагали, что «Филострато» был начат в 1335 году, еще до встречи с Марией, другие же, среди которых Лучия Батталья Риччи, относят «Филострато» к 1339 году, максимально сближая во времени с «Тезеидой» в силу некоторого композиционного сходства. Если исходить из первого предположения, неизбежен вывод, что первоначально вдохновительницей романа в стихах была не Мария, а некая другая неаполитанская дама, которой в письме-посвящении автором было дано имя Филомена[1]. Одни даже видели в ней Джованну I, будущую королеву Неаполя. Со временем эта любовь затмилась более сильным чувством к Марии-Фьямметте, и произведение оказалось адресовано ей. Так ли было на самом деле, определенно сказать нельзя, но такая возможность не исключена, учитывая обстоятельства жизни и характер автора, чрезвычайно склонного к любовным авантюрам. В любом случае не подлежит сомнению тот факт, что «Филострато», роман молодого Боккаччо, был его первым законченным крупным произведением.

Российские литературоведы, и первый среди них А. Н. Веселовский, отдают первенство во времени «Филоколо», который, как достоверно известно, автору долго не удавался и был закончен лишь годы спустя, уже по возвращении во Флоренцию. Веселовский пишет: «[„Филоколо“] сочинялся медленно, „Филострато“ вылился зараз в минуты аффекта, от которого Боккаччо пытался освободиться, художественно изобразив его вне себя. Это изображение дает нам меру его таланта; „Филострато“ заставляет предчувствовать „Декамерон“: это уже новелла, хотя еще в формах рыцарского романа; тот же реализм, тот же психологический анализ с его тонкостями и недочетами, то же отношение к источникам»[2]. Нельзя не согласиться со столь емкой характеристикой.

Вслед за Витторе Бранкой допустим, что «Филострато» был начат в 1335 году – это самая ранняя из возможных датировок. Боккаччо двадцать два года, пять из которых он уже провел в Неаполе, в те годы крупном культурном центре Италии, которым правит просвещенный монарх, друг Петрарки. Позади остался период ученичества, впереди – необъятный простор для литературной и гуманистической деятельности.

Напомним читателю в общих чертах биографию автора в юности. Он был побочным сыном богатого флорентийского купца Боккаччино да Челлино родом из Чертальдо и француженки, с которой тот сошелся, будучи в Париже по торговым делам. По некоторым сведениям, Джованни именно там и родился. Это случилось 16 июня 1313 года. Мальчик рос при отце, любившем его наравне с законными детьми. Как всякий отпрыск почтенного купеческого семейства, Боккаччо должен был пойти по стопам отца, заняться банковским делом и приумножать родовые капиталы. Уже шести лет отец отдал его к местному купцу для обучения торговому делу, а в пятнадцатилетнем возрасте отправил в Неаполь. Видимо, Боккачино, поставщик королевского двора, хотел, чтобы сын со временем стал его постоянным представителем в Неаполе, укрепил нужные связи и развивал дело. Джованни, от природы отличавшийся острым, прозорливым умом, не проявлял ни малейшей склонности к коммерции, зато жадно предавался занятиям поэзией. Стихи он начал писать, едва изучив буквы, как напишет он впоследствии (Генеалогия языческих богов, XV, 10). Вместе с тем он внешне покорствовал отцу, от которого всецело зависел материально. Следствием увлечения поэзией явился его огромный интерес к римской классике. Рано освоив латынь, международный язык ученых того времени, он совершенствовался в ней уже в Неаполе, обучаясь у знатных наставников, придворных короля Роберта. Здесь он получил базовые знания по риторике, астрологии, астрономии, истории, географии, а главное, доступ в «святая святых» – королевскую библиотеку. В Неаполе, на могиле великого Вергилия, он принес клятву верности поэзии. Одержимый неутолимой жаждой знаний, Боккаччо ревностно изучал манускрипты, конспектировал, выписывал цитаты и даже переписывал различные сочинения, итальянские и латинские, формируя тем самым свой кругозор. Эти конспекты, именуемые в Италии «zibaldone», многое могут дать для понимания всей широты круга его интересов, который сопоставим с его интеллектом.

В круг чтения юноши, помимо любимого Овидия, входили латинские эпиграммы, Вергилий, Гораций, Квинтилиан, Сенека, Стаций, Боэций, а также многие средневековые латинские авторы, старофранцузские романисты, итальянские поэты «нового сладостного стиля». Намного раньше Петрарки он стал почитателем Данте, произведения которого в Неаполе были в большом почете уже тогда. Данте он выделял особо и был многим обязан ему в своем творчестве. В свою очередь мировое дантоведение обязано Боккаччо еще большим. Именно Боккаччо первый провозгласил Данте величайшим поэтом Италии. Лишь богословские сочинения не вызывали в нем интереса.

Привольная жизнь в богатом городе, загородные прогулки, морские путешествия, поездки на курорты (знаменитые со времен римских императоров Байи), забавы, любовные диспуты, дружеская атмосфера светского общества, куда был вхож молодой поэт, умевший нравиться дамам, все влияло на его восприимчивый ум и характер, отличавшийся легкостью, и дало почву для того мира, в котором будут жить герои его первого романа: троянский царевич и его неверная возлюбленная.

Самые ранние произведения (предшествующие «Филострато») – с одной стороны, результат его научных штудий, с другой – дань интересам общества, ценившего всё изящное и прекрасное. К первым относится датируемая 1332 годом «Элегия Констанцы», сохранившаяся в черновой тетради Боккаччо «zibaldone Laurenziano». Темой этого поэтического сочинения на латыни (134 стиха) стало отчаяние влюбленного, оплакивающего смерть возлюбленной. Будучи переделкой латинской эпитафии Омонеи[3], «Элегия» отличается изысканной риторикой, в большой степени отмеченной влиянием Овидия, а также Сенеки, Боэция, Алана Лилльского, Джузеппе Эксетерского и др. В древнеримском источнике (I век н. э.) вольноотпущенник кесаря Августа Атимет Памфилий оплакивает свою любовницу, может быть, жену, с которой был связан еще в пору своего рабства, на что указывает прозвище «конюх», данное Омонеей Атимету. Боккаччо, полностью опуская социальный статус героя, напротив, сосредоточен на психологическом портрете протагониста, человека, чьи чувства крайне обострены из-за постигшего его горя. Таким образом, древняя эпитафия превращена в «любовный роман, диалог между мертвой девушкой и ее возлюбленным, где классическое ядро, воззвание молодого влюбленного смешивается с темными красками и могильным колоритом в средневековом вкусе»[4]. Уже в этом ученическом опыте были заложены те приемы, которые Боккаччо скоро применит в своем «Филострато». Среди сочинений на родном языке выделяется «Охота Дианы» (1334), первая итальянская поэма Боккаччо[5]. Для нее он выбрал форму терцин, позаимствованных у Данте, и разделил на восемнадцать частей (песен) по пятьдесят восемь стихов. Поэма почти бессюжетна, дано описание охоты неаполитанских аристократок в образе нимф под предводительством Дианы. Все они перечислены поименно в первой песне. Всего тридцать одно имя. Такая точность неслучайна. Здесь не только желание автора лишний раз заслужить признательность светских дам, но и следование античной традиции каталогов, идущей от знаменитого гомеровского списка кораблей и широко распространенной в древнеримской, а затем в средневековой литературе. Так, Овидий в «Метаморфозах» перечисляет клички тридцати четырех псов, растерзавших Актеона. Прием соответствует раннеренессансному жанру триумфов, предполагавшему перечисления. Боккаччо позже создаст в этом жанре «Любовное видение» (1341), из всех его поэм наиболее приближенную к Данте. Последнюю даму, призванную на охоту богиней, он не называет по имени, объясняя это тем, что «в ее честь подобает хвала более высокая, чем та, что он способен ей воздать» (I, 53–55), поскольку она «дама, чтимая Амором / За добродетели превыше всех» (I, 46–47)[6]. Кто же это, Джованна или, может быть, Фьямметта? Точного ответа нет. Мотивацией для умолчания, несомненно, послужила последняя глава «Новой жизни» Данте. Действие «Охоты» разворачивается в долине, окруженной четырьмя холмами, напоминающей ту, где нам предстают рассказчики новелл «Декамерона». Финал поэмы несколько неожиданный. Боккаччо пожелал придать своей истории форму овидианских превращений. Мертвая добыча, которую дамы отказываются посвятить Юпитеру и Диане, превращается в живых юношей благодаря вмешательству богини Венеры. Возможна аллегорическая интерпретация данного эпизода: противостояние чувственной любви холодному целомудрию.

К ранним произведениям Боккаччо также можно отнести его лирику, близкую к «новому сладостному стилю». Большинство стихотворений написано в Неаполе, они отличаются тонкой передачей любовного чувства, яркой образностью и вместе с тем простотой, иногда юмором. Адресатами самых ранних стихов были различные неаполитанские дамы, но вскоре их место заняла одна Фьямметта. Вернувшись во Флоренцию, поэт, занятый крупными произведениями, а также гуманистической деятельностью, видимо, отошел от лирики. И только получив известие о смерти Фьямметты, он создал ряд сонетов, проникнутых горечью утраты и желанием покинуть грешный мир. Незадолго до смерти им был написан знаменитый сонет CXXVI на смерть Петрарки. Восхищаясь творчеством своего великого друга, уже в преклонном возрасте, Боккаччо сжег свои юношеские стихи, но они успели распространиться в списках. Отсюда отсутствие датировки, лакуны в некоторых текстах и спорность авторства ряда сонетов. Корпус лирики Боккаччо издатели обычно делят на две части. Первая включает в себя сто двадцать шесть стихотворений с закрепленным порядковым номером, несомненно принадлежащих Боккаччо, преимущественно, сонетов. Во вторую часть входит ряд сонетов, приписываемых Боккаччо, а также другие формы: канцоны, баллаты, мадригалы.

II

Поэму или роман в стихах «Филострато» относят к так называемым «малым произведениям» Боккаччо неаполитанского периода его творчества. Название образовано автором от сочетания двух слов, греческого «filos» и латинского «stratus», что должно было означать «поверженный или сраженный от любви»[7]. В основе романа лежат личные обстоятельства жизни автора, о чем заявлено в прологе, написанном как послание к возлюбленной. Филострато – сам Боккаччо, который страдает в Неаполе, покинутый дамой, внезапно уехавшей в Санта-Кроче-дель-Саннио. Страдания молодого поэта – от любви, а в большей степени (о чем он не сообщает, но дает понять) – от ревнивых подозрений. Чтобы передать свое душевное состояние, облегчить боль, «выплеснуть ее из своей томящейся груди в некоем благочестивом плаче», он обращается к творчеству, начинает «с тщательностью перебирать в уме различные древние истории» (Пролог) и в конце концов останавливается на юном Троиле, сыне царя Приама. Трагическая любовь благородного юноши к даме, полюбившей его, но быстро оставившей ради Диомеда, в качестве сюжета как нельзя лучше подходила Боккаччо, который вознамерился «свои страданья передать / Чрез боль чужую, пусть же гнет сердечный / Внимающих заставит сострадать» (I, 5, 4–6).

Тема Троянской войны в Средневековье была не менее популярна, чем в эпоху Возрождения. Однако авторы той эпохи ограничивались латинскими версиями сюжета. При жизни Боккаччо в Италии и в остальной Европе еще не существовало кафедр эллинистики, поэтому ученым и просто пытливым умам постигнуть язык Гомера было негде и не у кого[8]. Не читал Гомера и сам Данте, что не помешало ему назвать его «высочайшим поэтом», «превысшим из певцов всех стран» (Ад, IX, 79, 88; перевод М. Лозинского). К тому же у Гомера не стоит искать ничего подобного: в «Илиаде» имя Троила даже не упоминается. В отличие от латинских источников, в греческих оно появляется лишь у поздних продолжателей Гомера, и то эпизодически. Так, живший предположительно в IV веке н. э. Квинт Смирнский всего раз упоминает его, при перечислении воинов, убитых в бою Ахиллом (После Гомера, IV, 155)[9].

Подробно о ходе Троянской войны средневековые европейские читатели знали по двум прозаическим латинским сочинениям, пользовавшимся огромной популярностью: «Истории о разрушении Трои» Дарета Фригийца[10] и «Дневнику Троянской войны» Диктиса Критянина[11]. Оба автора считались участниками той войны. Дарет якобы воевал на стороне троянцев, а Диктис – на стороне греков. Эти произведения, близкие по форме средневековым хроникам, воспринимались как латинские переложения подлинных свидетельств современников тех событий, тогда как поэмы Гомера считались всего лишь позднейшей поэтической интерпретацией. Предполагалось существование их греческих оригиналов, которые, кстати, действительно существовали, как выяснилось в XVIII веке: Диктиса – в IV-м, Дарета – в VI веке н. э. У Дарета приводятся Каталоги портретов, где, среди других троянцев, Троилу дана следующая характеристика: «Высокий, очень красивый, насколько позволяет возраст сильный, мужественный, стремящийся к доблести» (История о разрушении Трои, XII). Далее Дарет говорит о подвигах Троила в битве. Он рассеивает мирмидонян, и потому Ахилл вступает в битву и наконец убивает его (Там же, XXX–XXXII). У Диктиса мы находим несколько иные сведения о судьбе Троила. Вместе со своим братом Ликаоном он захвачен в плен греками, и негодующий на Приама Ахилл казнит его на глазах у троянцев, которые громко оплакивают участь Троила, любимого ими с детских лет за почтительность, скромность и вообще красоту (Дневник Троянской войны, IV, 9).

 






...
5

На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Филострато. Охота Дианы», автора Джованни Боккаччо. Данная книга имеет возрастное ограничение 18+, относится к жанру «Европейская старинная литература». Произведение затрагивает такие темы, как «поэмы», «итальянская классика». Книга «Филострато. Охота Дианы» была написана в 1335 и издана в 2022 году. Приятного чтения!